Дела Разбойного Приказа-6королев Тюдора. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Булыга Сергей Алексеевич

— Его величество ждет не дождется приезда вашей милости в Англию, — говорил меж тем адмирал.

— Я тоже жажду встречи с его величеством, — с улыбкой ответила Анна.

— Мне приказано сопроводить вас туда как можно скорее. У меня есть прогноз по приливам, составленный на ближайшую неделю. Вечерние приливы нам не годятся, потому что высаживаться на берег ночью непросто. Поэтому, с согласия вашей милости, нам нужно быть на борту готовыми к отплытию в четыре часа утром во вторник.

— Я буду готова, — пообещала Анна.

И да пошлет им Господь попутный ветер и хорошую погоду!

В понедельник вечером адмирал явился снова, вид у него был встревоженный.

— Ветра нет, мадам. Мы не сможем отплыть завтра. Мне очень жаль.

— Как вы думаете, получится у нас выйти в море на следующий день? — спросила она, досадуя на очередную отсрочку.

— Надеюсь. А я тем временем организую кое-какие развлечения для вашей милости, чтобы вы немного развеялись, пока задерживаетесь здесь.

— Вы очень добры, милорд.

После ужина адмирал повел Анну, леди и лордов из ее свиты смотреть корабли и устроил для нее банкет на борту «Льва», где подавали марципаны, желе, печенье и засахаренные фрукты. После этого в честь почетной гостьи были устроены поединки. Смотреть, как отважные конные рыцари, одетые в костюмы своих геральдических цветов, сшибаются друг с другом на турнирной площадке, было увлекательно и страшно, дух захватывало при звоне скрещиваемых копий. Английские лорды вызывали на поединки немецких. Анна увидела цвета Отто фон Вилиха и, когда он появился на поле, задержала дыхание; снова вдохнула она, только когда Отто вышел победителем. При дворе Клеве редко устраивали рыцарские турниры, но доктор Уоттон заверил Анну, что в Англии они очень популярны и вскоре она увидит новые.

— Его величество — один из величайших поклонников турниров.

Анну это впечатлило, ведь королю уже сорок девять, а все бойцы, которых она видела сегодня, — молодые люди. Приятно было узнать, что ее будущий супруг в хорошей форме.

К пущему разочарованию Анны, погода оставалась неблагоприятной во вторник, и адмирал демонстрировал все признаки беспокойства из-за своей неспособности выполнить приказания суверена.

— Я снова написал его величеству, — сообщил он Анне утром в среду. — Разумеется, он понимает, что людям не под силу управлять морем, но отсрочка расстраивает его. Я распорядился, чтобы семеро джентльменов следили за погодой и немедленно дали мне знать, как только сложатся подходящие для мореплавания условия. Надеюсь, погода и ветер позволят нам совершить переход в Англию завтра.

— Я тоже на это надеюсь, — отозвалась Анна.

— Как только погода наладится, я прикажу трубить в трубы. Ваша милость, вы можете быть готовой к отплытию, как только услышите сигнал?

— Я буду готова к отъезду немедленно. Мне не терпится попасть в Англию!

Их беседу прервал церемониймейстер, сообщивший о прибытии лорда и леди Лайл. Адмирал встал.

— Приветствую вас, ваша милость. У миледи имеется две просьбы к вам, — сказал комендант Кале.

Леди Лайл с надеждой смотрела на Анну:

— Мадам, у меня есть дочери от первого мужа, милые девушки, и обе так хотят поступить на службу. Старшей, Анне, повезло, ей дали место при дворе вашей милости, но мне не удалось обеспечить место для младшей, Кэтрин, а им так жаль разлучаться…

— Леди Лайл, — оборвала ее Анна, — я все понимаю, но такие вопросы должна обсуждать с его милостью королем.

— Бедняжка Кэтрин так расстроилась, — продолжила причитать леди Лайл, как будто не слышала сказанного.

— Я постараюсь, — твердо пообещала Анна. — Вам нужно что-нибудь еще, миледи?

— О да! — Ее светлость расплылась в улыбке. — Не окажет ли ваша милость нам честь отужинать с нами сегодня вечером?

Анне меньше всего хотелось этого. Взглянув на адмирала, она прочла в его глазах намек на сочувствие.

