Ошейник для валькирий (СИ) - "Давление"

Голограмма слегка моргнула, а потом с любопытством уставилась на распластавшуюся богиню войны.

— Суръёзное происшествие, однако. Зачем, девушек бьете, капитан?

— Она сама ударилась.

— Ага, по статистике все побои в армии на это списывают.

— Капуста, бл*ть!

— Да-да, не кричите. Уже вызвала кого надо, включая сатану. Она, кстати, сюда несется уже на всех парах.

— Сатану? — Ка-чан не успела ничего ответить, как дверь открылась и на пороге появилась Рита. По ее внешнему виду сложно сказать, что она сюда бежала. Наряд как всегда аккуратен, дыхание спокойное и на лице дружелюбная улыбка.

— Извините за вторжение. — Рита, быстро подошла к Идель и оглядев с головы до пяток, приложила ладонь ко лбу. — У нее жар…А еще шишка. — Горничная с подозрением взглянула в мою сторону.

— Клянусь это я не. Она мне чуть дверь головой не выбила.

Рита скептически посмотрела в мою сторону и вздернула бровку. — Сама?

— Чихнула и вырубилась. Честно, честно.

— Хорошо. — Что "хорошо" Рита не уточнила, лишь осторожно подняла Идель на руки и вышла из каюты.

С горем пополам поднявшись с пола, я снова огляделся. Надо, что-то делать с этими кошачьими приходами.

— Так, товарищи залетные. Давайте-ка мы вас запишем. И наверное стоит сдать их медикам. Пускай следят за состояние, как раз должны скоро прибыть.

Я подошел к одной более менее вменяемой валькирии. Ей было примерно столько же лет, сколько Киане. Только в отличии, от косички, у этой были серые глаза, как и волосы, которые были заплетены в мощную косу, свисающую чуть ниже плеч.

— Тебя как зовут, чудо? — Я положил ладонь между ушек девушки и она довольно улыбнувшись подалась в сторону моей руки, выпрашивая погладушек. Правда, вместо нее ответила другая девушка, которая ловила воображаемых бабочек.

— Это сер-р-ржант Ника, товарищ капитан. С-с-старррший сержант Ника, ня.

Нэка-Ника под моей рукой тут же оживилась. — Для вас я старший пуфыстик Ника, капитан Джек, мур. Можно, вас называть просто "Джек"?

— Низя, старший пуфы… тьфу ты, старший сержант Ника. — Надо бы, включить серьезного мужика, да что-то как-то не выходит, особенно, когда смотришь как об твою руку ластится симпатичная девушка. Она, кстати, на мой отказ ни капельки не обиделась, а то довольно зафырчала.

— Кошечек значит любишь, да Джек? — Фелиция с ехидством наблюдала за тем, как я почесываю девушку. А потом перестала вертеть тот самый цилиндрик в своих руках.

— Фел… Ты же не…

— Что ты испугался так? — Богиня направила цилиндр в мою сторону и нажала на кнопку. И в туже секунду у меня на груди появилась красная точка.

Котейки страдавшие всякой херней, до этого момента, внезапно замерли и уставились в мою сторону. Ушки стали прижиматься к голове, а зрачки расширятся.

— Фелиция…Фелиция выключи. Я тебя заклинаю, выключи это дерьмо! — Захотел! богиня только хитрожопо оскалилась и стала подергивать указкой по моей груди.

— Фели..

— КРАСНЫЙ ДЕМОН НАПАЛ НА КАПИТАНА!

— Твою мать…

С одной стороны это, конечно, прикольно. А с другой, я чуть не обосрался, когда в мою сторону полетело пять обдолбаных кошко-девок.

— Спасем капитана! Красная тревога!

Дружная хвостатая армия просто свалила меня с ног и начала ловить чертову точку, которая по воле Фелиции периодически забегала в самые интересные места.

— Куда он делся!?

— Под рубашкой!

— Очнитесь бестолочи! — Я прикладывал все силы, но эти чувырлы стали стаскивать с меня одежду. И на ласку эти касания были не похожи. Я скорее ощущал себя как барабан.

Продлилась экзекуция минут пять. Фелиция уже давно перестала играться с фонарем, но вот валькирий это не остановило.

