Маневры. Дилогия (СИ) - "АЗК"

Тут Архипенко загасил бычок и взяв в руки трубку телефона, начал докладывать нашему подполковнику о бое с немецкими истребителями. Потом он подошел к нам и передал приказ Нечволодова, о срочном вызове всех командиров в штаб, добавив что за нами вышел командирский «УАЗ».

Все таки водитель, в любом месте и во все времена — ВОДИТЕЛЬ! Подъехав к нам и доложившись, он кивнув головой на заправщик, попросил: — Товарищ майор! Прикажите заправить машину, а то у меня «лампочка» горит.

Майор Архипенко, не поняв о чем речь, переспросил: — Какая лампочка горит?

Чижиков, придя на помощь водиле, а главное что-бы он чего лишнего не ляпнул, сказал майору:

—«Лампочка» это индикатор аварийного запаса топлива в машине, товарищ майор!

—Понятно. А бензин подойдет, все таки авиационный, Б-70?

—Подойдет товарищ майор.

—Хорошо, передайте воентехнику, что я разрешил.

Довольный водитель пулей поехал заправляться. По прибытии в штаб, подполковник Нечволодов задал нам вопрос:

—Сколько можно еще развернуть подобных точек для противодействия авиации противника? Сколько можно дополнительно получить личного состава и в первую очередь радиостанций для полноценного выполнения поставленной задачи?

Архипенко доложил, что он может рекомендовать около восьми пилотов, т.е. четыре СЛЕТАННЫЕ пары.

Мы пошептавшись с Венгером, прикинули, что сможем обеспечить такое количество самолетов радиостанциями. На том и порешили.

Распрощавшись с майором Архипенко и его летчиками, я с Венгером стоял и курил возле палатки. Внутри оставался капитан ЧервонИй и Тышкевич.

Выйдя из палатки, Тышкевич спросил: — У тебя какие планы?

—Был бы Негурица,обязательно с ним бы посоветовался насчет одной идеи.

—Ладно, потом расскажешь результат. Только не опаздывайте на совещание, а то я вас знаю, увлечетесь и за временем не следите.

Том 2 Фрагмент 37

Немцы очень активно использовали радиосвязь на КВ и УКВ, причем больше именно на УКВ. Это и понятно. По итогам Первой Мировой под запрет попали и средства связи,которые тогда работали на длинных (ДВ), средних (СВ) и коротких (КВ) волнах. Чтобы обойти эти ограничения немцы начали одними из первых в мире осваивать УКВ диапазон. Зная об отсутствии средств радиоразведки и пеленгации у нас, они не особенно соблюдали правила радиообмена. Большое количество радиостанций и их активное передвижение часто приводило к тому, что частоты, выбранные для связи в различных подразделениях, оказывались одинаковыми, и тогда в эфире начинались разборки, кто главнее, а кому уходить на запасные частоты. При этом открытым текстом назывались номера частей и даже фамилии командиров.

Моя идея заключалась в том, чтобы создать в дивизионе группу радиоразведки и радиопеленгации. Знающие немецкий язык уже были, да и наверняка еще такие нашлись бы, а вот с пеленгацией возникала заминка. Дело в том, что пеленгатор, это по сути обычный радиоприемник, но со специальной антенной. Какие лучше использовать антенны, я и хотел узнать у Негурицы, который раньше на «гражданке» занимался в ДОССАФе «охотой на лис».Была только одна проблема — его командир отправил в разведку, и ради меня никто не будет сдергивать с задания. Но мы связисты или кто? Не ставя в известность никого, я связался с тезкой, и он посоветовал найти сержанта Приютина из его взвода. Блин! Как я сразу о нем не вспомнил? Точно! Парень после какой-то истории уже на дипломе свинтил в армию. Сам из оренбургских казаков, закончил техникум связи, работал на севере Тюменской области на нефтяных месторождениях, поступил в куйбышевскую связь...

