Спор о Сионе - Дуглас Рид

Он начал знакомиться с политикой в Техасе уже в возрасте 18 лет, во время президентских выборов (1876 г.), быстро распознав, что фактически «лишь двое-трое в Сенате, и двое или трое в Палате представителей, вместе с президентом, действительно правят страной. Все остальные — только подставные фигуры… поэтому я не стремился к официальным постам, и не старался ораторствовать» (то же самое говорит и политик, описанный в его романе в 1912 году: «В Вашингтоне… я увидел, что у власти стоят всего несколько человек; все, находящиеся за пределами этого узкого круга, имеют очень мало значения. Я стремился проникнуть внутрь этого круга, а теперь я уже стараюсь не только быть в нём, но быть им самим… Президент попросил меня руководить его избирательной кампанией… он был выставлен кандидатом и переизбран подавляющим большинством голосов… а я оказался внутри волшебного круга и недалеко от дальнейшей цели — не иметь больше соперников… я затянул почти невидимую петлю вокруг людей, которая крепко их держала»).

С такими амбициями Хауз вышел на политическую арену в Техасе: «Я начал сверху, а не снизу… обычно я делал номинальным главой кого-либо другого, чтобы мне не мешали работать те требования, которые предъявляются к председателю… Каждый председатель руководимой мной кампании наслаждался рекламой и аплодисментами в публике и в печати… после чего о них забывали в ходе нескольких месяцев… а когда начиналась новая избирательная кампания, публика и печать столь же охотно принимали новую подставную фигуру». Хауз использовал Техас, как начинающий артист использует провинцию. Он был столь успешным партийным организатором, что к концу столетия стал полновластным правителем штата, сидя ежедневно в кабинете губернатора (назначенного им и давно забытого) в правительственной резиденции; здесь он подбирал сенаторов и членов местного конгресса и выносил решения по докладам многочисленных чиновников, обычно осаждающих губернатора. Закончив своё провинциальное турне, он стал готовиться к завоеванию столицы. К 1900 году ему «надоело положение, занимавшееся мной в Техасе» и он «был готов заняться государственными делами». После нужной подготовки он начал в 1910 году, накануне Первой мировой войны, подыскивать подходящего для демократической партии кандидата в президенты». Так, в возрасте 50-ти лет, Хауз стал «president-maker». До того как автор этих строк прочёл его «Частные заметки», он поражался необъяснимой осведомлённости ведущего американского сиониста, раввина Стефена Уайза, который в 1910 г. заявил на собрании в штате Нью-Джерси буквально следующее: «Во вторник мистер Вудро Вильсон будет избран губернатором вашего штата; он не закончит срока губернаторской службы, т. к. в ноябре 1912 года он будет избран президентом Соединённых Штатов; после этого его переизберут президентом второй раз». Это было знанием хода будущих событий, какое мы находит в «Протоколах», у Льва Пинскера и Макса Нордау; дальнейшее расследование этой истории показывает, что раввин Уайз получил эти сведения от Хауза.

Вильсон в это время явно был объектом внимательного изучения со стороны сговорившейся между собой группы неизвестных ни ему, ни другим лиц, поскольку ни раввин Уайз, ни Хауз никогда ещё с ним не встречались. Тем не менее, как пишет биограф Хауза (Howden), этот последний «не сомневался в том, что нашёл нужного человека, хотя он с ним ещё никогда не встречался… (Хоуден цитирует далее самого Хауза:) Я остановился на Вудро Вильсоне… как на единственном… который во всех отношениях был пригоден для этого поста». Последующие слова самого, Хауза показывают, какие критерии при этом прилагались: «Беда с кандидатами в президенты заключается в том, что самою подходящего для этой должности невозможно провести в кандидаты, а если это и удастся, то его не выберут. Народ редко выбирает наилучших на этот пост, а поэтому приходится продвигать того, у кого более всего шансов быть избранным, в настоящее же время самым подходящим для этого представляется Вильсон» (это описание техники «выборов» находит подтверждение в романе Хауза, где также рисуются методы всесильной политической группы при подборе «своих креатур» в президенты).

