Цереус - Елена Акимова

Вика медленно подняла глаза и вздрогнула. Она увидела ее иными глазами. Волнения, страх, тревога, радость, все чувства смешались в одну минуту. Ей показалось, что вместе с мыслями остановилось сердце. Мир замер. Она так обострено слышала ее дыхание, это чувство сродни, только ощущению, первого вздоха младенца. Вика смотрела на свою дочь! Перед ней тот самый светлый, ангел, за жизнь которого она молилась и плакала, каждый день. Она так долго представляла ее себе. Как росла ее девочка, каждое достижение в ее жизни, образ юной и мечтательной девочки, все эти годы был в ее воображении. Она ждала ее всю жизнь, каждую минуту, она верила, что этот день настанет. Сердце колотилось так сильно, что она сжала тонкие пальчики девочки. Дочка! Вика вдруг закрыла лицо руками, потом убрала ладони на стол, она улыбалась, но ей хотелось плакать. Слезы счастья набегали на уголки глаз.

— Ты сказала, что тебя зовут Лаура? — Прошептала Виктория дрожащим голосом.

— Я и сама не знаю, кто я, и как меня зовут! — С горечью ответила девочка.

— Расскажи мне о себе, — Виктория попросила очень мягко, но требовательно. Она всматривалась в каждую клеточку ее лица; как же много они потеряли, долго, вечностью длилось их расставание.

Виктория винила себя, за то, что не смогла уберечь в день трагедии дочь. По ее вине у малышки не складывается жизнь, это из-за нее на плечики этой хрупкой малышки взвалились все эти горести и переживания. Ее доченька, милая, добрая; судьба заставляет её страдать. В нее влюблен Дима, это ее соблазнил Давид. А она тоскует от любви к нему…Давид! Давид переспал с этим невинным ребенком! Неужели, она не смогла уберечь ее и от этой утраты в жизни, неужели она не смогла воспитать Давида справедливым и добропорядочным мужчиной?

«Этот негодяй развратил нашу дочь!» — Гремел в голове голос Алекса.

— Вы уверены, что моя печальная история вам понравиться? — девочка смотрела в сторону моря.

— Я попробую выслушать, если будет совсем грустно, то мы просто не будем об этом говорить, а купим воздушные шары. Мы их отпустим в небо, и навсегда забудем обо всех неприятностях.

Лаура перевела на нее взгляд и улыбнулась. Женщина, которая сидела напротив нее, была так добра и внимательна, что Лауре совсем не хотелось с ней расставаться. Она кивнула.

Вика смотрела на нее, а у самой сжималось сердце от досады, что ее малышка, с таким серьезным лицом, умными глазами и обликом ангела, так несчастна! Вика с трудом сдерживалась, чтобы не закричать и заключить ее в крепкие объятья. Она взяла ее за руку.

— Пойдем, погуляем немного по пляжу, и ты расскажешь мне с себе. А я постараюсь всё понять и помочь тебе!

— Вы такая добрая! — Девочка часто заморгала и отвернулась. — У вас много работы, а я со своими проблемами не хочу быть вам в тягость.

— Мне одно удовольствие поболтать с тобой, а на работе я попрошу выходной. Как тебе мой план, Алина! — Имя дочери Вика произнесла с особым трепетом, взволнованно. Сейчас она разговаривала с живым человеком, а не произносит имя той, которую все считали умершей. Вика прислушалась к звуку ее имени, словно слышала его впервые.

Они, держась за руки, вышли из ресторана.

Когда они спустились на песок, Вика сняла сандалии. Ноги ступали по прохладному песку, а Алина шла по самой кромке воды. Морской бриз запутал их прекрасные золотые волосы. Они были похожи на двух русалок, случайно оказавшихся на берегу.

— Вы назвали меня «Алиной». Вам нравиться это имя? — Спросила девочка.

— Да, — согласилась, улыбаясь, Виктория, — А тебе?

— Я узнала о нем совсем недавно, и мне пока трудно к нему привыкнуть. — Девочка играла ножками с волнами, и Вика любовалась ей. — Когда тебя называют Лаурой пятнадцать лет, то ты и подумать не можешь, что ты кто другой.

— Да, не можешь, — повторила тихо Вика.

— Алина — имя, которое мне дала мама, моя родная мама.

Вика ощутила необычайный прилив нежности к девочки. Алина рассказывала ей о своем детстве, о большом пустом доме и недалекой бабушке. О том, что она почти никогда не покидала дом, училась в частной школе, у нее не было друзей и везде ее сопровождали охранники. Она рассказала о том, как часами сидела на кладбище у своих родителей. Тоска по матери, особенно сильно отразилась в ее детском сердце. Когда она дошла до момента встречи с Дмитрием, девушка вдруг заулыбалась и почувствовала себя спокойнее. Она поймала себя на мысли, что ей нравиться говорить о нем. Он сильный и уверенный, за ним точно, как за каменной стеной.

— А Давид? Как ты встретилась с ним? — Неожиданно спросила Вика.

— Давид? — Удивленно переспросила Алина, — я разве упоминала его имя? Откуда вы узнали?

— Я просто подумала, что вы знакомы. Когда я увидела, как ты смотришь на его фотографии, то поняла, что он и есть тот парень, о котором ты говорила.

— Да, это он, — согласилась девочка вздохнув.

— Ты любишь его?

— Да, — Алина остановилась и убрала руки в задние карманы брюк. — Я хочу всегда быть рядом с ним. Но, этот мужчина, что называет меня дочкой, он просто бесчувственный. Он думает, что оберегает меня, но тем только причиняет боль!

— Твой отец очень любит тебя!

— Когда любят, то понимают и уважают, а он ведет себя деспотично. Только злой и жестокий человек, может так относиться к чувствам своих родных. Он даже выслушать не умеет!

— Всем людям свойственно ошибаться, — Вика взяла ее за плечи и заглянула в глаза. — Возможно, твой отец пытается тебя защитить от лишних страданий.

— И по большей части унижая меня своими предрассудками.

Вика взяла ее под локоть и ласково сжала ладошку.

— А пойдем кушать мороженное! — Предложила она.

Они купили пломбир и довольные решили прогуляться по городу. Вика рассказывала ей о городе, обо всем, что их окружало. У нее был очень спокойный и ровный голос. Она наслаждалась своим выходным, дочь была рядом и от мыслей о счастье постоянно кружилась голова. Ей хотелось закричать, что это она Виктория Сафина — ее мама, но она боялась. Опасалась, что девочка разочаруется в ней, ей хотелось завоевать ее доверие и любовь. Алина шла рядом и проглатывала каждое ее слово. Ей совсем не хотелось расставаться с Викой. С ней было так же спокойно, как и с Димой. Алина привязывалась к ней все больше, между ними образовалась таинственная связь, а возможно, что она никогда и не прерывалась.

Виктория поняла, что Алекс сам привез дочь к ней и дал им время привыкнуть друг к другу. Вика была благодарна ему, и даже без тени сомнения в сердце сразу простила его, но, как сказать Алине, что она и есть ее мать, из-за которой ее жизнь превратилась в одни сплошные неприятности, она не знала.