Долг воина - Джульет Маккенна

— Сьер Д'Олбриот считает, что у нас отличные перспективы для торговли, — без энтузиазма возразил Темар.

Адвокат охотно кивнул.

— При поддержке его Имени — в высшей степени несомненно. В Тормейле найдется полсотни купцов, готовых иметь с тобой дело, несмотря на свои вполне обоснованные сомнения, только потому, что они доверяют Д'Олбриоту. Но если этот Дом дискредитируют в судах, они не прикоснутся к тебе даже в чужих перчатках.

Эсквайр дал выход своим чувствам, свирепо пиная расшатавшийся булыжник. Теперь они шли через бедный район города.

— Поэтому хорошо, что у вас есть мастер Берквест, выступающий за Д'Олбриота, и все ресурсы архивариуса сьера, — ободряюще сказал Мисталь. — Его клерки будут выкапывать пергаменты, сохранившиеся еще с тех дней, когда Коррел Крепкий был мальчишкой. И мастер Берквест вполне заслуживает своего гонорара: он не проиграл ни одной тяжбы за последние девять сезонов. И как бы Рэпонин ни следил за справедливостью, но мешок денег все равно может наклонить его весы. — Он свернул в проулок между двумя рядами скромных домов с низкими крышами. — Но то — другая битва. А здесь — фехтовальная школа, и будем надеяться, что Райшед сегодня не потеряет головы.

Разбитый частокол огораживал порядочный кусок земли. По обе стороны крепких ворот стояли мужчины в цветах Д'Олбриота с ведрами в руках. На створках ворот Темар увидел расклеенные листки с вызовами — точно такие показывал ему Райшед.

Адвокат рылся в кармане.

— Кое-что для вдов и сирот. — Он бросил серебряную марку в предложенное ведро.

— Рад тебя видеть, Мисталь, — ухмыльнулся солдат. — Так что за игру затеял Раш?

Мисталь пожал плечами.

— Не могу сказать. 

— Не можешь или не хочешь, мастер адвокат? — Солдат многозначительно потряс ведром перед Темаром. — Что-нибудь на благотворительность, эсквайр?

Вот тебе и остался неузнанным, подумал юноша, роясь в кошельке. По крайней мере сегодня у него имелись мелкие монеты, спасибо Аллин.

На территории школы женщины в скромных платьях продавали хлеб, мясо, разнообразные безделушки из корзин и ручных тележек. На двух длинных столах, поставленных на козлы, лежали мечи и кинжалы, охраняемые мускулистыми верзилами с угрожающим оскалом, который мигом превращался в радушную улыбку, если кто-то приближался с кошельком. В одном углу бросали руны и делали ставки при большом стечении зрителей. Поодаль молчаливый круг наблюдал за двумя мужчинами, погруженными в раздумья над доской Белого Ворона. Еще дальше стояли длинные приземистые здания, а между ними — высокое круглое сооружение. Рев поднялся внутри него, а за ревом послышался одобрительный топот ног.

— Много вызовов прошло? — Мисталь схватил за рукав проходящего мимо солдата.

— Они как раз закругляются с присягнувшими. — Широко улыбаясь, мужчина поднял кувшин темно-красного вина. — Мой брат сегодня победил, так что я ухожу. Хочу напоить этого молокососа так, чтобы на ногах не держался!

Адвокат засмеялся, кивнув на открытую дверь.

— У нас еще есть несколько минут, Темар. Хочешь выпить?

Девушка с шарфом в цветах Д'Олбриота, повязанным вокруг талии, вышла, чтобы сложить пустые бутылки в выброшенную винную бочку.

— Мист! Темар!

Юноша повернулся кругом и увидел Райшеда. Тот был в свободной рубахе, линялых бриджах и туго зашнурованных мягких башмаках на босу ногу.

— Рад видеть вас обоих. — Избранный проницательно взглянул на брата. — Значит, ты представился. Извлек какую-нибудь выгоду?

Мисталь ухмыльнулся.

— Мастер Берквест пригласил меня изучить притязание Д'Алсеннена на титул сьера.

Темар посмотрел на свои сапоги, покрытые теперь пылью, и спросил себя: а делает ли кто-нибудь что-нибудь в этом веке без всякой задней мысли?

— Тогда никто не удивится, увидав тебя с Темаром. — Казалось, Райшед успокоился. — Как дела у сьера в суде?

— Бой в разгаре, но Берквесту он по силам, — с реалистичной уверенностью заявил адвокат. — Пока Камарл не выйдет из себя, если его доведут, и при условии, что твой сьер не станет слишком чванливым после легкой победы. Примерно как ты здесь сегодня.

— Я не нуждаюсь в советах по ведению боя от какого-то белоручки и книжного червя, — ответил Райшед с легкой издевкой.

— Тебя убьют, и я уговорю Сэдрина пропустить меня в Иной мир, чтобы я мог надрать тебе задницу, — предупредил Мисталь.

— Ты и какая когорта? — ухмыльнулся его брат. — Ты с семнадцати лет не был для меня соперником.

Зависть кольнула Темара при этой дружеской пикировке. Отвернувшись, он увидел, как некоего юношу выводят из фехтовальной школы. Одна рука у него была перевязана, и на повязке проступали алые пятна.

— Я думал, эти состязания для проформы, — протянул Темар. Вид чужой крови тотчас положил конец его жалости к себе.

Раненый морщил лицо, тщетно пытаясь сдержать слезы боли и унижения.

— Они должны доказать, что человек годен для службы Имени, — заключил Райшед. — Некоторым это не удается.

— Да они всегда пускают кровь, чтобы заставить толпу раскошелиться, — заявил Мисталь с очевидным неодобрением. — Иначе они будут тратить свои денежки, наблюдая, как наемники кромсают друг друга в лескарском квартале.

— Это нельзя сравнивать, и ты это знаешь, — напустился на него брат. — Кровь, пролитая здесь, — это до самого конца неудача в честном бою. А лескарские бои немногим лучше маскарадов.

— По крайней мере лескарцы используют тупые клинки, — возразил адвокат.

— И расплачиваются за это сломанными костями и обильной кровью, — резко ответил Райшед. — Только глупец способен думать, что затупленный клинок не может ему повредить, и лезет в драку почем зря. Воин, достойный своей клятвы, относится к оружию с должным почтением!

Темар почувствовал себя лишним в этом, несомненно, давнем споре. К тому же он мало что понимал из-за усиливающегося южного акцента братьев. Поэтому он смотрел, как парень тяжело опустился на землю у двери в казармы, обняв руками колени. Темар знал этот горький вкус поражения, хотя бой с мечом был по крайней мере честнее всех этих судебных и светских битв, что обрушились на его голову.

— Каков порядок состязания? — спросил эсквайр, когда адвокат перевел дух.

Райшед свирепо взглянул на брата.

— Каждый вызов — это официальный поединок. Допускается не больше трех касаний.

— Ты знаешь, кто принял вызов? — спросил Мисталь.

Избранный состроил гримасу. 

— Я видел тут Джорда от Ден Мьюриванса, а Фил говорит, что Ловис от Д'Истрака и Эрадан от Ден Джанаквела тоже рвутся в бой. Но я их знаю уже много лет. Они готовы поставить мне синяк-другой, просто чтобы я не зазнавался, но не могу представить, чтобы они питали ко мне какую-то злобу.