Десять тысяч стилей. Книга восьмая - Илья Головань

«А они похожи на тех, которые работали в нашем поместье в Школе Дракона», — неожиданно понял Ливий.

— Не понимаю, почему ты еще не убрался из моего замка.

— Извините, я видел двух служанок, точь-в-точь таких же, как у вас. Поэтому удивился этому.

— Сто двадцать два года назад я подарила двух своих служанок одному человеку. Задашь вопрос и примешь смерть или уйдешь?

— Извините, спасибо вам за все, и за помощь, и за персики, — поклонился Ливий хозяйке замка и поспешил ретироваться.

— Ваши вещи, сэр, — сказал дворецкий возле выхода.

— Да, спасибо, благодарю, — ответил Ливий, забирая рюкзак. Волк быстрым шагом вышел из замка — и все же обернулся перед тем, как уйти.

«Он и вправду намного меньше», — поразился Ливий. И уже через мгновение сбежал с горы Шагами Предков.

* * *

Совет Снежной Ведьмы оказался не очень точным. Оставалось только надеяться, что он поможет Ялум. Правда, для этого совет еще нужно было передать самой Лягушке. Путь обещал быть неблизким.

У Дхэры Ливий спросил не только о том, как найти Снежную Ведьму. Последний вопрос Волка касался места для тренировки. И Дхэра, как ни странно, подсказал одно подходящее место.

«Я стал сильнее. Но этого недостаточно для обратного пути. Мне нужно стать еще сильнее, иначе меня смогут убить. И лучше потренироваться до того, как я попаду на Запад, где много глаз и ушей», — думал Ливий, преодолевая километр за километром.

Персики на столе Снежной Ведьмы оказались самыми обычными. Невероятно вкусными, конечно, но никакой яри в Ливия не хлынуло. Поэтому оставалось только с сожалением вспоминать об остальных блюдах на столе. Пусть Ливий пока не ощущал никакого голода, отдаленное желание набить брюхо уже давало о себе знать.

Путь от замка до места тренировки занял пять дней. Возле Снежной Ведьмы Ливий был на нервах, причем не столько из-за эльфийки, сколько из-за драконьей горы. В тот момент Волк был к ней ближе, чем когда-либо.

С тех пор гора удалялась — и Ливий был счастлив. Хотелось убраться с крайнего Севера поскорее. Во-первых, здесь водились драконы. А во-вторых, здесь совершенно нечего было есть.

— Добрался, — довольно сказал Ливий, когда увидел круглый камень в десять метров высотой, закрывающий собой вход в пещеру.

Именно об этом месте говорил Дхэра.

На общем фоне камень выделялся легкой синевой. Когда Ливий подошел поближе, то заметил рисунок на камне — огромную спираль. «Магия или метка?», — подумал Волк, но не стал ломать над этим голову. Знак был простым. А место — необычным. Если дело было в магии, то явно не в той, в которой мог разобраться Мастер.

Немного откатив камень в сторону, Ливий зашел в пещеру. Места здесь было достаточно: метров тридцать в высоту и в стороны. На всякий случай осмотревшись, Ливий повернулся обратно к камню, который изнутри был снабжен каменной ручкой.

— Удобно, — сказал Волк и, взявшись за ручку, закрыл за собой вход в пещеру.

Воздух моментально стал тяжелым. Настолько тяжелым, что Ливия будто кинули в яму со смолой. Каждое движение было медленным даже тогда, когда Волк старался двигаться быстро. Но именно поэтому Ливий пришел в это место.

«Особое место. Энергия плотная, двигаться тяжело», — поведал в библиотеке Волку Дхэра.

— Даже лучше, чем я ожидал, — довольно сказал Ливий.

Сначала Волк решил опробовать Императорский удар.

Как и ожидалось, он оказался гораздо медленнее, чем обычно. Чем-то это напоминало движения под водой. Ливия будто опустили в море, причем на приличную глубину. Даже сделать шаг ногой было делом двух секунд.

Императорский удар и Тиранический удар — прекрасные атаки для Мастера. Их мощь велика. Императорский удар идеально подходит для борьбы с людьми, а там, где не справляется Императорский удар, на помощь приходит Тиранический.

Единственный недостаток этих потрясающих приемов — скорость их выполнения. Ускорить Императорский удар было почти что невозможно. Для этого требовалось банально стать быстрее, ведь приемом Ливий владел уже идеально.

Оставался, правда, еще один вариант. Можно было тренироваться в особых условиях. И пещера с вязкой энергией, на которую указал Дхэра, как раз для этого подходила.

Императорский удар, еще один. Ливий повторял атаку левой и правой рукой, менял Императорский удар на Тиранический и ни о чем не думал. Подсознание Волка само замечало мелкие недочеты Тиранического удара и исправляло их. А понять какие-то минусы Императорского удара было невозможно. Оставалось только бить, бить и бить. Удар за ударом, повторение за повторением, в надежде на то, что ты сможешь преодолеть свои пределы, уловить неуловимое и понять скрытое от разума.

— Ха!

Императорский удар оказался почти таким же быстрым, как там, за пределами пещеры. Ливий довольно улыбнулся.

— Прошло всего три недели. Отличный результат, — сказал Волк.

Тренировка завершилась. Теперь Ливий мог откатить камень и выйти из пещеры, чтобы продолжить свое путешествие. Путь лежал на Запад. Туда, где предки Ливия оставили свое наследие.

Эпилог

Манекен из черного Готана разрезали на десятки частей всего за мгновение. Обломки упали на пол. Таких манекенов в комнате уничтожили несколько сотен. Но не это впечатляло, а стены из ахрита, на которых остались длинные и глубокие разрезы.

Устало дыша, Гром убрал клинок в ножны.

Тренировочных площадей подводной базы Единства не хватало для того, чтобы раскрыть весь потенциал мечника на уровне Грома. Пришлось здорово постараться. Результатом Гром оказался доволен. Даже не так: он был ошеломлен.

— Такая сила, — сказал Гром, глядя на свои руки.

Высокой самооценкой Гром никогда не страдал. Себя он оценивал прагматично и считал, что до верхней планки мастеров Централа не дотягивает. Главы великих школ были для Грома серьезными соперниками. Многим он бы проиграл, а ради убийства остальных пришлось бы поставить свою жизнь на кон.

Все изменилось, когда Хаос передал Грому свои знания и умения.

Ближайший помощник Хаоса не был уверен в своей магии, не был уверен в рукопашном бою. Но кое в чем он, Гром, считал себя одним из лучших в Централе. Гром был прекрасным фехтовальщиком, ведь шел по пути меча всю жизнь. И он идеально владел руной Грирро, ведь совершенствовал лишь ее на протяжении нескольких десятилетий, отбросив любую другую магию.

Объединив свои умения мечника и знания руны Грирро, Гром создал свой собственный стиль — «Громовая Ласточка».

До того, как Хаос передал свои знания, его ближайший