Темное солнце - Филип Фармер

На первом этаже они нашли просторную кухню, а рядом с ней — кладовку. Хранящихся там запасов еды, напитков и дурманящих трав хватило бы, чтобы все соплеменники Дейва провели остаток жизни в сытости, пьянстве и блаженном оцепенении. Вся еда была будто только что приготовлена. По словам ведьмы, в кладовой еда оставалась вечно свежей, но стоило вынести ее наружу, как она начинала портиться с обычной скоростью.

— Это похоже на волшебную страну, в которую мы попадем после смерти, — воскликнул Дейв. — Давайте поселимся здесь и будем наслаждаться жизнью! А потом разыщем свои племена, чтобы они тоже сюда перебрались. Кто знает? Возможно, нам даже откроется тайна бессмертия, которой владела Шемибоб.

— Раньше или позже запасы пищи во дворце иссякнут, — возразил Слуш. — К этому моменту у всех вас родится множество детей и вы начнете страдать от перенаселения. Учитывая вашу склочность и агрессивность, перенаселение приведет к постоянным войнам… Впрочем, это неважно. В один прекрасный день вы обнаружите, что кладовые пусты. И что тогда? К тому моменту вы уже забудете за ненадобностью, как охотиться и собирать съедобные растения. Вас ждет голодная смерть.

— Знаю, — раздраженно сказал Дейв. — Просто хотелось помечтать.

— Послушай! Ты ведь уже не тот дрожащий от страха юноша, который отправился в путешествие на поиски жены. Ты пережил множество приключений, побывал в дальних землях, видел невероятные диковины. Кстати, все это случилось только благодаря йотлю, похитившему твое яйцо души. Ты возмужал, как никогда не смог бы возмужать, останься ты в своем племени. И все же тебе еще есть чему учиться.

— Кто бы говорил, — буркнул Дейв.

— Верно подмечено. И это прекрасно! Если в мире станет нечему больше учиться и нечего узнавать — для чего тогда жить?

Когда путники обследовали первый этаж и разбрелись по второму, с Дейвом произошел ужасный случай. Он наткнулся на громадную комнату, в которой царил густой сумрак, как в те дни, когда Темный Зверь заслонял собой все небо. В воздухе плавали размытые силуэты, похожие на головастиков. Все они были разных цветов и оттенков; исходящее от них тусклое свечение служило здесь единственным источником освещения. Эти головастики беспрерывно извивались и вертелись, то замирая на месте, то совершая рывки с огромной скоростью.

Дейв побоялся войти и решил сходить за факелом, но в этот момент его увидела проходившая мимо Вана. Ее присутствие придано юноше храбрости, и он решительно шагнул внутрь. Стоило ему переступить порог комнаты, как прямо в лицо ему прыгнул темно-красный огонек. В последнюю секунду светящееся существо махнуло хвостом и свернуло в сторону. С криком боли Дейв прижал ладони к лицу.

— Что с тобой? — вскричала Вана, врываясь в комнату. К ней тут же подплыл, извиваясь, бледно-зеленый головастик и легко коснулся ее лба. Девушка со стоном сползла на пол.

Дейв с удивлением обнаружил, что боль прошла так же быстро, как нахлынула. В испуге он склонился над Ваной. Она пошевелилась и сказала:

— Ничего, со мной все в порядке.

— Они не сделали тебе больно?

— Напротив, — сказала она. — Это было просто чудесно. Жаль, что так быстро прошло.

Дейв схватил ее за руку и поднял на ноги.

— Не знаю, что здесь происходит, но входить сюда опасно!

Запретив Ване заходить в комнату без него, он отправился на поиски товарищей.

Фирш немедленно разъяснила, с чем он столкнулся.

— Во дворце Шемибоб хранится множество видов искусства Древних. То, что вы видели в этой комнате, создано той же расой, которая вырастила деревья, плодоносящие яйцами душ. При падении планетоида все они погибли.

— Но для чего все это?

Ведьма пожала плечами. — Для чего создается любое искусство? Зайдя в эту комнату, человек испытывает нестерпимую боль и непередаваемое наслаждение. Стоя на пороге, можно просто любоваться танцем цветных огоньков. Если долго наблюдать за ними, то начнешь замечать, как они реагируют на происходящие в мире события.

— Шемибоб говорила, что они также оказывают целебное воздействие, — продолжала старуха. — Но такое лечение годится только для сильных духом. Иногда она заходила в комнату и вставала среди огоньков так, чтобы одновременно испытывать и наслаждение, и боль. Ей никогда не удавалось долго вытерпеть такую смесь ощущений, но выйдя из этой комнаты, она всегда говорила, что стала немного мудрее — не в интеллектуальном, а в чувственном аспекте.

— Не знаю, что она имела в виду, — пожала плечами ведьма. — Она несколько раз предлагала мне зайти в ту комнату, но мне было страшно и я всегда отказывалась. Мне хватало храбрости только на то, чтобы заглянуть через порог.

— Предлагаю принять следующее правило, — сказал Слуш. — С этого момента, если один из нас обнаружит комнату с чем-то непонятным и необъяснимым, он немедленно вернется, не заходя внутрь, и расскажет остальным.

— Искусство бывает не только прекрасным, но и опасным, — пояснил он. — Древние достигли в этом небывалых высот.

Дейв с Ваной решили пообедать на свежем воздухе, а заодно и прогуляться в окрестностях дворца. Однако стоило им дойти до середины подъемного моста, как дорогу им преградила невидимая и неощутимая стена, и как они ни старались, не смогли сделать ни шага вперед.

Они тут же вернулись и сообщили товарищам об этом удивительном явлении. Слуш отправился на мост и уперся в то же препятствие. Тогда он велел Дейву спуститься в ров и преодолеть его вплавь. На середине рва юноша наткнулся на непреодолимую стену. Ему скинули веревку, и он вновь присоединился к товарищам.

Путники обошли замок по кругу, и йотль попытался переплыть ров с задней стороны. Вернувшись, он сообщил, что невидимая стена стоит и здесь, но не посередине, а ближе к наружной стороне рва.

Вана попробовала переплыть ров у левой стены дворца, а Дейв — у правой. Все попытки найти выход оказались безуспешны.

— Шемибоб позволяет войти, но не разрешает выйти! — запричитала Фирш. — Что, если она мертва или покинула свой дворец? Тогда мы обречены! Мы проведем здесь остаток жизни!

— Еще рано впадать в уныние, — сказал Слуш. — Мы еще не исследовали и восьмую часть помещений дворца. Предлагаю взяться за дело всерьез.

На четвертом этаже они обнаружили неописуемо громадную лабораторию. Если верить словам арчкерри, Древние использовали ее, чтобы создавать яйца душ. К сожалению, кентавр совершенно не представлял себе, как это делается, но при встрече с Шемибоб намеревался подробно расспросить ее об этом.

Слуш повернулся к своим спутникам. — Кстати, вы до сих пор тоскуете по своим яйцам души?