Хрустальная колыбель - Сергей Юрьев

– Значит, надо идти, но идти нельзя – так получается? – Юм обвёл взглядом лица, освещённые еле теплящимся огоньком светильника. – Если нельзя идти всем, значит, надо идти кому-то. Несколько небольших отрядов. Кто-нибудь дойдёт. Кто-нибудь доберётся до него.

– Юм, мальчик… – Эрл Бранборг нахмурил брови, и даже при таком освещении было заметно, как побледнело его лицо. – Только ты отправляйся домой. Холм не должен остаться без лорда.

– Я теперь лорд – мне и решать, – твёрдо ответил Юм, глядя в глаза отцу. Над переносицей Служителя Эрла собрались вертикальные морщины, губы его плотно сжались… Будь его воля, он приказал бы схватить собственного сына и упрятать его под самые надёжные замки до тех пор, пока всё не кончится, пока щупальца Небытия не перестанут тянуться в этот мир или пока смерть не объединит всех. И пусть потом ненавидит.

Они двигались вдоль самого берега Великих Вод. Юм шёл впереди, за ним следовал Ойван, не пожелавший вернуться в свои леса, несмотря на уговоры. Третьим был Орвин Хуборг, который накануне заявил, что не может упустить случая лишний раз доказать преданность своему лорду. Уже пятый день пути, уже до стен Корса осталось не более полутора лиг – вот они, рядом, стоит только переправиться через залив… Но как? И как потом проникнуть за эти стены, и что делать там, в логове Собирателей Пены? Тогда, при расставании на опушке леса, в котором скрывалось воинство Олфа, отец сказал Юму: главное – уцелеть. Но для этого нужно было двигаться в другую сторону, подальше от Корса, за родные стены. Уцелеть… Наверное, Служителю кто-то нашептал из-за небесного свода: уходить от схватки – значит подставлять спину под удар.

Служитель Эрл с Олфом отправились другим путём, решив по дороге навестить новых союзников, недавних врагов. Но та дорога короче, и, возможно, они уже там. Отец знает больше, и у него Посох, значит, и удача ему нужнее. Значит, нужно успеть раньше, чтобы расчистить дорогу, чтобы хоть что-нибудь узнать. Но вот уже наступает день, и надо укрыться в прибрежных скалах, чтобы вражеское око не разглядело раньше времени крохотный отряд, возжелавший своими скромными силами взять неприступную древнюю крепость. Знать бы раньше, что всё так повернётся… Ещё бы год назад собрать силы всех Холмов, как тогда, во время похода против бледных меченосцев, ударить по Корсу, а потом сравнять с землёй эти башни, сложенные из исполинских плит. Нет, явно не предки Собирателей Пены воздвигли эту крепость – однажды они пришли сюда на готовенькое, точно так же, как Эд Халлак когда-то нашёл замок Холм-Эста.

– Обходить будем или лодку поискать? – осведомился Ойван, вытирая пот со лба. Коней пришлось оставить перед последним крутым подъёмом, и ему пришлось тащить на себе, кроме меча, ещё мешок с едой и клетку с парой почтовых голубей.

– Смею предложить, мой лорд, – обратился к Юму Орвин. – Не лучше ли мне одному сходить туда. Если нас заметят раньше времени, какая разница – трое нас или один.

– Лучше бы ты не смел мне такого предлагать, – отозвался лорд. – А ты, Ойван, пройдись по берегу и поищи место. Надо до темноты отоспаться.

Ойвана словно ветром сдуло, только кожаный мешок с продовольствием шлёпнулся на землю рядом с благородным эллором – простой намёк, кому нести всё это, если он, Ойван, сын Увита, вдруг не вернётся или вернётся слишком поздно.

Орвин, казалось, не обратил внимания на дерзость варвара, которого его лорд называет своим другом, он продолжал внимательно разглядывать вражеские укрепления, как будто всерьёз готовился к штурму.

– Руки бы им пообрывать, – почти прошептал он, но Юм услышал.

– Кому?

– Да этим… У них там деревья прямо на башнях растут, а вон там в стене трещина до самого фундамента – человек протиснуться может.

– Что, эллор Орвин, – прицениваешься? Думаешь, а не стать ли тебе здесь лордом, если в Холм-Эсте не получилось.

– Здесь?! Да чтоб она провалилась, эта крепость, как тот замок, – процедил сквозь зубы Орвин. – Если честно, мой лорд, то я боюсь.

– Чего?

– Сам не знаю. Вроде бы страшнее смерти ничего не придумаешь, но нет – не её…

– …а того, что она вдруг окажется не такой, как ты её себе представлял. – Юм заставил себя улыбнуться. – Только что-то не очень мы ей желанны. Сколько раз мимо ходила – хоть бы взглянула.

