Там, где царит Слава - Дарья Бухарова

– Ты пожалеешь об этом! - воскликнула она, поднимаясь и поправляя платье. - Ты трижды пожалеешь! - она запахнула плащ на груди и вдруг исчезла. Тэм отчётливо почувствовал Силу Ночи, когда она применила свой Дар Перемещения.

"Он уже может раздавать Дары направо-налево… Неужели, ему и правда суждено возродиться!" - переводя дух, подумал Тэрмис.

Если Хозяин приказал и своим слугам охотиться за ним, нужно быть ещё осторожнее, а действовать ещё быстрее. Он не понимал, как сможет остановить Хозяина Ночи, но он должен это сделать, потому что совершил страшную ошибку, которую обязан искупить. Кажется, ему придётся не раз хвататься за оружие, забывая о своей сути… Что ж, если надо преступать традиции, значит, так надо.

Тэрмис вдруг понял, что он совершенно один. На этом пути у него нет никого, на кого он может положиться. Страшное ощущение одиночества захлестнуло его, захотелось плакать, рыдать, метаться в истерике. Захотелось бросить всё и уйти, захотелось сорвать с себя проклятый белый шнурок и без раздумий броситься в омут…

С силой и злостью он ударил себя по щеке. Боль от удара заставила его очнуться от страшных мыслей.

"Неужели, это Хозяин? Он пытается свести меня с ума? Нет, я не дамся… Не дамся…"

– Не дамся, - бормотал Тэрмис. - Не дамся я вам. Вам не получить Камень Света…

Тэм вскочил на свою лошадь, отвязал коня Зэрандера и погнал их прочь по дороге, в направлении Алвалена. Люди шарахались от нелюдимого мрачного всадника в потрёпанном дорожном плаще и с посохом, прикреплённым к седлу, избегали его острых, ищущих взглядов и поражались, как на юном лице уживается с мягкостью целеустремлённость и… обречённость.

Только однажды он остановился, чтобы перекусить и запастись едой, и больше не задерживался нигде, потому что повсюду ему мерещились Стражи Света и слуги Хозяина…

12

Рабы по крови

Здесь дорога была мощёная булыжниками. Копыта коней звонко цокали по ней, а Тэм старался напустить на себя важный вид, чтобы никто не решил вдруг окликнуть его и о чём-нибудь поинтересоваться. Он минул уже две деревеньки, довольно большие, и один городок, даже без крепостной стены, которые все были под властью Алвалена, но по-прежнему дорога была относительно пуста. Зная, что обычно в Алвален тянутся толпы путников, торговцев, сказителей и прочих любителей путешествий и больших богатых центров, Тэрмису это казалось странным. Невозможно, чтобы никто не желал прибыть в Алвален. Конечно, время сейчас не для торговых караванов, но тем не менее…

Так как он старался нигде не останавливаться и не задерживаться, он не сумел узнать, почему так мало направляющихся в Алвален, и решил надеяться на то, что это не связано с какой-нибудь эпидемией или гражданской войной, которые в небольших, но сильных государствах-городах случались довольно часто.

После той встречи со слугой Ночи, Тэм боялся ночевать в глухих местах, равно как и в людных. Он с горечью ощутил, что перестал доверять людям. За это время он разучился даже улыбаться тянущимся прикоснуться к его лошади, когда он стоял на месте, отдыхая, детям. Непонятная боль жгла его изнутри. Дважды ему мерещилась в толпе женщина с некрасивым жестоким лицом, один раз угрюмый калека взглянул на него, и Тэрмису показалось, будто его ужалила сразу сотня ос - так остро он ощутил Силу Ночи. Но стоило ему подъехать ближе, он понял, что калека слепой, и у него нет обоих глаз… Если он засыпал - то только дремал прямо верхом на Мирной, и снились ему какие-то страшные вещи, битвы, разрушение мира, он, приносящий клятву Хозяину Ночи, но часто - просто мужчина с лицом Сати, который убивает его. Убивает по-разному: мечом, из лука, ножом в спину, Даром Ночи… Он бывал одет в доспехи Воина Тени, в плащ Стража, в бело-золотой доспех Клинка Света, в мантию и рясу, словно один из Хранителей, он был в лохмотьях и богатых кафтанах, но он был повсюду. Сны были короткими, но ясными. Иногда Тэм сам не замечал, как его одолевает дремота, и приходил в себя только после очередного кошмара. Он понимал, почему ему всегда снится Сати, но… Такого засилья страшных видений у него давно не было.

Сейчас дорога была совершенно пустынной. Тэрмис крепче сжимал поводья Мирной и привязанного к ней безымянного коня Зэрандера. Тэм рассчитывал продать его в Алвалене.

Стены города уже были видны. Миновав очередную большую деревушку, Тэм уже мог твёрдо сказать, что ему видны флаги Алвалена. В этом чудесном городе ему уже приходилось бывать, это было очень интересное место, но и достаточно опасное. Здесь нужно было следить не только за своим кошельком, но и за головой - у некоторых дворян здесь любимым развлечением было устраивать травлю. Они придумывали себе некоего человека, подробно, до мельчайших деталей, и сообщали его портрет охотникам за головами. В других местах такая профессия была порицаемой, но в Алвалене, будучи охотником за головами, можно было хорошо нажиться, если следить за ножами в чужих руках. Безусловно, частенько лорды да графы описывали каких-нибудь особенных должников или личных врагов, и использовали травлю в политических целях. Единственное - охотникам за головами было запрещено трогать самих дворян, королевский двор, личную гвардию короля, тех, у кого есть специальное распоряжение его величества, а также чужестранцев. Для путешественников делалось исключение, но если вдруг какой-нибудь барон взял да и описал твою внешность, то тебя сначала схватят и приволокут к нему, а потом только ты сможешь доказать, что ты не алваленец. Пока суд да дело, много времени можно потерять… Не везло тем, кто попадал в травлю будучи гражданином Алвалена. Он был обязан либо выкупить себя, либо сделать то, что прикажет тот, кто его искал. Это было достаточно бесправно и унизительно для людей, но они ничего не могли с этим поделать - если закрыть глаза на травлю и надеяться, что она обойдёт тебя стороной, то жить в Алвалене может припеваючи даже безрукий лентяй.

Ворота города, кажется, были закрыты. Тэм привстал в седле, желая посмотреть получше, но в этот миг на пути его лошадей возникли люди. Кажется, они вышли из небольшого заброшенного домишки на обочине дороги. Судя по способу, которым они оповестили о себе, их можно было принять за разбойников, но Тэрмис, только взглянув на их форму одежды, сразу признал в них алваленских солдат.

– Дорога на Алвален закрыта, - произнёс один из них, держа руку на эфесе меча. Солдат в стороне держал стрелу на натянутом луке.

Тэм недоумённо уставился на них. Успокаивая взволновавшуюся Мирную, он заставил её немножко отойти назад и выговорил как можно более мирно.