В лице раввина Стефена Уайза, родом как Герцль и Нордау из Будапешта (Stephen Wise, род. в 1874 г., сын раввина, наст. фамилия Weiss — прим. перев.), в группе лиц, тайно намечавших Вудро Вильсона в президенты, сионизм сочетался с мировой революцией. Он был главным организатором сионизма в Америке, что делало его довольно необычной фигурой среди американских евреев, не желавших в то время никакого сионизма и относившихся с подозрением и недоверием к «восточным евреям». Как писал сам Уайз, до 1900 г. сионизм в Америке был популярен только среди евреев-иммигрантов из России, привёзших его из местечковых гетто; основная масса американских евреев была немецкого происхождения и не желала о сионизме и слышать. В 1900…1910 гг. прибыл миллион новых еврейских эмигрантов из России, ставших под сионистским руководством важной группой избирателей; отсюда и идёт связь между Хаузом (его избирательная стратегия будет описана ниже) и раввином Уайзом. Хотя этот последний в то время вовсе не был представительной фигурой еврейства, будучи известен, главным образом, как агитатор по рабочему вопросу, однако именно он имел тайный доступ к власть имущим, которые внимали его советам (как Хаим Вейцман в Лондоне).[15]

Насколько прочно эта закулисная группа держала в своих руках весь партийный избирательный аппарат, видно из того, что достаточно было Хаузу «частным порядком» решить, что следующим президентом будет Вудро Вильсон, как раввин Уайз объявил об этом открыто, добавив, что его изберут дважды. Раввину пришлось для этого перестроиться, поскольку до того он всегда поддерживал республиканскую партию; после того, как Хауз остановился на кандидатуре Вильсона, раввин переметнулся к демократической. Так сумбурные «революционные» идеи Хауза и вполне ясные сионистские появились в трогательном единении на пороге Белого Дома. Между обеими царило полное сердечное согласие: как пишет Уайз, после выборов «мы получили горячую поддержку со стороны ближайшего друга президента, полковника Хауза… (который), не только принял нашу цель близко к сердцу, но и был связующим звеном (liaison officer) между правительством Вильсона и сионистским движением». В тесной параллельности хода этих скрытых процессов в обеих странах, Америке и Англии, вряд ли могут быть сомнения. Секрет того, как Хауз мог управлять демократической партией, заключался в разработанной им стратегии, обеспечивавшей победы на выборах. Демократическая партия не была у власти уже почти 50 лет подряд, и он изобрёл метод, позволявший выигрывать выборы почти с математической точностью. Применению планов Хауза демократическая партия была обязана своими победами в 1912 и 1916 годах, а также выборными победами Рузвельта и Трумана в 1932, 1936, 1940, 1944, и 1948 гг. Именно в этом избирательном плане, который в своём роде может быть назван гениальным, и заключался секрет не прекращавшегося влияния Хауза на политическую жизнь Америки; хотя ere собственные политические идеи никогда не были ясно сформулированы и, к тому же, часто менялись, он создал великолепное орудие для проведения чужих идей.

В основном, это был метод получения голосов новых иммигрантов из числа «иностранцев» в пользу демократической партии путём воздействия на их национальные и расовые чувства и особые эмоциональные реакции. Метод был разработан весьма детально и в нём чувствовалась рука мастера в этой особой области политических наук. Совершенно невероятным выглядит то, что Хауз не скрывая, опубликовал секрет этого метода, хотя и под псевдонимом, именно в том 1912 году, в котором избранный им Вудро Вильсон был официально проведён в кандидаты и действительно «избран». Даже его занятость в этом году не помешала Хаузу за один месяц написать роман под заглавием «Администратор Филипп Дрю» (это необычное слово напоминает нам те строки «Протоколов», где в английском переводе говорится об «администраторах, которых мы изберём…»). Глава «Как делают президентов», вне всяких сомнений не являющаяся вымыслом, превращает эту в остальном совершенно неудобочитаемую книгу в исторический документ первостепенного значения.

В этой главе романа (напечатанного по настоянию неутомимого еврейского ментора Хауза, д-ра Сиднея Мезеса) обрисован американский сенатор по имени Сельвин, собирающийся «управлять страной твёрдой рукой, оставаясь невидимой направляющей силой». Сельвин, разумеется, — сам Хауз, который не мог удержаться от искушения дать ключ к распознанию самого себя и поэтому заставил «Сельвина» пригласить избранного им президента-марионетку (глава «Сельвин ищет кандидата») «поужинать со мной в моей квартире в Мандель Хаузе».