Постепенно простое и невинное «поймай красного демона, покалечив капитана» превратилось в «поймай красного демона и полапай капитана, где только можно и нельзя». Игривые хлопки ладошек девочек, стали более ласковыми и нежными. Я почувствовал как чьи-то руки проникли под рубашку и стали бессовестно гулять и ощупывать мой живот.

Кошачья ватага стала немного спокойнее и разместившись кружком вокруг меня, дала волю своей фантазии. Мне с трудом удавалось угадать, где и чья рука. Но та, что первой залезла ко мне под одежду, сейчас немного стеснительно и неуверенно пыталась попасть под линию брюк. И мне кажется я ее знаю…Точно! Это же та самая Кэт, которая меня поносила в выходной день. Ну, надо же какие люди.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Найти глазами развратницу не составило труда. Она единственная сейчас не хихикала вместе со всеми. Глазки бегали из стороны в сторону, но взгляд был направлен в никуда. Складывалось ощущение, что она пытается мысленно представить путь пройденный рукой. И чем дальше заходили ее пальчики, тем сильнее краснели ее щеки. В это время ее хвост с вишневой шерсткой нервно подрагивал, а кошачьи ушки стояли торчком. Девочка полностью ушла в себя и не обращала внимание не на что вокруг. Видимо я вообще первая особь мужского пола, кого она касается.

Я так бы и наблюдал за ей дальше, если бы не Ника, которая тоже пыталась выдать свои шалости за шутку, но в итоге потеряв всякий стыд прислонилась своими губами к моим. Поцелуй был невинным, легкое касание, я едва ощущал мягкость ее карамельных губ. Больше будоражил аромат исходящий от ее волос.

Смешки и подтрунивания девушек как-то постепенно стихли и сейчас трое из них с любопытством наблюдали за тем, что делают их подруги.

Между тем, Ника осмелела и стала пытаться настойчиво проникнуть языком ко мне в рот. Не буду врать, факт того, что о меня трутся неко-студентки, не плохо так приподнял мне настроение.

Скромные девушки сейчас уступили места своим более смелым подругам. Ника стояла на коленках, оперевшись на локти и продолжал свой поцелуй. Хвостик, который она еще плохо контролировала приподнялся задрав короткую юбку разлетайку и замер в форме буквы S, выставляя на показ белые трусики в синюю полоску.

Должно быть для этой молоденькой студентки сейчас наш поцелуй был вершиной сексуального опыта. А Кэт все-таки вернулась в реальность, но останавливаться не спешила. Три подруги, которые наблюдали за действом, сейчас подначивали ее продолжить заниматься бесстыдством. Очевидно для того, что бы потом спросить «А как оно там?».

Ника продолжала дразнить меня язычком, когда я почувствовал, что кто-то расстегнул ремень на штанах. А затем, маленькая ручка осторожно двинулась к моему хозяйству. И когда я почувствовал прикосновение, то вишня на секунду замерла, как будто раздумывала над тем, что делать дальше, а затем вполне уверенно обхватила член рукой стала ходить по нему то вверх, то вниз. Могу поспорить, вспомнила какое-то видео.

Как только мой ствол начал крепнуть, даже от таких не умелых ласк, девушки снова зашушукались, но буквально через секунду ощутил как у меня в штанах оказалась еще одну рука. Ника оторвалась от меня всего на секунду, что бы посмотреть, чем занимаются остальные и именно в этот момент девушки стянули с меня штаны, отчего джеки младший задорно выпрыгнул из трусов и уставился в потолок.

Картина маслом "Мы делили апельсин, нас здесь пять, а он один". Девушки начали переглядываться между собой, мол "ну, вот мы его достали и что дальше?", серебристая с предвкушением облизнула губки, однако, Кэтрин придержала ее рукой показывая, что она хочет попробовать первой.

И конечно же, в этот момент открылась эта долбаная дверь.

— Джек, что случилась, я слышала у вас ране…ный.. — На пороге стояла Дюран. Под ее взглядом хотелось забиться куда-нибудь в дальний угол и даже температура в комнате по-моему упала на несколько градусов. Два моих обожаемых сапфира сейчас смотрели на меня с легким презрением.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ох, простите, капитан Джек. Где мои манеры? Я забыла постучаться. Но сейчас исправлю это недоразумение. — Наверное стоило бы уточнить кому и куда она собирается постучать, но котейки смекнув, что высшая им скорее всего за такую выходку хвосты по обрывает, тут же мгновенно испарились.