Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Халс и Абель видели тебя в платье, — тихо произнес Райнер.

Франка застонала:

— Так они знают мою тайну?

Райнер хмыкнул:

— Нет, нет. Они думают, что это у меня есть секрет.

— Они… — глаза Франки расширились. — О нет!

Разделившийся отряд шел дальше в неловком молчании, но через некоторое время Павел глянул через плечо.

— Ну и что ты знаешь об этих крысах?

Райнер поднял бровь.

— Ты что, разговариваешь со мной?

— Мы это делаем только постольку, поскольку это касается безопасности гарнизона, — сказал Герт.

— А-а. — Райнер спрятал ухмылку. — Ну, они собираются взять форт, а потом и Аульшвайг. Шедер в сговоре с ними, он предал Гутцмана за золото шахты.

Халс остановился и обернулся.

— Это правда?

— Спроси Джано. Он тоже слышал, как Шедер говорил с вожаком.

Павел покосился на Джано.

— Тильянец?

— Он приказал им завтра атаковать форт.

Павел аж рот разинул.

— Завтра!

Халс сплюнул.

— Хаос побери этого Шедера. Чесслово, он большая крыса, чем эти паразиты.

— Хуже Гутцмана, — сказал Павел. — Это уж точно.

— Ага, — согласился Герт. — Грязный перебежчик. Скормить бы ему его же кишки.

Карел покачал головой.

— Не могу поверить, что рыцарь Империи способен на подобное. Неужели чести больше не существует?

Компания разразилась смехом. Карел выглядел озадаченным.

— Ты забываешь, с кем повелся, — сказал Райнер. — Мы все не по наслышке знаем, чего стоит рыцарская честь.

— Худо дело, — произнес Халс. — Надо сообщить в форт.

Герт засмеялся.

— Вот ты и скажи им, что крысолюди идут их убивать. Да они запрут тебя в психушку.

— А зачем вообще их предупреждать? — спросил Даг. — Они нам не товарищи. Давайте свалим из этих треклятых гор и найдем более теплое местечко.

— Забыл про яд в нашей крови, мальчик?! — прервал Павел. — Крысы — не крысы, а у нас еще есть работенка. И за день ее закончить едва ли удастся. Надо предупредить.

— Кому-то придется туда поехать, — подвел итог Халс.

Пикинер опять покосился на Райнера.

Халс прокашлялся:

— Э-э… капитан…

— Вот как, я снова капитан? — протянул Райнер.

— Думаешь, ему можно доверять? — буркнул Герт.

— Я доверяю ему спасение наших шкур, — холодно ответил Павел. — Это по его части.

Райнер сердито заворчал:

— Хорошо. Я поговорю с Гутцманом. И если я свалю один, уж не обессудьте.

— Но… но нам надо убить Гутцмана, — нахмурился Карел. — Гутцман — предатель Империи.

— А кому тогда прикажешь докладывать? Шедеру? — спросила Франка.

— Шедер — предатель рода человеческого, — отрезал Герт.

Карел расстроился.

— Мы что, сначала попросим Гутцмана о помощи, а потом убьем его?

— Да уж, малый, дорожка у нас не розами усыпана, понял? — сказал Халс.

— Коли тебе не нравится, вини будущего тестя, — подхватил Павел.

— Манфред не мог предвидеть, что мы тут обнаружим, — занял оборону Карел.

— Есть способ не трогать Гутцмана. Убивать его нужно лишь в крайнем случае, так? Может, когда у него появится шанс сразиться за Империю, он еще раз подумает, прежде чем уходить? — предположил Герт.

— Ага, — оживился Павел. — Именно. Может и так получиться.

Халс кивнул Райнеру:

— Ладно, капитан. Вот вы ему и скажете о грозящей форту опасности. Идем.

— Как пожелаешь.

У главного входа в шахту царил хаос. Черные сердца почувствовали это раньше, чем увидели: колокола звонят, рога трубят, стражники выкрикивают приказы. Отряд тихо вышел из закрытого тоннеля и увидел, как из двух других тоннелей к выходу, страшно обеспокоенные, несутся рабочие с кирками на плечах. Их подгоняли стражники криками и лопатами.

— Что тут происходит? — спросил Райнер одного из солдат.

— Приказ командира Шедера. Инженеры сообщили, что нижний тоннель может в любую минуту обвалиться и шахту временно закрывают, до дальнейших распоряжений.

— Шедер, говоришь, приказал? Когда?

— Несколько минут назад, сударь. А теперь проходите.

Райнер нахмурился. Он видел, как Шедер исчез в боковом ответвлении крысиного тоннеля. Стало быть, тот выходит прямо сюда. Интересно.

В сумерках они наконец достигли форта, запыхавшись после долгого бега.

Страж ворот отсалютовал Райнеру и заступил ему путь.

— Простите, сударь, — сказал он, зажимая нос. — Но капитан Фортмундер велел, чтобы вы немедленно объяснили ему ваше отсутствие в течение всего дня.

Райнер обогнул стража.

— Мой привет капитану Фортмундеру, и передай, что зайду к нему, как только смогу.

— Может, сначала все же помоетесь? — крикнул стражник Райнеру вслед.

Райнер направился прямо к Гутцману, остальные Черные сердца последовали за ним. То и дело он оглядывался по сторонам, нет ли рядом Шедера и его людей или Молотодержцев, но те не появлялись.

У дверей на карауле стояли два воина из личной охраны Гутцмана. Они болтали друг с другом, но насторожились, когда в коридор ввалились Райнер со своим отрядом.

— Тише, господа, — сказал первый стражник, поднимая руку. — В чем дело?

Райнер отсалютовал, тяжело дыша.

— Капрал Майерлинг с рапортом, сударь. Я хочу говорить с генералом Гутцманом об опасности в шахте и предательстве в лагере.

Страж подался назад, прикрывая нос. Его напарник закашлялся.

— Вы должны соблюдать субординацию, капрал.

— Это срочно, сударь, — сказал Райнер, подобравшись. — Некогда бегать по инстанциям.

— Простите, капрал. У меня приказ…

За спиной у него распахнулась дверь, и показался Матиас.

— Что происходит, Нейхоф?.. — увидев Райнера, он умолк, потянул носом воздух и нахмурился. — Майерлинг, что вы здесь делаете? И что это так отвратно воняет?

Проигнорировав последнее замечание, Райнер произнес:

— У меня новости для генерала. А вы что здесь делаете?

— Ну, мне тут один малый доложил про всякие малоприятные вещи, и я привел его к Гутцману.

— Ну, у меня тоже история не из приятных. Не попросите его принять меня?

— Э-э… да. Попрошу. Подождите здесь.

Матиас закрыл дверь, и наступила пауза, на время которой Райнер и компания затаили дыхание. Райнер недоумевал, что могло настолько обеспокоить Матиаса, что тот внезапно утратил обычную жизнерадостность.

Через минуту Матиас появился, оставив дверь открытой.

— Хорошо, он вас примет. Остальные пусть подождут здесь. — Он показал на приемную.