Янтарный Меч Гексалогия - Ян Фей

К счастью, эффект звукоизоляции спас её. Ее голос не был замечен посторонними. Монахиня-принцесса слегка вздохнула, ее руки и ноги немного устали, но она не могла не слушать.

Это хорошо, – Морос кивнул и снова повернулся к нему. – Ты можешь выбрать себе кого-нибудь? Это связано с репутацией храма и является самым важным в нашем плане.

Пожалуйста, будьте спокойны, – Маркиз Юси тут же кивнул, взял у него из рук предмет и положил его на кофейный столик. – Этот человек абсолютно надежен, это кольцо его жетон…

Морос ничего не ответил, просто взял кольцо и холодно кивнул.

Но в это время все трое услышали негромкий звук, как будто на Землю упал тяжелый предмет. Первым среагировал сам священник. Он одним ударом выпустил золотисто-красный луч, попав в книжный шкаф.

Книжный шкаф разлетелся на куски, и опилки и искры посыпались вниз. В то же самое время стена дома внезапно качнулась и скользнула в сторону, открывая потайной ход.

Морос взглянул туда и сразу же увидел Мэгдейл, сидящую на земле с бледным лицом.

Принцесса Мэгдейл! – Новый главный жрец храма побледнел, сказав это со злостью.

Но Принцесса не слышала, она смотрела на кольцо в его руке.

Это невозможно … – пробормотала она.

Том 3. Глава 302

О, нежданный гость! Вы похожи на маленькую лань, которая бросилась в ловушку охотника, – рассмеялся Маркиз Юси. – Что вы собираетесь делать с этой прекрасной леди?

Монахиня посмотрела на него с негодованием. Выражение удивления и ужаса на ее лице выдавало беспокойство в ее сердце.

Тебе лучше не думать о ней. Она не так проста, и это проблема, которую вы не сможете решить, – угрюмо ответил священник.

-Ха, Вы шутите, Лорд, – рассмеялся Маркиз Юси. -Женщины … у меня их много. По сравнению с теми женщинами, которые очаровательны, нежны и мягки, как вода, меня всегда меньше интересовали холодные и строптивые…

Верховный жрец взглянул на него.

Я пошлю тебя к Вуду, он разберется в ситуации. Пока это не закончится, он будет наблюдать за вами от моего имени, Ваше Королевское Высочество, пожалуйста, признайтесь во всем, – холодно сказал он Мэгдейл. – Это также из соображений вашей безопасности. Следующего шанса не будет, принцесса.

Я не нуждаюсь в вашей жалости, презренные люди, – сказала она с бледным лицом, стиснув зубы. – Если вы используете храм для вмешательства в политические споры других стран, вы обречете себя и других на страдания, это страшный грех!

Морос ничего не сказал на её слова. Эти слова были высшим испытанием для набожного верующего, но для него они звучали безболезненно.

Ваше Королевское Высочество, ваше мнение – это всего лишь скромное женское мнение, – сказал он, резко поворачивались, поднимая кольцо в руке. – Разве это не единственное, что должно волновать? Мы с тобой предстанем перед судом, как Марта, и мне не будет стыдно больше, чем тебе.

В руках Мороса находилось кольцо, отлитое из серебряной плавки. Поверхность была окутана слабым светом свечей. Кольцо вырезано из оливковых ветвей и окружено огнеподобным Рубином. Эмблема на кольце, с оливковыми ветвями, пламенем, струящимся ветром и полумесяцем, являлась семейной эмблемой семьи Шифа.

Монахиня-принцесса застыла, ее лицо побелело.

Отправь ее в лес. Если он спросят, Вы можете ответить правдиво, – сказал Морос маркизу.

Я действительно не хочу встречаться с архиепископом Вудом. Я вижу, что он меня недолюбливает, – насмешливо ответил Маркиз Юси.

Морос ничего не сказал, но втайне усмехнулся. Мэгдейл опустила голову, сердце бешено забилось. Она не заметила, что к ней подошел Маркиз, который слегка улыбнулся и был готов помочь ей встать. Мэгдейл почувствовала искреннее отвращение, всплеснула руками и вскрикнула.

Это было неожиданно, поэтому что-то темное упало из руки Маркиза на землю.

Это было кольцо в форме переплетенных змей.

Три человека в комнате одновременно переменились в лице, и Мэгдейл подняла голову, недоверчиво глядя священника и маркиза. Её мысли путались, но среди бессвязного потока она четко ухватилась за одну – «беги!»

Ее ум прояснился, и она немедленно встала и побежала.

Лови ее! – Голос Верховного жреца прозвучал холодно, как будто в нем не было никаких эмоций, пронзив все нутро принцессы, как холодный меч.

Как же это все могло случиться!

Она почувствовала, как у нее сжалось сердце, и поняла, что если она сделает шаг назад, то, скорее всего, ее не пощадят. Кроме того, эта тайна слишком велика, она должна рассказать об этом другим.

Мэгдейл вдруг почувствовала, что ей страшно. На мгновение она испугалась, что человек, который был также её учителем и другом, тоже замешан в этом деле. В ее сознании тут же возникла другая фигура – молодой человек, который был молодым Лордом.

У монахини-принцессы забилось сердце, и она невольно оглянулась. Но в этот момент время, казалось, застыло у нее перед глазами. Сначала она увидела маркиза совсем близко, а затем увидела сверкающий острый меч в другой руке.

Не надо …

Мэгдейл чувствовала, что слезы не могут остановиться. Впервые она поняла, как сильно не хочет умирать. Она все еще хотела жить, даже если бы вернулась в свой родной город и жила мирной жизнью.

Меч пронзил ее сердце.

Прости, Гриффин … – принцесса почувствовала себя так, словно ее ударила молния, затем покалывание распространилось. Темнота постепенно рассеивалась перед ее глазами.

...

Во внутреннем дворе храма дождь темной ночью омывал деревья во дворе; в кустарнике появились два человека. Послышались голоса.

Привет, Джилл. Не слишком ли рискованно для нас это делать? Вы подумайте об этом, эти люди могут запросто убить нас, просто пошевелив пальцами…

В неизвестном месте под кустами кусок земли вдруг закачался, а потом и вовсе упал. Это было похоже на дыру в комке грязи, и вода и грязь на земле хлынули внутрь.

Скорее уходите!

Успокойся!

Ну, я уже говорил, что тебе не следует выходить из дома, когда идет дождь, особенно сегодня вечером, новая одежда снова промокла. Смотри, все в грязи…

Ты украла это платье, – мягко напомнил голос.

Дело не в этом. Кроме того, какая разница между покупкой и воровством? В конце концов, люди не должны платить за краденое – я имею в виду то, что вы нашли, совершенно ненадежно. По крайней мере, человек, который это придумал, совершенно не думал о том, что одежда может промокнуть. Это просто шедевр тупого разбойника.

Совсем как мы.

Мы не разбойники. Мы – грабители.

-Брось, Джилл, посмотри правде в