Свои поиски я решил начать у АБЭшки, там должен был находиться солдат, следящий за ее работой. Громкий треск ее двигателя являлся прекрасным ориентиром в густом лесу, и нашел я ее довольно быстро. Подойдя ближе, я увидел Приютина, подсвечивающего переносной лампой и двоих солдат, что то делавших у агрегата. Неожиданно звук двигателя стал намного тише, изменившись с звонкого тарахтения, на глухое, негромкое рычание, почти пыхтение, как у работающего двигателя обыкновенной автомашины. Послышались возгласы: — Вставляй болты! — Держи крепче!

— Ай, зараза, руки жжет!

— Закручивай гайки сильней!

После недолгой возни, солдаты расступились, и я увидел в свете переноски, чем же они занимались. Нужно сказать, что глушитель на двигателе АБЭшки был чисто символическим, поэтому во время ее работы стоял такой треск, что рядом не возможно было разговаривать. Сейчас же, сержант со своими бойцами закончил крепление дополнительного глушителя, который и изменил звук выхлопа.

Подойдя и поздоровавшись, я спросил: — Что это вы тут химичите?

— Понимаете, товарищ лейтенант, АБЭшка работает постоянно, и подполковник Нечволодов сказал, что у него, от ее треска, уже голова разваливается. Оттаскивать ее дальше в лес, тоже не выход, громкость не на много уменьшается, а одной катушки кабеля уже не хватает, да и собирать потом все дольше. Мы тут не далеко наткнулись на неисправную "полуторку",и с нее сняли глушитель. Фланец крепления его к двигателю оказался таким же, как на глушителе АБЭшки, так что и переделывать почти ничего не нужно! Немного трубу подогнули, чтоб на земле лучше лежал. Зато смотрите, какой эффект!

Результат был, конечно, налицо. Уже метров с пятидесяти, звук был практически не слышен.

— Здорово получилось!

— А то! Чи мы не специалисты? — довольно ответил сержант.

— Да ладно хвастать, пошли, разговор есть.

— Пойдемте в наш броник, там и поговорим, а за одно и чайку попьем.

Распорядившись, на счет чая, Приютин повел меня к МТЛБ, стоящему метрах в пятидесяти. Забравшись внутрь, он включил освещение и разложил откидной столик.

— Присаживайтесь, — он указал мне на сиденье, — сейчас бойцы чай принесут, а вы пока рассказывайте, что за дело.

Я стал рассказывать ему свои мысли о радиоразведке и пеленгации. Внимательно выслушав, он на какое то время задумался.

— Да! Идея хорошая и я думаю, очень даже своевременная. Я взял с собой свой 326-й приемник плюс еще один есть в дивизионе, так что до 20 мегагерц мы можем слушать. Третьей точкой пеленгации может работать приемник 130-й радиостанции, жаль тот работает только до 10 мегагерц, а от 20-ти до 52-х мегагерц, перекрывает приемник 123-й радиостанции, которые стоят в каждом БТРе, так что практически весь диапазон работы немецких радиостанций мы можем слушать, и почти во всем, пеленговать.

— А какие антенны лучше использовать при пеленгации?

— Да как на спортивном приемнике — пеленгаторе «Лис», я с ним сколько километров намотал по лесам и оврагам! Знаете такой?

— Еще б не знать. Но это же коротковолновый приемник, а на УКВ обычно используют направленные антенны. Ты не забывай, что ваши «Лисы» работают в узком диапазоне частот, в котором можно сделать антенну с хорошей направленностью, а нам нужно перекрыть очень широкий диапазон. Для таких случаев есть антенны, называются логопериодические, но размером она будет больше БТРа, да и всяких шумов она хапанет изрядно!

— Так что рамочная плюс штыревая, однозначно.

— Подожди... — Зная, что рамочная антенна имеет не четко выраженный минимум диаграммы направленности, я думал каким способом выйти из положения. Весь вопрос в том, с какой достаточной точностью определять координаты. — Слушай, это же стационарный пост будет!

— Ну да... — Как-то не совсем уверенно согласился Приютин.

— «Волновой канал» или тройная рамочная, чо тут думать долго!

— Плюс можно использовать буссоли. Нужно только продумать крепление антенн на них.

— Только вместо «волновых каналов» использовать логопериодические, у них диапазон приема намного шире...

— Вот чем соединять антенны с радиостанциями? Нужен коаксиальный кабель, да и провода для изготовления рамочных антенн нет.

— Есть и провод и кабель!