Фрилансер. Повелитель ареала (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич

— Речь не о мощностях. А о… — Тяжёлый вздох. — Это устройства как бы несуществующей системы «Жареный аллигатор». Слышали байки про оную?

Мне название ничего не сказало. Как и министру связи. Но остальные, даже марсианин, о ней информацию имели — озадаченно замахали головами. Видя моё недоумение, высочество опустилась до разъяснений:

— Система подрыва купола на случай захвата вражеским десантом. Подрыва купола изнутри, — пояснила, глядя в мои пустые непонимающие глаза. — Специальный газ подаётся по воздуховодам под крышу, или хотя бы на наземный уровень. Он тяжёлый, и сам опускается на нижние уровни, если таковые есть. Затем происходит детонация и подрыв всего объёма облака.

— И всё, что находится под этой крышей, тщательно прожаривается, — усмехнулся наш главком.

— Ага, как тот аллигатор, — поддержал его усмешку марсианин. — Жареный.

— Мощность сравнима с ядерным взрывом мегатонного класса, — добила как бы отчитывающаяся Фрейя. — При запуске полного пакета уничтожит биологическую жизнь под целым районом, при том, что стены и дорогущие конструкции крыши купола останутся стоять, как ни в чём не бывало.

— А чего ж мы тогда парились с ядерным оружием? — не понял я, но сказал быстрее, чем подумал.

— Хуан, — ответил мне господин Мухабаев, — происходит взрыв газа. Просто очень большой. Там всё прожаривается, но при этом никаких преград взрыв не пробивает, стены не рушит, и тяжёлая техника вроде атмосферных танков имеет все шансы выстоять. Да и в мехах выжить можно — смотря в каких и на каком расстоянии от облака. Их обычно сбрасывают сверху, у нас — из атмосферы на позиции; у вас с атмосферой сурово, но можно скинуть с крыши купола и прожарить всё, что внутри. На открытой поверхности и тем более в вашей атмосфере ОДБ малоэффективны. Но да, наверное, нашим ребятам такие немного могли помочь.

— Я не военная, — пожала Фрейя плечами. — Наши специалисты, наш начальник артполка, знал о них.

— Да не так уж они и сильны в обороне! — выступил в защиту главком. Марсианин подумал, но спорить не стал.

— Да, наверное. Это всё же оружие не для защиты. Больше бы пострадали сами. И хорошо, что ОДБ не было у нападавших…

— Но теперь мы нападаем, — правильно сформулировал мысль я. — И эти боеприпасы у нас есть. И надо решить моральный аспект проблемы, так как туда, где они нужны — под купол Сената и расположенные рядом — ни девочки, ни сам господь бог эти бомбы протащить не смогут.

— Купол, под которым находятся наши девочки, — продолжила речь Фрейя, — это купол Сальвадоров. Туда стянуты их клановые бойцы, но главное, там много эвакуированных членов семей и клана и союзников, кто участвует в перевороте.

— Женщин и детей, — усмехнулся я, поясняя сеньорам глубину задницы, почему мы их собрали. Фрейя нахмурилась, тяжело вздохнула, но смогла продолжить:

— Мы не сможем долбануть по классике, спалив к пням ВСЁ, что под тем куполом, как описано в инструкции на случай атаки вражеского десанта. Но локально по силам активировать несколько бомб. Одну-две, может три, если повезёт. Радиус поражения будет так себе, но даже облако в несколько сот квадратных метров натворит больших бед.

— На дома сеньоров аристократов совсем недавно были скинуты всего лишь тонные бомбы. И это заставило их подписать капитуляцию, — напомнил я. — Здесь тоже скорее эффект психологический… Будет. Хотя бабахнет знатно.

— Да, огромная масса МИРНЫХ, не защищённых бронёй детей и женщин, скученных под определённым куполом, — парировала Катарина, пригвождая взглядом к спинке кресла, — сгорит в пламени от объёмной детонации ради психологического эффекта. Понятно…

— Именно поэтому я и позвала вас, уважаемых мною людей, чтобы вы дали оценку подобному поступку. — Фрейя выдавила скупую улыбку. — Да, их мужья и отцы сейчас или командуют войсками мятежников, или управляют организованным ими комитетом. Это варварский шаг с точки зрения морали. Но есть и другой аспект — кодекс законов об аристократии. — Фрейя активировала на столе планшетку и спроецировала на противоположную т себя стену. Видно было только обложку документа, сам кодекс, состоящий из множества пунктов, читать сейчас никто не собирался. — Знати на Венере давались привилегии. Но и ответственность прописывалась коллективная. Документ писался на Земле, задолго до отделения Венеры, и многие положения мы в своё время просто скопировали.

