"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Синицын Владимир Сергеевич

— Да пошёл ты Фраер… сам разведай!

— Я пошёл! — сенс спрятал карты в разгрузку, откинулся на спинку сидения и закрыл глаза.

Колёса подпрыгнули на границе кластеров, ожила связь с кабиной:

— Не спим, смотрим по сторонам!

Можно было бы принять приказ за очередную командирскую вздрочку, типа: «Не спать, снег кубиками складывать!» Но ведь это Разный, тут по-всякому может быть. Фраер воспринял приказ прямо.

— Левый борт, тридцать метров, сосна… стоит средний бегун!

Все метнулись к окну, глазастым оказался Боцман.

— До матёрого недорос…

— Да и хрен на него, пусть стоит! — вставил Копирка

— Слышь до…ёб, хавальник заткни! — немаленький Боцман угрожающе глянул.

— А с какого хера, он стоит? — Копирка заткнулся, влез умный Облом.

Краз скаканул, обозначая новый кластер.

Машина была оборудована по последнему слову Стиксо-технологий. Кунг с кабиной, где сидели водила и Разный разделяла пластиковая шторка.

— А по тому, что погонщик! — командир выскочил из-за шторки, прильнув к окну.

Зам, тут же оказался у противоположного.

— А если рядом погонщик, то и сектанты неподалёку!

Разный мог бы и не говорить, каждый рейдер об этом знает. Суеты, однако, добавил.

— Так может, того этого… скорость прибавить, — крупный Облом, стал похож на испуганного подростка.

Ему вторил стучащий зубами Копирка:

— Они же отмороженные, в жертву принесут и скажут Стикс так решил!

Водила, вовсе не был глухим, возможночуть хладнокровнее остальных. К тому же гнев командира страшнее, вот и сохранял спокойствие, 65–70 километров в час.

А командир, очень кстати вперил разноцветные глаза в крайнего болтуна, заставив съежиться, но обратился к водиле.

— Башкирин! Поворот на Яновку. Остановка!

— Принял!

Бойцы помалкивали, боясь даже переглядываться, мало ли что в голове у командира. Напряжение нарастало, но тут вмешался Башкирин с нерусскими матами. Не стесняясь, будто его никто не понимает.

Глава 39

— Нет, отец! Я не могу его убить! — Сухмет проснулся поняв, что говорит вслух.

Рык мощного движка заставил его подскочить и тут же рухнуть на ложе из веток, что он собрал накануне ночью. Следующий момент. Отсутствовал слуга. То, что Ибн может сожрать его во сне, даже в голову не приходило.

Это же часть… Сухмет ужаснулся самой мысли. Тварь, жрущая всё подряд, не может быть его частью! Грех…

— Ты совершил обычную ошибку молодого погонщика!

Парень подпрыгнул на месте, хватаясь за автомат, но тот почему-то не брался в руки, хоть и висел на шее.

— Очень похож на Египтянина! Ничего удивительного, он из мамелюков. А ты?

Человек, который невероятным образом оказался в паре метров от Сухмета, был похож на старика, хоть и молодого лицом.

— Кто ты? Честные люди не подкрадываются во сне!

Ибн неподвижно стоял недалеко от дороги.

— Я путник, прошедший тысячи дорог! — странный человек улыбнулся.

Сухмет поверил, нельзя не поверить искреннему человеку. Но часть его продолжала контролировать внешний мир, отмечая, что звук двигателя всё больше удалялся. А заодно, он подтягивал третью руку.

— Этот мир, давно стал мне домом, и, если хочешь пройти хотя бы часть тех дорог, прислушивайся.

За спиной зашуршало.

Выскочил Ибн, упав пред путником на колени он принялся отбивать поклоны, а самое неприятное, Сухмет перестал его чувствовать, будто кусок плоти отрезали.

— У одного моего товарища тридцать три руки, он их так называет, — старик кивнул на заражённого застывшего в позе глубоко верующего человека. — Быстрые, сильные… По меркам Стикса, настоящая армия!

— Как он их контролирует? — вопрос доверия к путнику, отпал сам собой, возникло чувство, что они давно знакомы.

— Когда живёшь сто лет, начинаешь что-то понимать!

Сухмет представил дряхлого, беззубого старца в окружении монстров и тут же отогнал ведение, тут нет стариков.

