Серый Ворон. Самый разыскиваемый - Михаил Атаманов

- Если только нас специально не хотели сбить с толку, - засомневалась Каришка.

- Нет. Работорговец не может знать, что мы идём по его следу. Да и казнь свершили в спешке - на первом попавшемся дереве, его даже не очень-то и видно с дороги, да и сучья и торчащие ветки не стали срубать. Видно в месте сворачивания с основной дороги произошла какая-то заминка, сумятица, и трое пленников попытались воспользоваться моментом и сбежать. Нам туда, - я указал на тропу "К переправе".

И где-то через час ходьбы мы убедились в правильности выбора, так как обнаружился ещё один труп. Судя по покрытому седыми волосами черепу, это был старик, который видимо не мог выдерживать предложенного надсмотрщиками темпа ходьбы. Раба зарубили палашом и бросили труп в придорожной канаве на съедение всяким лесным хищникам, мы как раз спугнули стайку похожих на лисиц зверей, обгладывавших кости.

А еще через пару клепсидр мы с Каришкой вышли на раскисший от дождей участок лесной дороги, и мои последние сомнения развеялись - в грязи отпечаталось множество босых ног, а также следы колёс тяжёлых телег и лошадиных копыт. Следы вели куда-то на северо-восток, и я безуспешно сверялся с картой, пытаясь угадать конечную точку маршрута работорговца. Причём ещё через полчаса на очередной развилке следы босых ног свернули на совсем уж едва заметную тропинку, тут уж даже о какой-никакой дороге и речи не шло, просто лесная тропинка. Судя по карте, ничего в том районе не было, только лес, лес, лес...

Быстро темнело, и пора было уже подумывать о выборе места для ночлега, тем более что мы оба страшно устали за этот бесконечный день. У меня опять разболелась нога, которую я подвернул ещё днём. Каришка тоже откровенно зевала и спотыкалась на ровных местах. Я уже думал останавливаться, как только мы обнаружим ручеёк с чистой водой, как вдруг Каришка указала мне на дымок впереди.

На фоне тёмного вечернего неба белый дым далёкого костра был отчётливо различим. Мы резко остановились и стали совещаться. Место было глухое и безжизненное, удалённое от оживлённых дорог. Маловероятно, что мы могли встретить какой-то другой обоз. Наиболее вероятным было то, что мы действительно видим дым от костров лагеря работорговцев, хотя и несколько странно было, что мы сумели так быстро догнать караван.

- Останавливаемся здесь. Только с тропинки уходим подальше в лес, случай с обнаружившими нас эльфами-дроу должен научить нас осторожности. Пока не совсем стемнело, собираем съедобные грибы или вон как раз лесные орехи, - предложил я и первым подал пример, наклонив ветку лещины, на которой были мелкие орешки. - Конечно, орехов тут мало, но может мне удастся что и подстрелить на ужин в этом лесу. Затем отдыхаем и спим по очереди. Во второй половине ночи перед самым утренним туманом двигаемся вперёд и всё разведываем. Если Арбель там в лагере, попытаемся её выкрасть этой же ночью. Шума не поднимаем, никого не убиваем. В общем, действуем как всегда.

Первым очередь дежурить выпала мне. Я сидел у костра, подкармливал Тьму костями подстреленного вечером зайца и в который уже раз пытался обучать Неведомого Призрака грамоте. Крыс был очень умным зверем и различал многие руны, но вот складывать из них слова у белого зверька не получалось. Словно был какой-то барьер, не позволяющий даже самому умному из животных преодолеть ту грань, за которой возможно было самостоятельное развитие - чтение книг, изучение других языков, обучение на основе записанного опыта третьих лиц. То же самое было и с математикой. Неведомый Призрак знал все цифры от нуля до десяти, он мог выбрать соответствующее цифре количество предметов, но вот дальнейшее обучение натыкалось на такую же совершенно непробиваемую стену. Крыс очень старался, но он просто не понимал, что же от него хотят.

- Серый Ворон, - раздался робкий голос Каришки, которая давно должна была уже спать в сооружённом нами шалаше. - Скажи мне, но только честно, ты сегодня разочаровался во мне как в невесте?

- С чего ты такое взяла? - пренебрегая общепринятыми правилами приличия, ответил я вопросом на вопрос.

- Просто ты весь день старался на меня не смотреть и отводил взгляд каждый раз, когда я смотрела тебе прямо в лицо. Ты старался не говорить со мной, ограничиваясь лишь самыми необходимыми для дела фразами. А во время ужина ты отсел от меня как можно дальше и отвернулся, чтобы не видеть, как я ем. Тебе явно было неприятно на это смотреть, хотя я старалась есть неторопливо и аккуратно, даже по всем правилам этикета. Да и одежду в посёлке ты мне купил, прямо скажу, самую что ни есть дешёвую, только чтобы отвязаться от меня. Ты никогда раньше себе такого не позволял, наоборот баловал меня дорогими и даже шикарными вещами. Что изменилось? Это всё из-за того, что ты увидел меня демоном, признайся?

Вопрос был не таким простым, как оказалось. Да, каждый раз при взгляде на мою подругу, на её побелевшие волосы, мне сразу виделся двухметровый кровожадный демон-людоед. Я с трудом сдерживал дрожь, если ненароком волосы подруги попадались мне на глаза. К тому, что твоя девушка людоед, было очень трудно привыкнуть. Врать Каришке не хотелось, да она и всё равно почувствовала бы неправду. И потому я сказал ей всё честно.

Каришка долго молчала, потом вылезла из палатки и показала мне на колечко, которое всегда носила на пальце, сколько я её знал - серебряный ободок, в котором срединная часть могла открываться, образовывая небольшой острый коготь.

- Знаешь, что это за кольцо, Серый Ворон? - спросила тайфлинг.

Пришлось мне отрицательно покачать головой, я действительно никогда не интересовался у подруги историей данного кольца. Каришка придвинулась ближе, сняла с пальца колечко и передала мне в руку.

- Прочти надпись с внутренней стороны, ты же грамотный, - попросила тайфлинг.

Я напряг зрение и прочёл мелкие истёртые руны:

"Демон сей скован надёжно и не может освободиться по собственной воле. Отец-инквизитор Маркус, жрец храма богини Гизли".

Я вопросительно посмотрел на подругу, и Каришка охотно пояснили:

- После случая, когда я спонтанно превратилась в демона, чтобы помочь циркачам своей труппы, руководитель нашего цирка тоже стал смотреть на меня косо. Возможно, он опасался, что в приступе гнева я опять стану жестоким монстром и загрызу их всех. Поэтому он отвёл меня в храм богини материнства Гизли, там располагался ближайший отец-священник Инквизиции. Два дня я провела в очищающих молитвах, стоя на коленях перед статуей светлой богини. Потом я, пусть и по совету жрецов, но вполне добровольно дала клятву, что скорее умру, чем сойдусь с каким-либо демоном и стану прародительницей врагов человечества. И ещё мне дали это кольцо. Пока оно на моём пальце, я не могу превратиться в опасного монстра, как бы меня не пугали и не гневили. Если это нужно для твоего спокойствия, давай мы вместе зайдём в лавку к первому встречному ювелиру, и он уменьшит размер кольца, чтобы я не смогла его стянуть с пальца, как бы ни старалась. Или, если считаешь кольцо ненадёжным, взамен него сделаем неснимаемый браслет на моё запястье или даже серебряный ошейник с такими же наложенными свойствами. И пока я жива, я не смогу снять такой сдерживающий ошейник. Что скажешь? Сможешь ты относиться ко мне как прежде, если угрозы появления кровавого демона больше не будет?