Ведомые Духом - Катти Шегге

— Варис тебе не доверяет, Филия! Он сказал жене, что хочет отослать тебя в другой пункт. Она поначалу отвергла его предложение, ибо уже грезит о богатстве, которое принесет твой целительный дар. Ведь слава пойдет по всей стране, и в 19-й съедутся многие желающие за звонкую монету излечиться, а также узнать свое будущее.

— Мне уже приписывают дар гадания? — усмехнулась Лисса.

— Но комендант сумел настоять на своем. Видимо, от страха разоблачения он решил противостоять своей жене. Он уговорил её перевести тебя в пункт 13 к своему приятелю Торвину. У того серьезные проблемы со зрением, и ты должна будешь заняться старческой слепотой. Я в этом деле тебе не помощник. Избавлять тело от старости и смерти не по силам даже богам, а чародеям-колдунам и подавно.

Об отъезде комендант сообщил вестнице богини через несколько дней. Лисса не стала перечить его решению. Вместе с Лансом они пришли к мнению, что на новом месте будет легче обрести свободу и доверие жителей. Здесь же Варис не разрешал девушке выходить из дома, опасаясь, по его словам, за её жизнь, а точнее не желая предавать всенародной огласке известия о способностях Филии. Килита настаивала на пророческом даре тайи, и каждое утро приходила к ней в комнату для беседы о предстоящем дне. Лисса не могла отмалчиваться, и высказанные пророчества очень скоро обещали обернуться настоящей стороной — обычной выдумкой. Поэтому волнуясь за свое доброе имя, Филия даже радовалась предстоявшей перемене.

В одном из разговоров девушка попросила Вариса отправиться в 13-й пункт после Дня Свадеб.

— При этом принято почитать великих богов — Море и Тайру. Это последний день в году, когда молодые могут объединить свои сердца и сыграть свадьбу, ибо потом ночи удлинятся, и тьма омрачит первые совместные радости. К сожалению, я не вижу приготовлений к этому празднику в вашем доме.

— В Истару не заходят ни таги, ни видии, — отвечал Варис. С каждой беседой Лисса чувствовала все большее уважение к себе в речах коменданта. — Филия, боги забыли нашу страну, как и их служители, поэтому ты была послана сюда как напоминание об обетах, приносимых нами при рождении. Я буду очень благодарен, если ты проведешь служение Тайре в моем доме.

— Я обязана исполнить это, — отвечала Лисса. — После чего моя миссия в твоем пункте будет завершена, и я понесу свет в другие истарские поселения.

— Как я уже говорил, — Варис мямлил просительным голосом, — моему другу в 13-м пункте нужна твоя помощь. Там ты сможешь совершить множество благих дел. Я пришлю за тобой человека, когда прибудет решение о твоей судьбе из Лемаха. Я уверен, что оно будет справедливым и угодным богам.

— Решение будут принимать люди, а не боги. Не стоит полагаться на его праведность, но Тайра поможет мне достойно исполнить свое предназначение.

Ланс не приветствовал желание Лиссы приносить дары Морю и Тайры в дни солнцестояния, но она была непреклонна.

— Только боги помогли мне пережить все то, что выпало на мою долю, — говорила девушка. — Я навлеку гнев Тайры, если забуду о ней в такой день. И притом я помолюсь о Дугласе и Двине — чтобы мы с ними поскорее свиделись.

В День Свадеб на закате и на рассвете, когда день встречался с ночью, Лисса в белых одеяниях обошла в окружении небольшой процессии дом коменданта. В руках она держала кувшин с водой, из которого окропляла землю, стены и ссыльных. Она пела молитвы Тайры, которые остались в памяти после пяти лет обучения в школе, а также произнесла напутственную речь о почитании богов. Утром у дома Вариса собралась большая толпа женщин и мужчин, слушавших громкие речи Филии, вестницы Тайры. Они с благоверным страхом взирали на её маленькую босую фигуру. Когда она произнесла тринадцать раз, по числу государств в Мории, слова — "Слава Тайре и Великому Море!", с неба полилась вода. Люди радостно поздравляли друг друга, так как дождь в засушливой стране шел очень редко.

Истарцы устроили настоящий праздник. На узких улицах 19-го были расставлены столы, на которые хозяйки вытащили самые лучшие припасы и угощения, мужчины достали из темных погребов вино и брагу. Гуляния продолжались до самого вечера. Под мелким осенним дождем люди пели песни и танцевали. Лисса с началом веселья удалилась в свою комнату. Она готовилась к отъезду. Дом совсем опустел, и на прощание девушка решила заглянуть в кабинет Вариса. Став Филией, у неё не было возможности расспросить коменданта о своем брате и подруге. К тому же его могло насторожить любопытство блаженной, которая держалась все время отрешенно от земных дел, ведь ей и так были ведомы все тайны. Поэтому девушка вознамерилась самой обыскать бумаги коменданта. Ланс легко отпер замок на двери, и тайя направилась к письменному столу Горвиха. Её лицо озарилось радостью, когда на глаза бросился листок, исписанный рукой брата. Она бегло просмотрело письмо.

— Ланс, — зашептала она, спеша поделиться с ним радостной вестью, — это почерк Дугласа! Я уверена. Тут пишут обо мне. Комендант 34-го пункта Квинт просит рассказать в подробностях о судьбе морийской девушки, задержанной на границе с рудокопом. Ланс, значит, Дуглас жив!

— Если это действительно его почерк, то устроился он неплохо, — отозвался дух, — писцом вроде Горвиха.

— Надеюсь, что Двина находится рядом с ним, — Лисса сложила письмо и спрятала его в одежде, а затем осторожно выскользнула из кабинета.

Вечером, закутавшись в черный плащ, Филия села в закрытую повозку, груженную разным товаром. Она простилась с комендантом и другими знакомыми, которые почти позабыли о вестнице Тайры, изрядно выпив в честь богини и всех её дочерей. Повозка медленно тронулась в путь, направляемая седым стариком, и никто не пожалел об этой разлуке.

Глава 4

ГАДАНИЕ НА ВОДЕ

Варис принял вольных в своем кабинете только после ужина, заставив ожидать уставших с дороги путников на конюшне.

— Какие у вас для меня новости? — спросил он молодых людей, развалившись на мягком диване.

— Мы с письмом от коменданта 34-го господина Квинта Вассана, — ответил старший из посланцев.

— А я думаю, почему вольные прибыли без товара?! Теперь понятно: Квинт совсем обеднел, даже нечего предложить соседу, раз посылает людей с пустыми руками.

— Господин Квинт отлично наладил торговлю в своем пункте, — заметил сероглазый вольный, который был повыше своего спутника. — Каждую неделю его люди отправляют обозы в порт. К вам же мы заехали, сделав большой крюк на пути. Но письмо важнее хорошего товара, так как оно решает судьбу человека, а это дороже золота и монет, получаемых в выгодной сделке.