Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

– Дикая она, как носорог необъезженный. Чуть что, сразу за кинжал хватается.

– Носорог? Это где такое животное водится?

– Далеко.

– Очень далеко?

– Очень, Жюль. Что ты все меня пытаешь? Посмотри на кристалл, тебе не кажется, что он подрос?

Жюль уперся взглядом в лужу плесени.

– Хм. Действительно, вполовину примерно стал больше.

– Давай доставать его, – предложил я, уводя разговор в другую плоскость.

Конечно, я разоткровенничался. Но в то же время я ему доверял. Почему доверял? Незнакомому мне человеку из другого мира? Отвечу просто: интуиция.

– Жюль, становись у лужи с противоположной стороны, – сказал я. – И отойди шагов на пять от пятна, чтобы брызги, если они будут, на тебя не попали. Открой свой мешок и лови им кристалл.

– Понял, Ирридар, уже иду. – Жюль живо обежал пятно разросшейся плесени, снял рюкзак и, широко распахнув горловину, положил его на землю. – Я готов.

Тупой стрелой я выбил кристалл, и он буквально влетел в открытую горловину.

«Хорошо, что к нему не прилипает плесень, а то сожрала бы рюкзак со всем содержимым», – подумал я.

– Ловко ты, – похвалил меня Жюль. – И от лука бывает польза.

Я уселся на краю плесени. Вот занятная штука, жрет все, что в нее попадет, и растет при этом. Хотя нет, не все. Вот землю не жрет, видимо, брезгует. Я зачерпнул пригоршню земли и кинул в плесень. Земля осталась плавать на поверхности, затем опустилась вниз.

– Ты там поосторожнее, – с опаской предупредил меня Жюль. Сам он к плесени не приближался.

Если не жрет землю, может, и стекло не растворяет? Мне захотелось взять с собой такой универсальный растворитель целлюлозы и органики. Убойная вещь. Я достал бутылочку и серебряную ложку. Бутылочку поставил на землю, а ложку протянул к плесени. К моему удивлению, края плесени стали отодвигаться от ложки. Я убрал ложку подальше, и плесень вернулась на свое место.

Интересно, что бы это значило?

Я повторил эксперимент несколько раз, и плесень неизменно удирала от ложки. Жюль обошел вокруг плесени и встал за моей спиной. Я достал золотой амулет и поводил им над плесенью. Та не реагировала. Я вновь достал ложку.

– Интересно, что бы это значило, – повторил он мою мысль. – А если ложку быстро воткнуть в лужу, что будет?

– Можно попробовать. – Я поднял ложку повыше и… остановился, а потом встал с корточек. – Жюль, давай отойдем подальше. Мало ли что будет.

Мы удалились шагов на десять и встали за деревом.

– Может, не надо экспериментировать? – прошептал Жюль и сглотнул. Видно было, что он нервничает. – В зоне никогда не знаешь, что произойдет.

– Можно, конечно, и не пробовать, но… но больно интересна реакция плесени на серебро.

Я убрал ложку и достал серебряное колечко. Попробую этим. Оно меньше. Я размахнулся и кинул кольцо. Через мгновение меня выбросило в ускоренный режим. Там, где была лужа густой зеленой плесени, поднялся темный столб высотой метра три. Я схватил Жюля и телепортировался метров на тридцать от опасного места… больше не смог, слабый магический фон. Повалил его и упал на него сверху. Вышел из режима ускорения. Поднял голову и обомлел. Над лесом поднялся закрученный спиралью тонкий черный столб. Он вспух, как воздушный шарик, который мгновенно надули, и исчез, а по ушам ударил оглушительный взрыв. Рядом с нами полетели стволы деревьев, комья земли и еще чего-то. Я пригнул голову, закрывая глаза и ругая себя за тягу к экспериментам. По спине лупили палки, падала земля. И все это продолжалось минуту, не меньше. Когда стихия утихла, я осмелился поднять голову. Лучше бы я не смотрел. Передо мной простиралось пепелище, обломки деревьев и яма диаметром метров двадцать, а глубиной не знаю сколько, за бруствером я дна не видел. Подо мной зашевелился Жюль.

– Что случилось? – закричал он.

Я слез с него и встал, поднялся и Жюль, немного помятый и оглушенный. Он осмотрелся и присвистнул:

– Ого! Вот это результат!

– Результат есть, – согласился я, снимая его рюкзак с ближайшего дерева, сломанного пополам. Жюль оставил свой рюкзак там, где мы вначале экспериментировали с ложкой. – Только непонятно какой и зачем он нам нужен.

