Железная скорлупа - Алексей Игнатушин

Рыцарь вошел, оглядел комнату: обстановка скудная, свеч мало, на стене мерцало зеркало, в углах висели космы паутины, служанка и фрейлина стояли подле кровати. Фигуру Хелии облегало легкое платье, девушка смотрела строго.

— Добрый вечер, леди.

Хелия фыркнула:

— В самом деле добрый?

Инконню поежился: и без того тошно, а она…

Фрейлина вгляделась в его несчастное лицо, сжалилась.

— Простите, сэр Инконню, — сказала грустно. — Мы все любили Седрика, несмотря на его несносный нрав. Однако он совершил бесчестный поступок и поплатился за это.

Инконню благодарно кивнул, рассеянно оглядел стены.

— Молли, можешь идти, — сказала фрейлина.

Служанка прошла мимо рыцаря, негромко закрыла дверь.

— Давайте присядем, сэр, — сказала Хелия.

Инконню осторожно вдохнул дивный запах молодой кожи, подойдя к кровати, присел на краешек, Хелия примостилась неподалеку, смущенно улыбалась, пальцами нервно мяла одеяло.

— Завтра отправляетесь на решающую битву.

Инконню кивнул, ответил хрипло:

— Да, не знаю, как вести воинов Сноудона после сегодняшнего… Но будьте уверены, отдам жизнь за освобождение королевства.

Хелия робко коснулась его плеча, затем испуганно отдернула ладошку. Инконню смущенно заморгал.

— Возвращайтесь, сэр Инконню, — попросила Хелия, в ее глазах блеснули слезы. — Просто не могу представить мир без вас.

Рыцарь ерзал, а фрейлина, смущенно опуская глаза, придвигалась ближе. Инконню замер под ее нежным взглядом.

— Мы столько пережили вместе, — сказала Хелия, от ее тихого голоса его пробирала дрожь. — Вы стали мне дороги, Инконню.

Рыцарь смущенно кашлянул:

— А вы мне, леди Хелия.

Девушка наморщила носик, нервно поправила завитки волос, дернула плечиком, и платье чуть сползло с плеча. Она поднесла руку к его лицу, ласково поводила пальцами по щеке, и Инконню задрожал. Глаза Хелии загадочно сияли.

— У вас складка у рта, — сказала она смущенно, — и морщинка у глаз, на переносице.

Во рту Инконню стало сухо, в груди запылал пожар, сердце мощно застучало.

— А ваше лицо безупречно, — пробормотал он. — Еще краше с того дня, как я впервые восхитился его неземной красотой.

Инконню готов был пасть на колени перед этим ангелом во плоти. Девушка залилась краской.

Медленно текло время, плясали на голых стенах тени огня. Перед взором Инконню мелькали картинки путешествия, долгие дни, полные упреков, но ведь иногда Хелия бывала и замечательной, и эти дни грели память.

Во взгляде девушки появилась решимость. У Инконню голова закружилась от тепла ее стройного тела и божественного аромата.

— Я, — прошептала девушка. — Сэр Инконню…

Рыцарь утонул в бездонных гиацинтовых глазах. Сегодня Хелия смотрела на него с необычайной лаской и нежностью.

— Инконню, я вас… я вас…

— Что? — спросил рыцарь хрипло.

Хелия посмотрела обиженно, затем с усилием закончила:

— Я вас… молю, спасите королеву… Она замечательная женщина, — вдруг затараторила с жаром, Инконню ошалело тряхнул волосами. — Лучшая правительница на свете. Мы ее очень любим и беспокоимся за ее судьбу. Самое лучшее, что можно сделать для Сноудона, — спасти королеву. Сэр Инконню, обещайте, что вырвете ее из плена колдунов.

В глазах девушки сверкали слезы. Инконню поспешно кивнул:

— Разумеется, леди.

«А то раньше не обещал!»

— Ах, не знаю, как вас благодарить, — заломила руки фрейлина.

— Достаточно устной благодарности. — Рыцарь был смущен близостью девушки: тонкая ткань платья четко обрисовывала очертания груди.

— Нет, этого недостаточно, — прошептала Хелия возбужденно.

— Э-э… скажите спасибо дважды, — пробормотал рыцарь.

Фрейлина подняла брови, в раскрытом ротике Инконню разглядел влажный розовый язычок. Девушка с сердитым фырком отвернулась. Рыцарь, повинуясь внезапному порыву, обнял ее хрупкие плечи, прижал к груди. Хелия, притворно вздрогнув, обмякла.

— Как стучит ваше сердце, — сказала она, глядя в стену. — Сэр Инконню, вы чем-то встревожены?

— Н-нет, — промямлил рыцарь.

Инконню прислушался к внутреннему голосу. Услышанное отчего-то испугало, мысли замелькали хаотически:

«Я не должен… Леди Хелия не для забав, она не распутница из волшебной деревеньки, кои предназначены лишь для плотских утех. Хелией надо восхищаться, благоговеть перед ней. Коснуться ее может лишь любящий. Увы, я… не могу предложить любовь. Не могу… Увы, не могу… Или могу? Нет! Не могу».

Хелия робко прильнула губами к его губам, со вздохом закрыла глаза. Инконню, сжигаемый страстью, тем не менее отстранился. Гиацинтовые глаза распахнулись удивленно, и он медленно покачал головой.

В ее взоре отразилась боль. Едва не опрокинув рыцаря толчком в грудь, фрейлина вскочила, зло прошипела:

— Играете в благородство, сэр? Бросьте притворяться, нет нужды.

Инконню встал, тело била дрожь.

— Леди, так нельзя, — сказал тихо.

Хелия резко обернулась, взгляд горел холодным бешенством, на лице — маска отчаянной решимости.

— Чего нельзя, сэр? — процедила насмешливо. — Посягнуть на невинность? Успокойтесь, другие прекрасно с этим справились. Теперь мне все равно.

— Мне не все равно, — сказал рыцарь.

— Вот как? — хмыкнула фрейлина. — Боитесь испачкаться о шлюху? Желаете остаться чистеньким, незамазанным, достойным чопорного отца? Или бережете себя для блудницы в красном платье?

Рыцарь скрежетнул зубами, молча направился к двери.

— Инконню! — жалобно всхлипнула Хелия.

Рыцарь обернулся, и девушка влетела в его объятья, уткнулась лицом ему в грудь. Инконню неловко гладил золотую головку, тяжесть в груди мешала дышать.

— Не плачьте, — попросил сдавленно.

— Я знаю, вы не переносите женских слез, — продолжала всхлипывать фрейлина, — но дайте выплакаться всласть. Быть может, я больше не увижу вашего лица.

— Мы обязательно увидимся, — сказал рыцарь неуверенно.

— Может, увидимся, но сердце ваше будет отдано королеве, ее невозможно не полюбить, прекрасней женщины нет.

— Красива она или нет, — сказал юноша глухо, — вряд ли она будет мне ближе, чем прекрасная спутница, разделившая много невзгод.

Хелия зарыдала. Рыцарь гладил ее по голове, нежно прижимал к себе. Рыдания постепенно стихли, фрейлина утерла слезы. Она прошла к платяному шкафу в дальнем углу, зашуршала тканью, в ее руках появился белый сверток.

— Вот, — сказала Хелия с неловкой улыбкой, — ваши супервесты часто рвутся, возьмите новый. Я сама соткала, — добавила, заливаясь восхитительным румянцем.