— Он контролирует одного, а тот руководит остальными. Не привязывает к себе, как это сделал ты! — странный человек, перевёл взгляд на Ибна, тот поднялся, как послушная зверушка.

А Сухмет, ощущал себя лишённым, странное и неприятное чувство.

— Когда-нибудь, а скорее всего очень скоро, его убьют! И тогда, ты испытаешь шок, как от потери единственного ребёнка! Неповторимые ощущения, не все их выдерживают.

Парень понимал о чём ему говорят, он уже терял.

— И что же делать?

— Тебе придётся отвязать его и убить самому, — взгляд путника сделался жёстким.

Сухмет возмутился самой мысли об этом, тут же себя пресекая.

Почему он жалеет тварь? С чем это связано? Этот странный мир воздействует на него, размягчая…

— Это твой дар улья! Исключи эмоции, когда работаешь с заражёнными… и вообще со всеми. Здравый ум должен быть холодным!

«Интересный человек, а главное, обладает тем, чего нет у него — знания!» — подумал Сухмет, планируя задать ещё тысячу вопросов.

Ибн тихонько заурчал, и парень понял две вещи. Третья рука вновь под контролем, а путника и след простыл, будто не было его вовсе.

Оглянувшись вокруг и никого не найдя, Сухмет осмотрел скудный скарб. Рюкзак, живец, пистолет, всё на месте. Руки вновь подчинялись, ощущая автоматный курок.

Что это было? Ведение? Может я ещё сплю?

Третья рука, протянула бутылку с живчиком. Сухмет замешкался, вспомнив разговор, но взял и сделал несколько глотков.

— Почему я стою?

Ответить было некому. Бессловесный Ибн даже не уркнул, стоял рядом расширив жуткие бельма.

Сверившись с призрачной картой в голове, Сухмет посмотрел на зараженного… «Не сейчас!» Словно почувствовав изменившийся настрой, Ибн начал приплясывать в нетерпении.

«Ну что ж, тогда вперёд!»

Выйдя с опушки, они миновали подлесок, слуга шёл чуть впереди, аккурат к тому дереву, где был замечен ранее. Поднял что-то с земли и впился зубами, послышалось утробное урчание. Поняв, что это внутренности какой-то животины, Сухмет отвернулся. Неприятно, и в то же время радует. Слуга может позаботиться о своём пропитании. Ещё бы от вони избавиться, Ибн не утруждал себя походом в кусты, делал свои дела, прямо так, в штаны. Трогать, а тем более мыть заражённого, Сухмету категорически не хотелось. А ведь придётся что-то придумать!

Остановившись, парень приказал бросить на землю остатки кишок, тот безропотно подчинился. А затем, представил, как расстегивает ремень и снимает штаны. Получилось почти как хотел, вышла неувязка с ремнём, Ибн его просто порвал, как и верхнюю пуговицу с молнией. Штаны упали под весом дерьма. С горем пополам избавившись от всей одежды, слуга предстал во всей красе. Картинка лучше не стала, но хоть дерьмо теперь не копится.

По неопытности и горячке, Сухмет хотел пойти за той машиной, но тут всплыли слова призрака. «Здравый ум, должен быть холодным!»

Что я там найду? Рассудил он. Да люди, возможно даже помогут, если он спрячет слугу. Сухмет догадывался, что такие как он не в чести. Но и вероятность хорошего к нему отношения, тоже под вопросом. Профессор рассказывал про каких-то муров, сектантов и прочих нечистоплотных личностях. Значит лучше одному.

Немного подумав, он решил убраться с дороги, лесом всё же надёжнее и быстрее. Ближайшая синяя точка на карте, находилась не так далеко, и это скорее всего город.

Это была самая ужасная ночь в его жизни! Проспал час, может полтора, всё остальное время, Карельский провёл в полудрёме на жёстких ветках. Плюс к тому, начало сказываться споровое голодание. Жажда, ломота в суставах, будто хочется заболеть, ну и конечно же тошнота. Он помнил все симптомы и знал, к чему это приведёт. Смерть в муках. Потому и спешил вчера в лоно родного института, события последней недели уже не казались страшными и унизительными. Такова человеческая натура. Спешка спешкой, а про ресурсы организма, забывать нельзя.

Усталость свалила его в темноте. Кое-как соорудив ложе из листьев и старых веток, он провалился в прерывистый сон.