– Ну… так можно избавляться от плесени, – подумав, ответил Жюль.

– А стоит ли это делать, мой друг? Плесень – штука полезная, потребляет мусор и производит энергетические кристаллы. И эту плесень можно культивировать, создавая плантации и собирая с нее кристаллы. Вот будет отличный способ получения прибыли.

Жюль стоял с открытым ртом.

– Действительно. Как я об этом сам не подумал?

«Не подумал, потому что вас разучили думать в этой плоскости», мысленно ответил ему я. Улыбнулся:

– Дарю эту идею тебе, мой друг. Пошли к следующему пятну.

Жюль на ходу делал какие-то подсчеты, шевеля губами.

– Нет, – наконец сказал он, прервав молчание. – Я этим заниматься не буду. Лучше налажу производство барабанных пистолей. Не хочется все время жить в зоне. Опасно.

Метров через пятьдесят нас встретил пес. Он держал в зубах кусок бледной прозрачной плоти с красными прожилками. Увидев, что мы его заметили, развернулся и побежал трусцой вокруг ямы. Мы с Жюлем переглянулись.

– Псина нас за собой зовет? – спросил он.

– Наверное, – пожал плечами я и повернул следом за швердом.

За невысоким бруствером лежал вампир с оторванной головой. Все его тело было разодрано в клочья. Видимо, он попал в эпицентр бушующей стихии.

– Интересно, сколько их еще здесь осталось? – произнес задумчиво Жюль. – И день у них сегодня какой-то неудачный. Мрут как мухи. – Он посмотрел на меня и расхохотался: – Опасный ты тип, Ирридар. Что бы ты ни делал, это приводит к гибели твоих врагов.

Дарующая радость смотрела на этих двоих смертных с ненавистью, переходящей в безумие. Они не боялись! Они позволили себе поднять руку на высших и убили их лорда – Дарующего благоволение. Они с сестрой по имени Дарующая покой находились в гнезде вместе с детьми, когда их настигло известие о смерти и посмертном проклятии убийцы их мужа и господина. Они испытали его боль, его ненависть к убийце. Не только они знали, что лорда гнезда убили и что он успел поставить на убийцу свою метку, по которой врага найдут и отомстят, предав мучительной смерти. Об этом знали и ближайшие гнезда на других планетах, получив эту эмпатическую скорбную весть. Боль утраты разделили ближайшие члены клана Дарующих.

Известие о том, что у низших появился воин, способный бросить вызов, на несколько минут парализовало ее и сестру. Им, приближенным Владык, брошен вызов! Как это могло случиться?! Они почти бессмертны. Враг по своей глупости отдал последние почести их лорду, добив его, и заслуживает ужасных мук и медленной смерти. А как все было прекрасно!

Сюда, на место выводка гнезда, они прибыли пятьдесят оборотов планеты вокруг звезды назад. Именно в таких местах они могут находиться в своей естественной форме. Только здесь давать и растить потомство. Лорд избирал себе спутниц и отправлялся один раз за всю свою жизнь в места, которые назывались зонами отчуждения, чтобы вывести свое гнездо. Это была великая честь для самок. Не все удостаивались такой чести. А они с сестрой смогли. Детеныши Владык растут медленно, и дети рождаются один раз в десять оборотов. Для полноценного гнезда нужно двести лет затворничества. Но для них с Дарующей покой это было время немыслимых наслаждений и ласк господина. Все шло как обычно, и ничто не предвещало беды. Кто были все эти низшие для них? Скот и корм. Сладкий и очень желанный. Прирученный пес, подаренный дэрами, всегда пригонял им пищу. Дети развлекались с игрушками, постепенно выпивая их кровь, и жизнь, им казалось, будет бесконечной и ласковой. Но так только им с сестрой казалось. Среди лургов появился воин из преданий! В них говорилось, что однажды придет тот, кого лурги будут звать воином, и бросит вызов могуществу Владык. Но Дарующая радость в это давно не верила. Откуда среди лургов может взяться тот, кто бросит вызов им, одной из самых могущественных рас во вселенной? Тем более один. Да, были времена, когда они понесли значительные потери от инфекции, что поразила три клана Красного Лотоса. Они просто вымерли на одной из планет. Но то были искусственно созданные биологические вещества. И те, кто их создал, давно сгнили, а знания об этом оружии лургами утеряны. Ее народ постарался это сделать.