— Вы очень добры, и я благодарю вас обоих, — сказала Анна, не желая обижать лорда и леди еще одним отказом.

Адмирал и его джентльмены изо всех сил старались развлечь Анну. Они играли для нее на музыкальных инструментах, пели и вели долгие разговоры о великолепии английских королевских дворцов и приготовлениях, которые делались к ее приезду. Должна состояться впечатляющая церемония встречи, — сообщили они Анне, — на которой будет присутствовать вся знать и все самые состоятельные люди королевства.

— Все спешно кинулись шить новую одежду, так что портные не успевали справляться с заказами, — шутливо заметил сэр Фрэнсис Брайан, который всегда имел сардонический вид, и повязка на глазу усиливала это впечатление. — Мой костюм был готов буквально за пару часов до отъезда в Дувр.

Анне вновь стало неловко, что ее приезд вызвал такую суматоху. По совету доктора Уоттона она объявила, что будет держать открытый двор. Все желающие могли приходить к ней, чтобы засвидетельствовать свое почтение.

— Я хочу лучше узнать подданных милорда короля, — сказала она.

Ей хотелось порадовать Генриха, дать ему повод для любви к себе. Целыми днями Анна сидела с Сюзанной, пытаясь постичь сложности английского языка.

— Почему bough, cough и rough пишутся одинаково, кроме первой буквы, но произносите вы их по-разному? — спрашивала она, недоумевая.

— Вашей милости нужно просто запомнить это, — с улыбкой отвечала Сюзанна.

— Никогда мне не одолеть этот английский! — вздыхала Анна.

Но как же тогда она сможет общаться со своим супругом? Не могут же они всегда иметь при себе переводчика!

В свободное время Анна овладевала другими средствами порадовать короля. В тот вечер Анна подошла к доктору Олислегеру:

— Я слышала, его величество любит играть в карты, но меня никогда этому не учили. Пожалуйста, попросите адмирала показать мне несколько игр, которые нравятся королю.

Доктор Олислегер задумался. В Клеве не одобряли карты и другие азартные игры. Однако адмирал с радостью согласился. И вот Анна уже сидела за столом с ним и лордом Уильямом Говардом и осваивала игру в сент, а доктор Уоттон, Сюзанна и несколько английских джентльменов стояли рядом. Анне не потребовалось много времени, чтобы запомнить правила.

— Ваша милость, вы играете так же прекрасно, как любая другая благородная дама, какую я видел за этим занятием, — сделал ей комплимент адмирал.

Анна поймала себя на том, что ей очень нравится играть, особенно после того как на стол подали отличное французское вино. Вспоминая, как в Клеве она развлекала избранных гостей, Анна решила, что сегодня пригласит на ужин этих славных джентльменов, которые так скрасили ее день.

— Милорд, — обратилась она к адмиралу, — не доставите ли вы мне удовольствие отужинать со мной сегодня вечером, и приводите с собой каких-нибудь благородных джентльменов, чтобы они присоединились к нам. Я получу возможность больше узнать о правилах, которые вы, англичане, соблюдаете за столом.

Она что-то сказала не так. Анна поняла это по тишине, которая воцарилась среди веселого собрания, и по тому, как изменились лица мужчин, когда доктор Уоттон перевел ее слова. Сюзанна подавала ей тревожные сигналы глазами.

— Мадам, — помолчав, сказал адмирал, — прошу у вас прощения, но боюсь, это считается в Англии не подходящим для незамужней дамы, еще меньше — для королевы, приглашать джентльмена на ужин. Я не стал бы ни за что на свете вызывать гнев его величества, принимая ваше милостивое приглашение, не обижайтесь на мой отказ.

Анна смутилась и повернулась к доктору Уоттону:

— Думаю, возникло какое-то недопонимание. Пожалуйста, повторите мое приглашение и объясните милорду, что в Клеве принято, чтобы незамужняя дама приглашала джентльменов за стол, и что мои отец и мать поощряли это.

После того как Уоттон перевел, адмирал учтиво принял приглашение и привел с собой на ужин восемь других джентльменов. Анне нравилось исполнять роль хозяйки. До сих пор ей не доводилось принимать столько гостей и пытаться очаровать их. Еда была превосходная, и с помощью Сюзанны разговор, как и вино, тек рекой.