Рыбари и Виноградари. Книга II. В начале перемен - Михаил Давидович Харит

и никому не нужна, а опасность для мира представляет. Потому что сумела вписаться в волшебные свойства этого места со своим фотоаппаратом и непомерной жадностью. Бывают злобные колдовские места. Параноики это чувствуют, шизофреники с этим живут, а Мария умудрилась зарабатывать.

Время летело незаметно. Хотя отчаянно ощущалась неопределенность в событиях ближайшего будущего. В жизни одно цепляется за другое. Не сфотографируй Мария исподтишка их с Вадимом, возможно, Ольга приняла бы другое решение. Но сейчас на протяжении двух бокалов вина она обдумывала безжалостный план действий.

Наконец что-то созрело, хотя сама до конца не понимала деталей. В голове была каша, рассудок бастовал. Но ей было наплевать. Скорее бы всё закончилось. И вдруг всё стало ясно, словно солнечный луч упал на колючие заросли. План был хорош, и лишь чудом она не запела. Вырисовывалось нечто из романов Агаты Кристи, где пара лишних трупов, как масло в каше, только улучшали вкус.

«Интересно», — подумала она. Готовое решение пришло неведомо откуда. Что-то из мрачных глубин замка послало ей идею.

«Ну что ж, позабавимся», — шепнула она неведомо кому.

«Давно пора…» — с романтической мечтательностью людоеда ответил неведомо кто.

Ольга наклонилась к ушку Марии и таинственным шёпотом закинула приманку, отмеченную у себя в мозгу галочкой:

— Подруга, не пробовала снимать потусторонний мир?

— Что ты имеешь в виду?— Мария бросила на собеседницу быстрый взгляд. В лабиринтах её сознания вспыхнул сигнал тревоги. И тут же погас, убаюканный потусторонним вмешательством.

— Ну, например, какую-то иную реальность?

— Говоришь о мире призраков?

— И о нём тоже.

— Я никогда не встречала привидение.

— В замке, в склепе, бродит призрак жены художника. — Ольга послала команду в мозг девушки: «Ты сгораешь от любопытства».

Та немедленно возбудилась:

— Прямо в склепе?

— Ну да, только вечером склеп запирают. Если идти смотреть, то прямо сейчас. Возьми фотоаппарат да сходи. Вдруг повезёт? Немногие могут похвастаться снимком настоящего духа.

— А ты пойдёшь со мной?

— Толпой мы спугнём призрака. Прикрою тебя здесь. Моральная поддержка и всё такое…

— Ты такая необыкновенная, — вдруг прошептала Мария.

— Согласна, я женщина редкой души.

Мария допила кофе и объявила во всеуслышание:

— Отойду припудрю носик и продолжим съёмки.

Ольга переключила внимание на сеньора Чезаре. Тот заметил уход Марии. И по привычке подозрительно смотрел вслед.

Взаимодействовать с замком Ольге становилось всё проще.

«Я же обещала тебе интересную историю. Вот, получай, скоро всё здесь будет кишеть трупами», — прошептала она.

Дом удовлетворённо замер в ожидании.

Ольга в паре с новым союзником легко донесла до мафиози простую и лежавшую на поверхности мысль:

«Мария вызывает подозрение! Вдруг она сотрудник Интерпола? Или наёмный убийца? Куда она пошла?»

Чезаре напряжённо огляделся вокруг. Мысль, только что постучавшаяся к нему в голову, нагло уселась в центре.

Мафиози молча выскользнул из-за стола и отправился вслед за девушкой. Даже не обещал пудрить носик.

Вадим беседовал с директором музея, решая какие-то финансовые проблемы. Они пожали руки, пожали плечами и пожали плоды. Если кто-нибудь понимает, что это значит, пусть не лезет с объяснениями. Не всегда надо забивать голову ерундой.

Гламурные парни, оказавшиеся совсем даже неплохими ребятами, ухаживали за Ольгой. Это было забавно, и она флиртовала с обоими. И доверительно рассказала про свою собаку:

— Моя немецкая овчарка пугает соседей.

— Так страшно лает?

— Нет, только поднимает лапу и тихо говорит «Хайль!»

На мгновение те удивлённо замерли, потом радостно захохотали. Неожиданно спохватились, что прошло полчаса, а Марии всё нет. И Чезаре тоже.

После нескольких аккуратных шуток в их адрес директор позвонил охране и выяснил, что из замка никто не выходил.

