Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

будто они людоеды, сущее вранье. В Зоне и так вдоволь мяса, а вот поиграть не с кем. И когда ему становилось совсем скучно, он вскарабкивался куда повыше и пел. Заслушав его раскатистое пение многие, подходя, садились наземь и заслушивались иногда до полусмерти. От этого баюну снова становилось одиноко, и он вспоминал полузабытые, почти стершиеся из памяти слова: «Увольте Бога ради, это же не котята, это боевые машины, зачем их чеширить лишний раз, Наташенька?»

Рядом что-то взвизгнуло, приоткрыв один глаз, баюн лениво уставился на застывшее в воздухе мерцающее пятно. Оттуда вывалились люди и, покатившись по земле и высекая искры, растянулись в зарослях густой травы, будто прячась. Он даже подпрыгнул от возбуждения – с ним хотят поиграть! Издав довольное урчание баюн сделался прозрачным, и, не потревожив ни единого листика, скользнул вниз.

*     *     *

- Твою ж мать… - ругнулся Брама уставившись на мерцающую перед носом «теслу» - кто там стонет? Стоните потише, мне и без вас хреново!

- А не пошел бы ты…  - раздался из кустов недовольный голос.

Брама довольно заулыбался, раз посылает - жить будет. Выпрямившись, он задумчиво почесал металлическую каску, прикидывая, отчего эта самая Агарти так похожа на дальнюю оконечность Развязки.

- Мне кажется или мы дома? – выполз из лопухов, потряхивая головой Самум.

- Хрен его знает, но очень похоже. Знать бы еще, прошли ли остальные, или всех вот так пинками раскидало?

- Предлагаешь вернуться на Экс-один?

- Что бы я опять сунулся в это подземелье? У меня до сих пор поджилки трясутся при упоминании этого упырища. Митош он мужик, конечно, нормальный, только страшный до усеру. Нет, спасибо, это вы без меня.

Самум снял шлем и потрепал взопревшие волосы, задумчиво поглядывая в сторону болот:

- Значит, двинем на Арсенал, я сыт болотами по самое не могу. В постулатовской экзе мы пройдем по Развязке без проблем, а дальше как? С вашего блокпоста нам вряд ли хлеб соль поднесут.

- Пошли, а с блокпостом я уж как-нибудь договорюсь.

- Что, снимешь экзу и голышом к ним отправишься?

- Размечтался. Вот правильно говорят, что у вас в комитете все мужики через одного не совсем правильные!

- Да ты не беспокойся – осклабился Самум, одевая шлем – я не по этим делам. Но все-таки?

Брама насторожено двинулся в сторону напичканной аномалиями узкой дороги и отозвался:

- У нас для таких случаев есть оборудованный схрон. Броня, аптечки, ну и прочие радости. У тебя курить не будет?

- Бросил – процедил особист, присматриваясь к шевелящимся веткам сирени – снайпера они по огонькам любят…

- Это ты зря – пожал плечами путник, бросил камешек и чертыхнувшись отскочил от взвившейся ленты пламени – Видел, как полыхнуло, красиво, правда? Метров пять язык, не меньше… Курево оно успокаивает, расслабляет, что ли.

- Один раз расслабился и свободен. Я вон на болотах зазевался, а сзади хрень какая-то как вылезла ну и…

- Кстати, ты так и не рассказал, что там делал, один одинешенек без братьев по оружию. Пошли. Кажись, притухло.

Брама обстрелял болтами участок, из которого бил язык пламени, прошел несколько шагов, замер, и вопросительно подняв бровь, уставился на особиста. Тот вздохнул и пошел следом, настороженно посматривая по сторонам:

- Гриф что-то пронюхал о «сиянии» и отправлял народ на Экс-один пачками. Некий «заказчик» весьма заинтересован в конечном результате, платит большие деньги, и расход человеческого материала тут не важен. Я на добровольных началах, проводил «кадровую политику», заботясь о том, что бы туда никто не дошел или не вернулся. Такой вот расклад. Мерзкая работа, но ее тоже кто-то должен делать. Всем ведь нельзя быть чистеньким, Брама.

- Понятно – ответил тот и, виляя меж аномалий, направился к акведуку – думал вы все больше по выворотникам.

- С выворотниками дело хуже некуда. Если на Периметре не поймаешь, то дальше отследить проблемно, практически невозможно. Конечно, мы сканируем народ при выходе, ловим кое-кого, но толку от этого мало. Проскальзывают.

Войдя в проход, Брама с лязгом грохнулся на изгвазданный кровью бетон и над его головой сверкнул разряд, коснувшись экзоскелета зазмеился сверкающими искрами и через минуту пропал.

- Брама? – прошептал Самум, вскидывая винтовку – ты как там?

- Как пионер, всегда готов! – Брама осторожно встал – Слава Постулату за мое счастливое детство! Если встречу кого из них -  обязательно проставлюсь, если раньше не пристрелю. Тут не угадаешь.

- Давай я вперед – отстранил его особист – все-таки Развязку лучше знаю.

Путник пожал плечами и, взяв грозу наизготовку, присмотрелся к бредущему вдалеке зомби:

- Пошли. Если увидишь чего интересного – кричи. Но не очень громко.

- Уже вижу.

- Что? – вытянул голову путник – Где?

- Чуть впереди и правее следы от костерка видишь?

- Ну, вижу, и что из того?

- Рядом валяется картонная пачка, на вид от сигарет. При опухании от недостатка никотина можно проверить.

Брама фыркнул, но двинул к раскиданным углям.

Попробовав стволом смятую пачку, поднял, понюхал и недовольно сморщился:

- Ну и вонь!

- Может зараза какая – Самум взял пачку – нет, пахнет табаком, но такое впечатление, пролежало в нужнике самое меньшее месяц. Странно все это.

- Вашему брату все странно – пробурчал хмуро Брама и сплюнул в досаде на землю.

- Ты видел в Зоне кроме «Путних» другие сорта сигарет? - Самум вопросительно посмотрел на путника.

- Ну, у вояк есть, «Столичные» там, но только у духов. Остальные быстро переходят на наши.

- Ага, вот и я о том. Хоть убей, не помню никаких «Прилук».

Брама поймал брошенную особистом смятую коробку и прочитал на коричневом боку тисненное золотом название.

- Полная хрень. Город такой знаю. Небольшой городишко, но что бы они такую дрянь выпускали, в первый раз слышу.

Самум многозначительно кивнул и осторожным шагом пошел вперед. Что ни говори, но Шуман все-таки кудесник. Еще сегодня особист был полутрупом, а теперь вот снова топчет Зону. И ведь даже не болит ничего, что вообще странно.

На Развязке все было по старому, да и что там могло измениться? Все те же длинные составы, увенчанные мочалами жгучего пуха, да проржавевшие до самого основания вагоны, из которых вываливались в заросли бурьяна груды спрессованного и слежавшегося угля. Живности тут всегда было немеряно, только успевай посматривать по сторонам. То байбаки, чирикая