– Чур меня! Накликаешь, Милость…

Юм подумал, что и впрямь: то, что он ещё жив, объяснить можно только чудом. Сначала старый ведун спас ему жизнь, отдав взамен свою, потом нимфа вытащила его из подземного лабиринта, затем Герант с двумя варварами вытащил его из жертвенного костра, потом Ойван подставил свой меч под удар чудовища, бывшего когда-то Симом Тарлом, и, наконец, мятеж Гудвина Марлона произошёл за сутки до того, как Мухор Пятка должен был выполнить работу палача… И теперь смерть казалась давней спутницей, которая следует по пятам, но не смеет подойти слишком близко. Значит, есть что-то или кто-то, стоящий между ними, – Хранитель, тот, кто следит, чтобы судьба следовала предначертанию. Выходит – как ни старайся, а раньше времени не сгинешь, но и срока своего не переживёшь.

– Смею доложить, мой лорд: наш варвар кого-то тащит сюда.

Ойван и вправду поднимался по крутой каменистой тропе, ухватив за длинную седую бороду какого-то худосочного старикашку в длиннополой одежонке странного покроя, которая была бы белой, не будь она так замызгана. Жрец – тут же сообразил Юм. Жрец морской девы Хлои – больше некому. Только зачем он тащит его сюда? Мог бы там и оставить. Никто до поры не должен знать о том, что к Корсу подбираются незваные гости. Никто.

Похоже, жрец тоже не очень-то надеялся пережить это утро – он даже не упирался, а если борода иной раз натягивалась, то лишь потому, что пленник просто не всегда успевал за своим злодеем.

– Лодки есть. Две, – сообщил Ойван, не оглядываясь на жреца. – А ещё этого прихватил – может, скажет чего.

Пленник ухватился дрожащими узловатыми пальцами за свою бороду и вырвал её из руки Ойвана.

– Сказали бы вы этому юнцу, что нехорошо почтенного человека за бороду таскать, – неожиданно спокойно потребовал жрец. – Убить хотите – убивайте. Мне всё равно. Но зачем морскую деву гневить?

Пленник свободно говорил на языке Холма, но в этом не было ничего удивительного – в Корсе находили пристанище выходцы из разных земель. Хотя основная масса Собирателей Пены была из венсов, забывших свой род, здесь нередко можно было встретить и лесных, и степных варваров, и даже бывших благородных эллоров, и беглых землепашцев. Речь, которая гуляла по базарной площади Корса, была смесью нескольких языков и наречий.

– Ты кто? – спросил Юм, решив, что и впрямь жрец может рассказать много полезного.

– А что – не видно?! Я-то думал – вы зрячие! – Теперь старик разглаживал бороду, всклокоченную после встречи с Ойваном. – И так времена скверные настали, а тут ещё вы! Шёл себе, никого не трогал, хотел морской деве жертву принести, как полагается… У нас в Чертоге теперь Хлою не жалуют, все Луцифу Светоносному поклоняются. А я вот не могу. Хоть режь меня! Только вы, как меня зарежете, вон с той скалы мощи мои скиньте. А я теперь под нож – с радостью. Сам хотел, да духу не хватило.

– Старик, помолчи! С тобой лорд разговаривает, – призвал его к порядку Орвин. – Нам тут и без твоих причитаний…

Жрец тут же замолчал, ошарашенно глядя на Юма. До сих пор он считал, что это прибыли новые охотники за удачей, прослышавшие о небывалом могуществе нового хозяина Корса. После того, как мерзкий колдун, чем-то застремав казавшихся всесильными законников, занял Центровую Хазу, нынешний верховный жрец Иххай отправил полторы сотни служек в разные стороны, в том числе и в Холмы – разносить слухи о том, как славно живётся всякому, кто искренне и безоглядно предан Хачу-Спасителю, Хачу-Благодетелю, Хачу-Стяжателю Грядущей Славы… Но лорд? А может, и не лорд он никакой, но терять-то всё равно нечего. Остаток жизни не стоил того, чтобы за него цепляться.

– Ох, и повезло вам, что на меня наткнулись. – Старик даже расправил плечи и теперь казался немного выше ростом. – Если вы не к Хачу, поганцу, пришли, то говорите – зачем? Я, может, и помогу, если что…

– Если что? – переспросил его Орвин.

– Если вы за Хачем пришли, душу его в Пекло, то я знаю, как к нему подобраться, – почему-то шёпотом сказал жрец. – Только без толку это. Может, лучше всем нам разом со скалы?

– Нет, почтенный, нам ещё рано, а ты – как хочешь, – ответил Юм. – Только сначала расскажи, что знаешь.

– Ладно… Пошли за мной, – решительно сказал старик.

– Мы же поспать хотели, – напомнил Ойван, который уже сотый раз пожалел о том, что притащил этого пленника. – Я так до сих пор хочу.

– Успеем, дружище. – Юм понимал, что две бессонные ночи дадут о себе знать, но если судьба продолжает вести куда-то, нельзя ей отказывать. – Ещё успеем отоспаться. Если повезёт.