Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Азольский Анатолий

В этот момент Эди невольно глянул на участников совещания, которые сидели потупив взоры, даже начальник главка и тот не посчитал возможным как-то отреагировать на сомнения высокого начальника. Лишь Артем открыто посмотрел на своего товарища, что должно было означать — я с тобой.

— Может, все-таки прислушаться к их мнению, товарищ майор? — продолжил Иванков, уставившись прищуренным взглядом в глаза Эди, будто что-то хотел в них увидеть или прочитать.

«Он вроде как советуется, это уже хорошо, значит дает мне возможность аргументировать свою точку зрения», — решил Эди и произнес:

— С учетом задачи, которую я должен решать, роль матерого уголовника, на мой взгляд, не лучший выбор. Для того чтобы блатные в камере приняли — да, но для того, чтобы ко мне появился интерес со стороны объекта как к человеку, случайно оказавшемуся в неприятной ситуации и имеющему перспективу выйти на свободу, — нет. Что же касается того, как поведут себя уголовники в камере, то планируется меня туда первым вселить, чтобы я имел время отрегулировать отношения с ее обитателями, а через некоторое время — объекта.

— Скажите, а что это значит отрегулировать отношения с ее обитателями?

— Имеется в виду возможное столкновение, чтобы получить спальное место подальше от туалета и, соответственно, право голоса в камере.

— Но, позвольте, вы собираетесь играть роль интеллигентного человека, а тут планируете откровенный мордобой, результаты которого невозможно предсказать.

— Я думаю, что сочетание двух качеств — интеллигентность и умение постоять за себя, как раз и сработают на положение майора в камере, а это, в свою очередь, позволит приблизиться к объекту, — неожиданно включился в разговор начальник главка.

— А вы можете в таком случае поручиться за его безопасность? — резко отреагировал зампредседателя на слова своего товарища, чем сильно озадачил его.

— Несомненно, в процессе подготовки операции мы учитываем и решаем вопросы обеспечения безопасности участвующих в операции сотрудников, — пояснил начальник главка.

— Ну а как решается этот вопрос непосредственно в отношении вас, майор, ведь, как я понимаю, вам придется иметь дело с откровенными урками, от которых всякое можно ожидать? — повторил свой вопрос зампредседателя, посмотрев на Эди.

Внимательно наблюдавший за выражением лица зампредседателя Эди, сделал вывод, что он хочет услышать непосредственно от него, что внедрение в камеру и возможная там драка не представляют серьезной опасности. Однозначно ответить на этот вопрос Эди не мог, поскольку не знал, какая там сложится ситуация, у него даже не было элементарного представления о самой камере и содержащихся там людях и уровне их физической подготовки. Поэтому он построил свой ответ, исходя из имеющейся на данный момент у него информации.

— Пока могу сказать, что камера, как объяснили, оборудована средствами слухового контроля, что в определенной степени позволит отслеживать происходящее там и при необходимости вмешаться. Накануне же моего вселения будет зачищена от колющих и режущих предметов, а после столкновения — из нее планируется удалить представляющих реальную опасность лиц, чтобы избежать мести и тому подобных действий с их стороны. Это не вызовет ни у кого подозрений, поскольку такая практика в СИЗО применяется для снятия излишнего напряжения во взаимоотношениях заключенных. По всем этим вопросам руководство управления и я вплотную работаем с белорусскими коллегами.

— Это хорошо, что вы все продумали. Знаете, я с вами с самого начала был согласен, но хотел убедиться, что вы лично до конца уверены в избранной легенде. Молодцом, так держать, у вас обязательно все получится, — промолвил Иванков, вновь слегка ухмыльнувшись. Сделал некоторую паузу, как бы раздумывая над тем, а что же дальше делать, продолжил:

— Да, товарищи, я согласен с основным содержанием легенды. В ней учтены характер объекта, его сильные и слабые стороны, а также правильно подобрана линия поведения майора. Но вопросы его безопасности до конца не проработаны. Поэтому прошу на это обратить особое внимание. И еще, участникам операции нужно не откладывая вылетать в Минск, лучше это сделать сегодня же.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Затем, вновь сделав паузу, как бы проверяя, какое впечатление произвели его последние слова на собеседников, спросил:

— Будут ли какие-нибудь иные предложения?

