Легенда о Сарге Бэлл - Марина Белова

свой кинжал. Девчонка удивилась такой скоростью охотника, а потом вспомнила, что когда в деле охота, то Арт самым первым принимается за это. И его не остановить!

Волки торжественно завыли. Сегодня у них выдалась удачная охота. В качестве пойманной добычи был большой жилистый олень. Да, сегодня у серых назначался большой пир! Хищники, ужасно довольные, собрались по зову вожака и принялись за пиршество.

Арт, Сарга и Сигга верхом на Лалли, Тамаи в облике лисицы и Вельз затаились в кустах, на несколько метров от места пиршества волков. По опыту Арта, волки агрессивны, когда голодны и когда употребляют пищу. Сейчас ребята наблюдали за стаей, выискивая волка-друида. Но все волки казались одинаковыми. Те, кто меньше — самки, а кто крупнее — самцы. Только один волк был самым большим и с тёмной шерстью являлся вожаком стаи.

— Обычная стая, обычные волки, — негромко сказал Вельз. — Вряд ли здесь есть друид…

— Тебе это не за чем, — рыкнула Тамаи, косо взглянув на парня сердитым взором. — Иди отсюда, раз не нравится!

— Подождите! Один, как мне кажется, отличается, — прервала их Сарга, указывая немного в сторону. Отдельно от стаи, которая была сейчас во всю занята пищей, ходил туда-сюда один волк. Он не был особо крупным, как вожак, но и не казался слабым. Его шерсть отливалось медью на сером. Шерсть казалась более мягкой и густой. Но больше всего он отличался от всех волков зелёными умными глазами, словно человеческими. Этот волк выделялся среди других, являлся более красивым и необычным.

— Думаешь, это он? — спросила Сигга.

— Сейчас выясним! — Тамаи, больше не теряя ни секунды, выскочила из укрытия. Волки сразу же отвлеклись от пищи и с воем кинулась на демоническому лису. Однако кицунэ одним зверским рыком отпугнула их. А необычный волк поспешил удалиться. Но дорогу ему перегодила Лалли, верхом на которой восседала Сарга и Сигга. Волк нашёл другой выход и ринулся туда.

— Я иду! — тут из зарослей выскочил Вельз и прыгнул на зверя. Но волк быстро среагировал и отскочил в сторону, и парень рухнул на землю. И волк бы сбежал в чащу, если бы его не остановил Арт. Охотник поймал его за шею и помешал бежать. Оба повалились и покатились по земле.

— Великий Бог, что вы творите со стариком?! — Арт услышал хриплый старческий голос. Парень удивлённо опустил глаза и увидел под собой вместо волка бородатого старика в белой льнной одежде и с зелёным венком на голове. Глубокие зелёные глаза недовольно сверлили парня.

— Старик, ты друид? — спросил Арт.

— Юноша, ты дурак! Разве можно так со стариком обращаться?! И да, я друид! — воскликнул старик.

Арт наконец-то слез и помог старику подняться. Остальные подошли к ним.

— Вы ведь Вуд-Велес? — вежливо спросила Сарга.

— Да-да, я, — кивнул друид, поправив венок на голове.

— Пожалуйста, помогите нам! Вы простите нас за то, что мы на вас так набросились, но нам очень-очень нужна ваша помощь! — громко затараторила Сарга, чем сильно удивила друзей. Ведь она раньше так никогда не вела.

— Эй, Сарга, спокойней, — Арт положил руку ей на плечо, и девчонка немного успокоилась.

— Спокойно-спокойно, что у вас случилось? — спросил Вуд-Велес.

— Если коротко, то нам нужен посох жизни и смерти. Где он? — сразу спросила Тамаи.

— Ты, как всегда, восхитительна, Тамаи! — восхитился Вельз.

— Заткнись, идиот! От тебя никакого толка! — отрезала лиса.

— Посох жизни и смерти? Хмм, помню его. Допустим, я приведу вас к нему, а что мне за это будет? — спросил Вуд-Велес.

— В лучшем случае, не превратишься в камень! — прорычала Тамаи. Она начала злиться, и друид это понял.

— Хорошо, понял. Следуйте за мной.

Вуд-Велес пробирался довольно бодро для старого человека. Кто знает, может его так долгая жизнь в лесу сделала. Но удивительным оказалось то, что друид легко, как змея, проскользал через густые заросли, в то время как его ведомые спотыкались на каждом шагу, цеплялись за заросли и отмахивались от стайки надоедливых комаров. Больше всего, естественно, на всё жаловалась Сигга, поскольку остальные молча терпели.

Вельз оказался вынослив. Он тоже терпел трудности пути и не жаловался. Тамаи посмотрела на него и впервые увидела на его лице серьёзную сосредоточенность, чему лиса, честное слово, сильно удивилась. Теперь она посмотрела на парня с другой стороны.

«Может, зря я на него срываюсь? Вполне хороший парень, беззаботный, помогает нам. Я была не справедлива к нему. Надо это исправить. Надеюсь, он не обижается на меня».

Вельз случайно бросил на лису взгляд и улыбнулся. Самой искренней улыбкой. Тамаи, внезапно для самой себя, смущённо покраснела и быстро отвернулась. Но на душе неожиданно стало так радостно и тепло, как никогда в жизни. За много столетий, сколько себя помнила, Тамаи не испытывала такого нежного чувства, даже к своему младшему близнецу. Такое чувство не являлось ей знакомо. Просто она не знала, что это. Но лёд на её сердце начал таять.

— Тамаи, милая, что с тобой? Тебе плохо? — удивлённо и с беспокойством спросил Вельз. Он молчал несколько секунд, которые, казались, длились вечность, и неотрывно смотрел на неё, чем ещё больше смутил лисицу.

«Чёрт, что это со мной? Из-за него?»

— Я совершенно в порядке. Почему тебя это вообще волнует? — Тамаи, действуя по привычке, спросила резко, повернувшись к нему лицом.

Вельз немного погрустнел. Видимо, её резкий тон его обидел.

— Просто… Разве я не должен беспокоиться за любимую? — негромко поинтересовался парень.

Это удивило Тамаи, но она ответила:

— Можешь, но не обо мне. Я сама могу о себе позаботиться. И о других.

— Тебе не бывает одиноко? — вдруг спросил Вельз.

Нет. Мой брат и мои маленькие друзья всегда поддерживают меня. Если честно, за эти полтора года я стала счастливой так, как ни за всю длинную жизнь. Я очень благодарна им, — при последних словах Тамаи искренне улыбнулась.

Вельз сжал руки в кулаки и отвёл глаза в сторону. Его лицо выражало печаль и отстранённость от всего мира. Заметив это, Тамаи сначала удивилась, но затем посерьёзнела. Она поняла, что за жизнерадостной улыбкой Вельз скрывает глубокую боль. Конечно, ей никогда не понять его, но лиса внезапно захотела, чтобы он всегда улыбался и был счастливым. Потому что ему не шла грусть.

— Да, ты счастливая. А я… Я живу с братьями и сёстрами. Мы живём вместе, но каждый сам за себя. Если кто-то умрёт, никто плакать и тосковать не станет. В нас заложено, что выживает только сильнейший.

— Что у тебя за семья такая? — нахмурилась Тамаи. Она всерьёз забеспокоилась за парня.

— Просто не повезло, —