— Последние императоры-Веласкесы на Земле лихорадочно боролись за существование, любыми методами, — ухмыльнулась Катарина. — Им это не помогло, — кивок на стену. — Хуан, ваше высочество, обращаю на это ваше высокое внимание. Они так и исчезли, и документ сей их не спас. Последняя Веласкес уцелела лишь на далёкой Венере, так как никому не была нужна. Теперь вы хотите проявить жестокость по отношению к «мирняку», членам семей заговорщиков, надеясь переломить тенденцию?

— Давайте по кругу, пусть все выскажутся? — храбрясь, самой не по себе, приняла мудрое решение высочество. — Лионелла?

Капитошку закономерно обошли вниманием — Мышонок не дура и понимала, кто есть в корпусе кто.

— Ваше высочество, — отчего-то засмущалась Чупакабра. — Тут такое дело… это мои девочки там, и я пристрастна. Мне сложно дать оценку, ибо там — враг. Я — воин. Если отдадут приказ — исполню. Приказы не осуждаются.

— И всё же я попрошу высказать ЛИЧНОЕ мнение. — Фрейя, когда надо, может быть настойчивой.

— Личное? — Сеньора и. о. главы корпуса усмехнулась. — Личное — они зажрались. И потеряли всякий стыд и всякий страх. Вытирают о нас, простой народ, ноги. При том, что народ несёт все тяготы, народ несёт любую ответственность, а их, даже кто накосячит, отмазывают и откупают. Они настолько к этому привыкли, что считают себя сверхсуществами, а народ — неполноценными. Но во мне говорит вчерашняя беспризорница из Флоры, увидевшая в жизни много несправедливости. Есть интересы государства, они важнее личного мнения любого на этой планете, даже твоего, Фрей. Но к сожалению я… — Вздох. — В общем, я пристрастна, и потому прошу не давать мне слово.

— Сейчас речь не о социальной справедливости, — покачала маленькая богиня головой. — А о том, что их мужья и отцы — преступники. А мы будем бить по ним, перед кем у закона нет претензий.

— Как раз нет! — встрял я. — Их отцы и мужья отдали приказ солдатам идти и умирать за неправое дело. Большинство солдат этих подразделений никакие не монстры-мятежники. Офицеры — те да, сочувствуют «союзу спасения», но рядовые бойцы просто выполнили отданный приказ, который должны выполнить согласно Устава. Я настаиваю на том, что их надо если не казнить за это, то навсегда вышибить из вооружённых сил, так как какой бы ни был приказ, от кого бы ни шёл, они психологически смогли стрелять в СВОИХ. Но в любом случае, от действий сеньоров будет страдать простой народ — а у каждого бойца есть семья, дети, карьерные планы на будущее. С другой стороны пострадали также выходцы из простого народа — а кого ещё вздрючили выходцы из диаспор и бандитская сволота? Те, кого мы называем «мирняк»! Его целенаправленно подставили под атаку люди со светлыми лицами, «сверхлюди», пока их собственные женщины и дети в тёплом защищённом месте, в безопасности.

— Нет, я не согласен, тут не о социальной справедливости речь, — воздел я палец к небу, — а о том, что сеньоры должны в полной мере вкусить того, что приготовили другим. Выдали оружие сволоте, которая закошмарила горожан? Сколько венериан убито, сколько женщин изнасиловано? Вам напомнить кадры, которые эти выродки выдавали в прямом эфире? Да, это неправильно с моральной точки зрения, но нам надо долбануть по этому куполу для того, чтобы они осознали, что за каждый свой поступок нужно платить! За каждый отданный приказ! Принцип талиона — глаз за глаз, зуб за зуб, жизни мирных жителей за жизни их родных. Иммунитета нет. Когда ты переступаешь черту, наступают моменты, в которых откупиться просто не получится. Ибо если мы так не сделаем, если не дадим понять, что воздаяние за проступки настигнет, следующий шаг, который они завтра предпримут, это сдача своих позиций, разоружение, в обмен на неприкосновенность. И твоя мать, Фрей, согласилась бы на их условия, переложив решение проблемы на будущее, создав в этом будущем ещё большую угрозу своей власти. Мы — не она, и не можем позволить себе допустить гибели династии. Да, в будущем времени, но это БУДЕТ. Потому, что ни не успокоятся, и выводов не сделают, восприняв своё поражение как мелкую ничего не меняющую в целом неприятность. Я считаю, если решили давить гадину и усиливать королевскую власть — надо показательно расправиться с «небожителями» и неприкосновенными, какой бы душок от этого поступка ни шёл. Чтобы завтра новые представители «сверхлюдей» не совершили той же ошибки, упиваясь чувством безнаказанности за любое преступление.