«Ну, как тебе новая игра?» — мысленно спросила Ольга

замок.

«Хорошо…» — томно вздохнул тот.

«Их уже нет с нами?»

«Сама увидишь…»

Ольга провела рукой по шее, кожа была холодная и влажная от пота.

— Думаю, мы должны спуститься в склеп. Мария говорила, что пойдёт туда. Привидение хотела сфотографировать, — пояснила Ольга, которая знала, что вечер преподнесет еще много сюрпризов.

Директор не стал уточнять детали, а вместе с Вадимом и Ольгой поспешно выскочил из-за стола.

Стоило поисковому отряду спуститься на несколько ступенек в мрачное подвальное помещение, как стало ясно, что окончание фотосъёмки безнадёжно испорчено. Два тела лежали между ступеньками и саркофагом. Причём лежали так, что было понятно — не стоит спрашивать, как они себя чувствуют.

— Никому не входить, ничего не трогать — булькающим голосом испуганного сома произнёс директор. — Пусть этим занимается полиция.

Он трясущимися руками набрал номер на мобильнике, но связь в подвале отсутствовала. Тогда рванулся вверх по ступенькам, продолжая теребить телефон.

— Надо предупредить охрану сеньора Чезаре, чтобы никого не выпускали из замка, — втолковывал ему Вадим, поднимаясь следом.

Ольга осталась одна в этом жутком месте. Казалось, резко похолодало, кожа ощущала движение ледяного сквозняка. «Откуда ему здесь взяться? Из преисподней?»

Тьма из неосвещённых углов пыталась сжать зону света. Живое воображение заметило, что в склепе стало темнее. Электрические лампы скисли и робко брезжили в сероватом сумраке. Камни в струпьях и шрамах шептались за спиной.

— Самое страшное здесь — это я! — громко произнесла Ольга, обращаясь неизвестно к кому.

Сначала ответа не было.

Но вот прямо над саркофагом возникло призрачное сияние, похожее на силуэт женщины. Она посмотрела на Ольгу и подняла руку в приветствии. Затем сияние исчезло, оставив после себя лёгкое недоумение: а было ли оно на самом деле?

Хотя нет, кроме недоумения на этом месте осталось еще что-то. На полу лежал небольшой фотоаппарат Марии. Он казался не таким громоздким без огромного объектива, которым та пользовалась на фотосессии. Стараясь не споткнуться о мертвецов, Ольга подняла фотоаппарат, убрала в портфель. Наверх поднималась, аккуратно ставя ноги на влажный камень. Древние ступеньки словно покрылись испариной и скользили. Тут грохнешься — костей не соберёшь. Третий труп не должен быть её. Она провела сухим языком по шершавым губам. И услышала знакомый сумеречный голос:

— Для начала неплохо!

Отвечать не хотелось. Тем более что показалось, будто ноги липнут к ставшему вязким камню, да и лестница неожиданно ушла с прямого пути и изогнулась вбок. Где-то на краю сознания слышался кашляющий старческий смех. Сосредоточившись, она осторожным звериным поступом преодолела последний пролёт и выскочила к свету.

В зале царила паника. Новость облетела замок со скоростью метеорита, такая же раскалённая и пышущая жаром. Все чего-то боялись. На Ольгу никто не обращал внимания.

— Эти бандиты во дворе сейчас нас всех грохнут!!! — кричал кто-то.

— Не сообщайте им о происшествии.

— Мамочки, я боюсь! — всхлипывала барышня с ангельскими крыльями.

— Вот-вот приедет полиция. Все будьте на своих местах, — как заведённый повторял директор

— У нас тут проблемы, — втолковывал кому-то по телефону Вадим. — Не надо сюда входить. И так неприятностей с лихвой. Главное, не выпускайте никого из замка. — По-видимому, он разговаривал с охранниками Чезаре.

Впавший от страха в исступление помощник Марии потерял свою беззаботность и с неожиданной агрессией кинулся к Вадиму. Но, будто наткнувшись на невидимую преграду, отлетел резиновым мячиком и врезался в столик с бокалами. Грохот и звон добавили свою лепту в общую неразбериху. Все суетились, словно муравьи в горящем муравейнике. И тут во дворе грянули выстрелы. Один, второй, третий. И вдруг стало тихо. Пространство замерло, словно видеофильм вдруг поставили на паузу.