Грохот ледника - Ольга Акофина

заснуть Глебу не удавалось, воспоминания о её губах, трепетном теле жгли калёным железом, он пытался вспомнить, где мог видеть её, но не помнил. Хотелось пойти к ней, взять её и будь что будет. Но нельзя, не имеет он права мучать её, он и так перед ней виноват. И тогда он написал смс-ку Маше, с просьбой зайти к нему, если у неё есть такая возможность, Макс всё равно перебрал с алкоголем и ничего не заметит. И уже через минуту рыжая бестия юркнула к нему в постель.

– Диана дала от ворот поворот? – прошептала она. – Стреляние глаз и улыбки прошли впустую?

– Замолчи, – сказал он и закрыл ей рот поцелуем.

– От тебя пахнет духами Дианы, – вырвавшись, сказала Маша.

– Да замолчишь ты сегодня, наконец? – наваливаясь на неё, зло прошептал он.

Когда Диана проснулась, сумасшествие прошлой ночи показалось ей сном. Неужели эти поцелуи были реальны? Неужели она чуть не отдалась ему? И плакала вчера, потому что он оттолкнул её? Она же ненавидела его какое-то время назад, а вчера чуть не задохнулась от страсти. Что с ней творится? Ведь она совсем не любит его, она любит покойного мужа, а Глеб совсем другой. Вспомни, как он вёл себя, когда они жили вместе, он же был невыносим. Хотя, конечно, тогда он был болен и потерян. Но вчера… Такого возбуждения она не испытывала никогда, она позволила ему ласкать себя, и ей это нравилось, стоило ему дотронуться до неё, как она… какой позор. Диана зарылась лицом в подушку, чувствуя, что в ней просыпается желание. Как Глеб будет вести себя сегодня? Будет равнодушен или сделает ещё одну попытку сблизиться с ней? Диана решительно поднялась с постели и стала приводить себя в порядок, она должна появится перед ним в должном виде.

– Иди, иди к нам, у нас тут кто-то пьёт кофе, а кто-то уже отмечает первое января, – позвал её Макс, помахав бутылкой шампанского.

Глеб обернулся, и их глаза встретились, и Диану в первый раз поразила их глубина. Но их прервал звон разбитой посуды.

– Извините, уронила тарелки, такая неловкая – пожала плечами Маша.

Празднование шло своим чередом, приехали ещё друзья из города, и наедине остаться было невозможно. Диана пыталась прочитать хоть что-то по его лицу, но он вёл себя как всегда: шутил, смеялся, пел песни, играл роль гостеприимного хозяина, и к ней обращался достаточно ласково, без единого намёка на вчерашнее. Рыжая девушка, которую, кажется, зовут Машей в те минуты, когда не видел её парень, пыталась завладеть вниманием Глеба, и вообще вела себя странно. Днём она и Глеб пошли укладывать напившегося Максима, и долго отсутствовали, а потом спустились вместе, у Маши было помято платье и смазана косметика, когда кто-то ей указал на это, она рассмеялась и сказала, что пьяный Макс пытался уложить вместе с собой, но у него ничего не вышло. Интересно, а где тогда был Глеб? Он же был с ними…

А вскоре Глеб ответил на телефонный звонок и объявил:

– К нам едет Янка!

– Значит, будет пьянка, – сострил Влад.

– Диана, ты знаешь кто это? – спросила Алла, – это певица Стеша. Наша подруга. Оставайся, рекомендую познакомиться с ней.

Яна приехала шумно, с новогодними песнями, подарками, шампанским и вдохнула в немного уставшую компанию новую жизнь и веселье. На улице разожгли мангал, жарили мясо, пели, смеялись. В какой момент Диана увидела, что Глеб и Яна стали вести себя, как парочка влюблённых. Яна попросила погреть ей руки, и Глеб, распахнув свою куртку, прижал её к себе, и больше не отпускал. Он держал её в объятиях, они шептались, смотрели друг другу в глаза, и Диану неприятно кольнуло это, как будто он ей изменяет. Что это с ней? Она ведь не влюблена, даже наоборот, и он ей ничего не обещал. Она заметила, что за ней пристально наблюдает Маша. Диана вопросительно посмотрела на неё, тогда та подошла и сказала:

– Ты особо губу то на Глеба не раскатывай. Он всех и ничей одновременно. Не смей влюбляться, будет очень больно.

Через час, не в силах смотреть, как он обнимает другую, она уехала домой. Глеб не сделал попытку остановить её.

Глава 25. Большой город.

Вернувшись, в город, поднявшись на свой этаж, Глеб и Володя увидели валяющегося на лестнице соседа, на нём была всё та же дорогая куртка, которую купила ему Елена, правда уже весьма потрёпанная и грязная. Алексей был пьян.

– Ты антибиотики запиваешь водкой? – спросил Глеб. – Оригинальный метод лечения.

Он открыл дверь, впустил в квартиру Володю, а сам подошёл к соседу.

– Глеб, она не отвечает на телефон, я звоню ей, звоню, почему???

– Может потому что на территории США у неё другой номер? Или, подожди, вспомнил, она же замужем.

Лёша подполз к Глебу на коленях.

– Дай мне её американский номер. Умоляю, я всё ей прощаю, и эту болячку, всё.

– Лёша, ты обороты то сбавь, пролечись лучше и найди себе кого по моложе и с более традиционным подходом к отношениям.

Лёша залился пьяными слезами и стал биться головой о стену.

– Она мне показала, куда ходить, что носить и как жить, и главное, что женщина может в постели.

– Ты б аккуратнее с её подарками, а то куртка уже превратилась в тряпку, а если не пролечишься, то и ещё кое-что в тряпку превратиться.

– Я хочу к ней в Америку!

– У неё уже есть один альфонс, хочешь по его стопам? Деньги накопи на билет и вперёд. Там поспрашиваешь, найдёшь.

Лёшу начало тошнить, Глеб отскочил от него. Тут в дверь высунулся Володя.

– Глеб, меня какой-то мужчина спрашивает, не говорю ли я по-английски. Возьми трубку, пожалуйста.

– Извини, меня зовут. Убери тут всё, или вытри курткой, она всё равно уже ни на что негодна. Дорогие вещи надо уметь носить.

– Глеб, привет, – услышал он голос адвоката Елены, – у меня нет твоего номера, пришлось звонить Владимиру. Боюсь, что у меня плохие новости. Сегодня ночью Элен со своим супругом разбились на машине. Они живы, но оба в больнице в Нью-Йорке, Елена в крайне тяжелом состоянии. Глеб, надо бы тебе приехать. Приглашение я тебе вышлю, чтобы всё было как можно быстрее.

Глеб машинально потянулся к пачке сигарет, Володя стоял рядом, ломая руки, измученный тем, что ни слова не понимает. Через несколько минут, Глеб повесил трубку, Володя схватил его за рукав.

– Ч-что? – дрожащим голосом спросил он.

– Мама попала в аварию, мне нужно уехать.

Володя