Все промолчали.

— Предложений нет, — подчеркнул он, повременив для приличия две-три секунды. — Тогда, товарищи, за дело, желаю успехов. А вы, майор, когда вернетесь в Москву, обязательно зайдите ко мне. Не ждите вызова, помощников я предупрежу, хочу поговорить с вами.

Глава III

Сразу после обеда того же дня Эди и Артем вылетели в Минск. В аэропорту, находящемся практически в черте города, их ожидал Парамонов, который не стал скрывать своей радости по случаю прибытия столичных гостей.

— Спасибо, что прилетел, откровенно говоря, тяжело нам с этим деятелем разбираться, такого матерого еще не приходилось видеть, — на одном дыхании вполголоса произнес Парамонов, обнимая Артема за плечи.

— Не думаю, что далее станет проще, Коля, — отреагировал на эту фразу Артем, по-товарищески похлопав Парамонова по спине, и тут же добавил: — Знакомься, это Эди Атбиев, тот, кому предстоит сделать куда более тяжелую работу.

— Привет, кстати, я, таким вас и представлял, — выпалил Николай, оценивающим взглядом окинув Эди.

— Это есть хорошо или плохо? — дружелюбно спросил у него Эди, пожимая протянутую для приветствия руку.

— Наверняка хорошо, — улыбаясь, заключил Артем, — если ты беспокоился о своем боевом товарище, которого завтра придется загонять в тюрьму.

— Успеем ли, хотя необходимые договоренности верхов уже имеются, надо теперь на рабочем уровне подработать, — с некоторым волнением в голосе промолвил Николай.

— Вот и хорошо, что уже есть договоренности. Ну а вселять в любом случае надо раньше, чем «Иуду». А теперь, Коля, командуй, куда поедем, время не терпит.

— Поедем на конспиративную, там все имеется для работы, в том числе и то, чем интересовался Эди, — уже уверенно произнес Парамонов и пригласил гостей в стоящую поблизости белую «Волгу».

Спустя каких-то сорок минут они уже были на месте. Выпив по кружке чая с бутербродами и согласовав свои дальнейшие действия, Артем и Николай уехали на встречу с руководством, а Эди приступил к изучению подборки сводок происшествий в Минске за последние несколько дней, альбомов с фотографиями разыскиваемых органами внутренних дел преступников, а также схем трех камер, в одной из которых ему придется вместе с «Иудой» находиться, и дел на их нынешних обитателей.

Внимательно прочитав сводки, Эди не нашел ничего подходящего. Практически по всем событиям действующие лица установлены и задержаны. Появление новых фигурантов вызовет ненужные вопросы со стороны участников процесса, мол, кто и откуда взялся, и наверняка засветит ситуацию для широкого круга людей, что может явиться реальной угрозой для срыва планируемого мероприятия. То, что хозяева или сподручные «Иуды» будут пытаться прояснить обстановку вокруг него, нет никаких сомнений. Возможностями для этого как видно из материалов его разработки, они располагают. Выходит, нужно искать что-нибудь понадежнее.

Оставалось два варианта: примазаться к какому-нибудь, как говорят опера, висяку[67] или самому организовать что-либо свежее.

Эди с интересом начал знакомиться с камерами и находящимися в них заключенными. В большинстве своем это были лица, совершившие разбойные нападения с целью завладения чужим имуществом, хулиганские действия, расхитители социалистической собственности. Были среди них и воры-рецидивисты, карманники, имеющие несколько судимостей, и осужденные, ожидающие этапа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Через три часа работы он имел достаточно полное представление о камерах, кто там находится и на какой койке спит, что за преступление совершил, как ведет себя в камере, какое место занимает на иерархической криминальной лестнице.