Хроники Гнипахеллира (СИ) - Паша Козельский

— Да я понимаю, — ответил всемастер. — Хоть убивай его.

Вечером пришла дурная новость. В одном из южных городков на крышу домов упал военный геликоптер. Кажется, пилот не справился с управлением.

— У меня родственники там живут, — сказала Ли.

— Они не пострадали? — испуганно спросил я.

— Я послала им весточку, вроде все в порядке. — ответила Лилит.

— Не похоже на диверсию, — сказал я, внимательно осматривая кадры с места крушения. У меня было предположение, что это связано с пролетом метеорита. Снова ослабло магнитное поле как тогда, когда был гул земли, но я решил ничего не говорить, чтобы не нервировать свою половину.

Наутро снова возникла эта боль в плече. Да что происходит со мной? В резиденции ровным счетом ничего не происходило. Как же сильно болит. Чтобы отвлечься, я решил погрузиться в изучение биографий спутников Сувара. Итак, что же нам известно о великане по имени Урал Батур, который был казнен вместо своего младшего брата. Легенда гласила, что Урал Батур был уже старым, жил в ямных горах и собирался умирать. Но прежде, чем это сделать, он спрятал все свое золото в пещеру, выдрал с корнем гору и закрыл ту пещеру, сказав, что кто золото тронет, тот умрет. Но умер ли он сам в итоге или нет, в легенде не сказано. Зато там сказано, что Урал Батур был на столько старым, что застал битву с титанами. Не думаю, что это правда. Битва с титанами была в незапамятные времена. Сувар едва ли помнил катастрофу, на сколько Урал был старше его? Не думаю, что на много. Я совершенно точно знал, что Урал был казнен по приказу королевы Беллы, как зачинщик мятежа великанов. Настоящий же зачинщик по имени Сувар тем временем скрылся. Но откуда могли взяться сведения о битве с титанами? Не на пустом же месте они возникли.

Я залез в архивы ордена и стал просматривать информацию по ямным горам. И, кажется, мне повезло. За несколько десятилетий до мятежа великанов какой-то Велет мотался по всем местам прежних битв с титанами и собирал каменные артефакты. Все это добро он сложил в одной из пещер ямных гор. На что были способны технологии титанов, я видел во время гибели большой световой башни. С какой целью Урал Батур собирал их? Не собирались ли они использовать это в войне против людей? Нужно было посоветоваться.

Я ворвался в кабинет великого магистра.

— Что случилось? — спросил тот.

— В ямных горах находится огромный схрон технологий титанов, — сказал я.

— С чего ты взял?

— Нашел в архивах, — ответил я. — Некто Урал Батур ходил по местам прежних битв гигантов и собирал каменные артефакты. Видимо, имеется в виду технология титанов.

— Либо кремнийорганика в чистом виде, — заметил великий магистр.

— Зачем ему это было надо? — с ужасом спросил я.

— Да кто же его знает. Может просто коллекционировал, может хотел применить против людей.

— Ямные горы не маленькие, — заметил я. — Туда надо высылать весь орден, чтобы найти нужную пещеру.

— Ну сейчас не времена королевы Беллы, — улыбнулся всемастер. — Настроим сенсоры на технологии титанов и отправим Рики полетать над горами. Если что найдет, то будем думать, что с этим делать.

— Тревога! — закричали с колокольни. — Светлячки! — мы с великим магистром бросились к куполу. Из всех розеток с шипением лезли Электры. И тут я вспомнил, что они хотели с нами подружиться, и я собирался поговорить об этом с Аароном, но в это время случился переворот, и у меня все просто вылетело из головы.

— Стойте! — закричал я. — Они нам больше не опасны. Они пришли дружить!

— Нет! — раздался голос у меня в голове. — Теперь мы служим сыну Митры, и фаворит великой матери приказал уничтожить вас!

— Вольф подлый предатель! — прошипел Хэм. Видимо ответ Электров слышал не только я.

— Тогда за дело! — скомандовал я.

Бой был коротким и привычным. Светлячки совершенно не развивались, и мы щелкали их, как орехи. Очень жаль, а ведь мы могли превратить их в союзников. Но я решил выпроводить Вольфа, и теперь он будет мстить, как только сможет. Неужели Аарон прав, и единственным выходом было убийство. Как и вчера, боль утихла ближе к обеду. Что же со мной случилось? Может показаться целителям? Да ладно. Само пройдет. А вот и событие, которого я ждал. На огненном архипелаге произошло самовозгорание крыши одного из зданий. Огненный архипелаг был уникальным местом. Все его острова являлись действующими вулканами. Но местные дикари все равно там жили. Значит, сомнений нет: откаты от метеорита бьют по магнитному полю.

На следующий день боль вернулась. Я даже не стал обращать внимания. Все равно к обеду исчезнет. Но сегодня все было не так. Плечо ломило все сильнее и сильнее. После обеда боль стала невыносимой. Вместо того, чтобы обратиться в орденский лазарет, я с громким воем выскочил на улицу. Боль не отпускала. Какое-то безумие распустилось в моей голове. Я с громким криком вырывал фонарные столбы и швырял их на землю. Откуда только силы столько взялось? Сейчас я, наверное, поднял бы даже палицу Сувара. В мою сторону двинулась полиция, но я замахнулся на них очередным столбом, они разбежались. Надо убраться отсюда, пока шпики не вызвали подкрепление. Как же больно!

Когда разум ненадолго вернулся ко мне, я решил, что надо обратиться в ближайшую больницу. Такая нашлась во дворах.

— Что с вами? — спросила девушка в регистратуре.

— Плечо! — заорал я. Девушка нажала какую-то кнопку, и из подсобки выбежали санитары. Они скрутили меня и поволокли по коридору.

— Успокойтесь, — говорил один из них. — Декстер наш лучший хирург.

— Больно! — ревел я.

Меня бросили на кушетку и связали. Вскоре забежал человек в белом халате и сделал укол. Боль стала еще сильнее.

— Больно! — продолжал орать я.

— Странно, — развел руками доктор. — Это самое сильное обезболивающее. Видимо, придется отрезать руку.

— Руку мне отрежете? — взревел я. Одним резким усилием я разорвал ремни, потом схватил обоих санитаров и швырнул в разные стороны. Вставшего на пути доктора я просто поднял за ворот и отнес к стене, хорошенько впечатав его туда.

— Больно! — орал я, выбегая в коридор.

— Больно! — выл я, проносясь по улицам Карабалам-Сити. Боль была настолько сильной, что рассудок совсем оставил меня. кажется, я снова вырывал столбы, грыз скамейки и кого-то даже окучил. Какая-то тень спикировала на меня с неба и обрушила на голову сильный пресс.

— Больно! — успел я крикнуть напоследок.

Я очнулся в орденском лазарете. Боль никуда не исчезла, а шевелиться я не мог.