Ошибка Заклинателя - Стелла Вайнштейн

чувство наполненности. И тут же движение бедер назад, невосполнимая потеря, длящаяся, казалось целую бесконечность, пока Эрик не смилостивился и снова подался вперед, как накрывающее с головой цунами.

И все это длилось и длилось, так же неторопливо, не набирая темпа, пока Эмма не почувствовала себя бьющейся на береге рыбой. Она резко дернула головой прерывая поцелуй, впилась зубами в крепкое плечо горца. Обвила ногами бедра Эрика, вся сжалась внутри. Горец издал короткий стон от боли в плече, не выдержал и резко задвигался в Эмме, полностью оглушая ее. Они достигли пика вдвоем, полностью в унисон, донельзя довольные и удовлетворенные друг другом.

— Я люблю тебя, — хрипло шепотом повторила Эмма.

— Я привыкну слышать это, — отдышался Эрик.

— Мог бы и ответить, — обиженно попросила она и обвила руками за талию, прижимая расслабленного горца еще ближе.

— Не могу, — признался он. — Прости недостойного. Я весь твой, делай что пожелаешь.

Она засопела ему в грудь, лишь прижала ближе к себе, мстительно повторяя:

— Я люблю тебя, слышишь? Люблю тебя!

21.8

Эрик густо покраснел и зарылся носом в ее волосы. После недолгого молчания Эмма приподнялась на локтях и заглянула Эрику в лицо.

— И все же, я из другого мира и не могу не думать об этом. Что, если твои чувства ко мне наведены магией? Если бы я не была Лунной, обратил ли бы ты на меня внимание?

Эрик не ответил сразу, серьезно обдумывая ее слова.

— На самом деле, этот жених втайне бывало мечтал о том, чтобы Эмма была простой девушкой ранга До. В таком случае, я бы смог быть смелее и признаться в чувствах намного раньше.

— Что? Ты хотел перестать быть заклинателем? Но ведь это страшный позор, не так ли?

— И что с того? Честь этого жениха давно разлетелась на мелкие осколки. Зато прожить жизнь с Эммой… Этот жених часто заглядывался на соседей, Ярана и Ахмара.

Эмма тоже помнила бывших соседей, которые женились на обычных горожанках и растеряли флер заклинателей. Их жизнь не выглядела особо счастливой. Они перебивались случайным заработком и скудной пищей, часто через тонкие стенки слышались обычные семейные скандалы. И все же, Эмма понимала Эрика и тоже выбрала бы судьбу обычной горожанки. Лучше, чем быть марионеткой потоков Ши!

— Я поняла, ты втайне вовсе не рад тому, что у Лунн несколько мужей. Признайся, ты хочешь быть единственным!

— Я не смею! — Эрик тихонько улыбнулся. — Это глупое желание, пережиток прошлого.

— Ничего подобного! Я тоже не хочу, чтобы эти самые потоки толкали меня к другим. Расскажи скорее, как избавиться от магических сил!

Эмма перекатилась на грудь Эрика, но с сожалением увидела, что тот отрицательно покачал головой.

— Увы, этому жениху неизвестен способ.

— И что? Просто так смириться с тем, что Ши управляет нами?

— Этот жених не знает, как может быть по другому. В горах Баолян, стараются заключать браки согласно воле потоков Ши. Если жениха и невесту тянет друг к другу, это приветствуется. В Ра все наоборот. Про интриги в семьях заклинателей ходят легенды. Мужья часто ненавидят друг друга и борются за влияние на жену. Дети в таких браках редки, особенно, девочки. Некоторые семьи насчитывают и по семь мужей, но все равно бездетны. Первостепенное значение имеет происхождение и достаток семьи. Часто, о браках договорено еще с детства. К тому же, на заклинателей в Ра накладывают печать при рождении, которая увеличивает магию и гарантирует верность жене. То есть, в Ра наоборот, пытаются перекроить потоки Ши под политику.

— Я понимаю, ты считаешь, что эта магическая тяга между нами лучше холодного выбора по расчету.

— Мне интересно, Эмма… А какие обычаи в Оду? — вкрадчиво спросил Эрик.

Эмма поняла по напрягшемуся телу горца, что тот давно хотел расспросить ее про случившееся на юге. На самом деле, она и сама желала поделиться пережитым, только не знала, как правильно подобрать слова.

— У них поровну мальчиков и девочек, я не видела, что проклятие Гуанхина как то коснулось южных племен. Может дело именно в том, что Главный жрец — средоточие клана. Ему поклоняются словно божеству. Их утренние и вечерние молитвы, ничто иное, как сбор жатвы. Жрец как клещ присосался к клану, ежедневно отбирая потоки магических сил. На самом деле ему больше трехсот лет, он просто меняет тело на более молодое и привлекательное, как надоест. Они говорят, что на обмен нужно согласие, но разве можно отказать божеству? Он всеми правдами и неправдами добивается своего. Я сама видела, как он обхаживал очередного молодого красивого парня, внушая, какая честь отдать свое тело.

Эрик легко скривился, выдавая отвращение, а Эмма продолжила:

— Сила веры и вправду вызывает восхищение. Если заклинатели собирают Хуа в поте лица, то к жрецу Хуа так и тянется из земли, нарастает на тело и полностью преображает. Весь клан уверен, что это божество спустилось с неба в тело солнечного, но на самом деле он тратит украденное. И ему все мало, Эрик. Главному жрецу позволено все, но больше всего он желает именно то самое, единственное недоступное.

Эрик приподнял бровь. Его взгляд спрашивал, имеет ли Эмма в виду происходящее ночью между супругами.

— Именно! Он не желает упустить ни крупицы магии, поэтому не смеет дотронуться до обычной женщины. Может лишь смотреть, и если бы ты знал, какие непотребства творятся в храме солнца на его потеху. Красавицы жрицы на его глазах отдаются кому угодно, а солнечный открыто удовлетворяет себя.

Эмма чуть кашлянула, но продолжила дрожащим голосом.

— Солнечный собирался по быстрому изнасиловать меня до обмена. Эрик, я никогда так не боялась! На мое счастье, Деви что-то подозревала, поэтому не выпускала меня из под надзора. Она устроила истерику, что не согласна на оскверненное тело и папаше пришлось отступить. Как вспомню, мутит.

Эрик сжал кулаки.

— Я должен был быть рядом.

Эмма досадливо покачала головой.

— Мы для них, никто. Они ставят себя выше обычных людей. Ах, Эрик! — Эмма схватила его за предплечье в сильном волнении. — Если бы главный жрец узнал о том, что мне открылся его секрет, меня бы не выпустили живой!

— Что Эмма имеет ввиду?

— Насколько я поняла, обычно во главе клана стоит пара, состоящая из главного жреца и его супруги. Им молятся примерно поровну, мужа просят об охране от врагов, а к жене обращаются с просьбами о здоровье. Кланы вечно грызутся между собой, мечом и кровью пытаясь отобрать верующих, словно скот, чтобы стать еще сильнее. Солнечный клан