РАМАНА ПЕРИЙЯ ПУРАНАМ (внутренний путь 75 старых преданных) - В. Ганешан

эту работу, Муруганару захотелось сохранить некоторые стихи, которые были пропущены, и он попросил Бхагавана написать ещё и сделать антологию из дополнительных сорока стихов под названием Улладу Нарпаду Анубандхам (Дополнение к Сорока Стихам о Реальности).

В другой раз Муруганар был в процессе написания спонтанного потока стихов об игре богов и богинь, каждый из которых них был представлен как Рамана. Закончив семьдесят стихов, он обнаружил, что застрял там, где Господь Шива даёт духовные наставления мудрецам, выполняющим аскезу в лесу. Так как он поклонялся Бхагавану как самому Шиве, он попросил Бхагавана: "Вы сам Шива. А я, вот, застрял и не могу продвинуться дальше. Пожалуйста, дайте мне следующие тридцать стихов как учения Господа Шивы реализованным мудрецам." В ответ Бхагаван написал Упадеша Ундияр (Тридцать Стихов Духовных Наставлений) — пошаговое руководство о том, как быть истиной. Кто-то однажды сделал комплимент Муруганару за Рамана Саннидхи Мурай, сказав: "Это лучшая ваша работа, Муруганар." Муруганар со слезами на глазах ответил: "В Индии Махабхарата считается одной из лучших эпических поэм, потому что она содержит прямое учение Господа Кришны в форме Бхагавад Гиты. Точно также, если вы, люди, считаете Рамана Саннидхи Мурай моей лучшей работой, это потому, что в неё включена Упадеша Ундияр Бхагавана."

Один известный поэт, живший сто пятьдесят лет назад, написал несколько стихов о том, что самое трудное дело для человека на земле это Самореализация. Муруганар был этим очень недоволен. "Это должно быть самым лёгким делом. Как может быть Самореализация трудной?" размышлял он. В присутствии Бхагавана он начал писать: "Знание Себя [Self+ это самое лёгкое, что есть." Однако, продолжить он не смог, так как не знал, как выразить это убедительно. Оставив этот листок бумаги на диване Бхагавана, он ушёл. Когда он вернулся, Бхагаван написал Атма Видья Киртанам, несколько стихов о Знании Себя, которые описывали собственный опыт Бхагавана, и как легко каждый из нас может этого достичь: "Смотри, как легко знать Себя, смотри, правда, очень легко. Даже для самых неустойчивых Я настолько реально, что по сравнению с ним ягода крыжовника на ладони кажется просто иллюзией. Мысль 'я есть тело' это нить, на которую нанизаны различные мысли. Погружаясь внутрь с вопросом 'Кто я есть и откуда?', все остальные мысли исчезают, и внутри пещеры Сердца само собой сияет Я. Такое Самоосознавание *Self awareness+ это единственный рай, покой и обитель благости." Если мы изучим отношения Бхагавана с Муруганаром, мы обнаружим, что Самореализации и впрямь достичь легче всего. Для Муруганара не было другого Бога, кроме Бхагавана, не было другого пути, кроме Самоисследования, и другой цели в жизни, кроме постоянного пребывания в Я, в молчании. Великолепным венцом его жизни стали не столько его книги и опубликование истины от Бхагавана, сколько тот факт, что он действительно проживал каждое написанное им слово.

Впечатлённые его поэтическим дарованием, короли предлагали ему богатство и роскошь, лишь бы он стал украшением их двора. Но он выбрал быть нищим на улицах Тируваннамалая, быть в тени Бхагавана — только чтобы жить истиной. Муруганар проживал учение ежедневно, каждый час, каждую минуту. Так как он был с Бхагаваном всё время, его прозвали 'тень Бхагавана'. Взаимоотношения между Муруганаром и Бхагаваном являются практической демонстрацией взаимоотношений гуру-шишья, воспетых в индуистских писаниях. Все индуистские тексты написаны в формате вопрос-ответ, когда ученик задаёт вопрос, а гуру отвечает, даже на этические темы. Скоро мы увидим, как красиво проявляются отношения гуру-ученик в индуистской культуре, когда мы изучим остальную жизнь Муруганара.

Муруганар всё время общался с Бхагаваном. Бхагаван не был начитанным человеком, тогда как Муруганар перечитал уйму тамильской литературы. Временами, когда они с Бхагаваном были одни, Бхагаван мог попросить Муруганара пересказать ему содержание какой-либо книги. Однажды Муруганар в экстазе стал пересказывать Бхагавану суть великих книг. Много книг было обсуждено в тот день с Бхагаваном, который был прекрасным слушателем. Затем он повернулся к Муруганару и сказал: "В конечном итоге суть всех этих книг одна — истина. Есть только одна цель, но дороги к ней и дорожные карты все разные. Есть много различных путей, писаний, текстов, описаний, примеров и иллюстраций, но единственная суть — одна истина." Муруганар был так потрясён, что горячо воскликнул: "Да, Бхагаван, это правда! Теперь я вижу, что чтение этих книг было пустой тратой времени." Бхагаван поспешил поправить его: "Нельзя рассматривать это в таком ключе. Именно потому, что мы прочли так много книг, мы поняли, что их суть только истина. Если бы мы не прочитали их, ум продолжал бы нас искушать мыслью, что в какой-нибудь книге есть что-то новое. Таким образом, чтение также служит цели. То же самое с ритуалами и пуджами," добавил он. "Существует множество разнообразных ритуалов, и единственной функцией их выполнения является распознавание, что есть одна единственная простая истина. Сами по себе ритуалы и пуджи не так уж важны для Самореализации."

Как-то раз Муруганар, войдя в холл, увидел перед Бхагаваном стопки книг, увешанных гирляндами, над которыми проводилась пуджа по случаю Сарасвати Пуджи. Муруганар простёрся перед Бхагаваном и озорно улыбнулся. Бхагаван вопросительно посмотрел на Муруганара, как бы спрашивая, чему он так улыбается. Муруганар ответил: "Бхагаван, мне очень забавно видеть, что здесь сидит сама истина," — он указал на Бхагавана, — "а все эти книги просто отбросы. Люди отдают почтение отбросам вместо того, чтобы поклониться сути." Будучи поэтом, затем он привёл такой пример: "Бхагаван, представьте себе сахарный тростник, из которого выжали сок, который затем кристаллизовался в сахар. Из этого сахара была сделана фигурка человека. Вы этот сахар, а эти книги как отходы сахарного тростника. Вместо того, чтобы отдать почтение вам, сладкому сахару, люди почитают отходы." Муруганар улыбнулся, и Бхагаван тоже.

Муруганар и Бхагаван были в таких близких отношениях, что Бхагаван ждал, когда он появится. Как только Муруганар входил в холл, Бхагаван задавал ему вопрос, даже ещё до того, как тот смог закончить простирание. Все чувства и внимание Муруганара всегда были направлены на Бхагавана и его слова. Получив вопрос от Бхагавана, он отвечал во время простирания, задрав голову, словно хамелеон. Преданные Бхагавана называли это 'говорящая ящерица'. Муруганар сам говорил мне, что это могло продолжаться довольно долго, и он даже мог не осознавать, что всё ещё лежит на полу. Вишванату Свами это забавляло, и он просил его прекратить изображать ящерицу, по крайней мере при нём. Муруганар вспоминал: "Я знал, что людей это забавляет, но во время простирания я был так поглощён ответом Бхагавану, что не сознавал, что