Три родинки на левой щеке. Часть III. Перешеек (СИ) - Таня Рысевич

тоже не было. Я прекрасно знала, что убью снова, и рука не дрогнет, потому что… а не знаю, почему. Просто как будто для меня не было особой разницы между живым человеком и мёртвым.

— А сейчас? — Ренар уцепился за это «не было».

— Как правило, от живых людей больше пользы, — ответила Янера, — а если нет, то туда ему и дорога.

Всё это было каким-то неправильным, но Ренар не мог объяснить, почему он так считает. Ему живо вспомнился тот мужик, который хотел убить Жингу. Янера убила его не потому что он ей не нравился или потому что она была возмущена его действиями, или потому что от него исходила опасность. Он просто ей мешал. И она убрала его, как убирают со стола более не нужный кусок пергамента.

— А тот парень? — Ренар качнул подбородком, подразумевая того Нейтрального мага (он не смог вспомнить Ордена), которого вчера убила Янера. По сути, это был единственный человек, который умер там по-настоящему, а не «сломав шею при падении».

— А его я не собиралась убивать, — огорошила его Янера, — я хотела попробовать повторить тот приём, который я применила к тебе.

— В качестве эксперимента?

— Да. Если бы всё сработало, то у нас был бы один живой человек без сознания. Но он умер раньше, чем я успела переместить всю Жизнь во «вместилище». «Вместилище» лопнуло, как пузырь, и всё…

— То есть тебе его Жизнь не досталась? — уточнил Ренар.

— Да.

Интересно. Он-то думал, Янера, как обычно, хорошо владеет собой. А она в самом деле была спокойной. Потому что никакой лишней силы, вызывающей эйфорию, у неё не было.

— Он умер, — констатировала Янера, — но мне всё равно. Я осознаю последствия, я понимаю, что кто-то ждал этого человека дома, что мне придётся за его смерть отвечать, но мне всё равно. Все рано или поздно умирают.

— Лучше поздно, чем рано, — улыбнулся Ренар.

— В зависимости от обстоятельств, — ответила Янера, тоже с улыбкой, весьма хищной, надо заметить. — В общем, я ничего не чувствую, когда убиваю людей. Но я смотрю на всех остальных, и они переживают. Даже те, кто не был лично знаком с покойными. И мне интересно, что чувствуешь ты.

— Я? — Ренар задумался. — Я пытаюсь оправдать себя. Я говорю себе, что я не убивал, что от того, что я с ним сделал, люди не умирают, что он просто оступился. Будто я пытаюсь сказать «я не виноват, оно само так получилось».

— Но это правда. Так и есть, — заметила Янера.

— С одной стороны, да. Но я не чувствую себя невиновным. Если меня спросят о том, как умер этот человек, я отвечу: «я его убил». И только потом начну говорить о том, что так вышло.

— Разумнее было бы делать наоборот, — сказала Янера, — сначала объяснить, что это была случайность, а потом уже упоминать о своей роли.

— Это если бы я пытался избежать наказания, — возразил Ренар.

— Так ты же оправдываешься.

Ренар понял, что ещё сильнее запутался.

— Возможно, мне хочется, чтобы кто-то другой, стоящий выше меня, разобрался в этом и решил, виновен я или нет.

— Хочется предстать перед судом? — Янера выглядела удивлённой.

— Вроде того.

— Полагаю, такая возможность у тебя будет. Даже если ты к тому моменту передумаешь, — мрачно предрекла убивица.

— Спасибо, дорогая, — невесело усмехнулся Ренар.

Мысли тут же побежали вперёд, будто разум пытался угадать, что будет там, впереди. Тысячи сценариев, но какой из них ближе всех к истине? Ренар не был предсказателем, чтобы понять.

— Ты видел Жингу сегодня после…? — спросила Янера.

— Нет, — Ренар слегка покачал головой, с изумлением осознавая, что это не принесло новой волны боли.

— Как думаешь, что с ней случилось?

— Я думаю, с ней случилась Наяна, — это было самое логичное, что можно было предположить, — чтобы глаза не мозолила.

— Вы все злитесь на неё, — заметила Янера.

— А ты разве нет?

Янера со вздохом посмотрела вдаль. Задумчивое, напряжённое лицо. Впрочем, от этого не менее прекрасное.

— Я не знаю, — наконец, ответила она, — не думаю, что я вообще злюсь.

Какая-то она слишком спокойная. Неестественно спокойная. Что-то в этом не так. Впрочем, сейчас всё не так. И будет ли «так», непонятно.

— Я злюсь, — сообщил Ренар, — но толком не знаю, на кого.

Янера кивнула. Этот ответ её устраивал. Даже несмотря на то, что она не спрашивала.

* * *

Ужин прошёл в тягостном молчании. И после него люди остались сидеть вокруг костра молчаливым кругом. Хотелось быть рядом с другими, чтобы не переживать страхи в одиночку, но общий разговор не клеился. Несмотря на то, что сидели рядом, все были как-то разобщены, будто каждый сидел в своём невидимом пузыре.

— Лина, может, сыграешь? — Дон дотянулся до чехла с квикорой и притянул инструмент к себе. — Наверняка ты знаешь какую-нибудь песню, подходящую к настроению. Чтобы повыть как следует, — кажется, это была первая его шутка с тех пор, как они подошли к Коньей горке.

— Да, наверное, — неуверенно отозвалась Лина.

Она достала квикору, бережно устроила её на коленях, начала перебирать струны, настраивая инструмент. Взяла первый аккорд… и вдруг вскочила на ноги, схватила квикору за гриф и изо всех сил ударила ей по ближайшему дереву. А потом ещё. И ещё. Искра никогда бы не догадалась, что Лина может наносить такие сильные удары. Лина всхлипнула, бросила расколотую квикору в костёр, подобрала пару обломков, кинула их туда же и с рыданиями убежала прочь.

Ависар очень выразительно посмотрела на Маирана. Воин медленно покачал головой. На его посеревшее лицо смотреть было страшно. Целительница уже собралась было встать, но её опередил Дон, скрывшийся в надвигающихся сумерках вслед за Линой.

— Что случилось? — шёпотом спросила Искра.

Маиран вскочил на ноги, бросился к костру и принялся доставать из неё успевшие заняться останки квикоры. Потушив их, он вздохнул с облегчением и плюхнулся на землю, закрыв лицо руками.

— Маиран, — Ависар потрясла напарника за плечо, — что случилось?

— Она будет жалеть о том, что сделала это. Потом, когда поймёт, — пробормотал воин.

— Эту квикору не починить, — заметил Лишард.

— Я что-нибудь придумаю, — пообещал Маиран.

Он бережно спрятал осколки в чехол, и попытался поместить получившийся свёрток в свой рюкзак. Часть вещей расползлась по другим мешкам и ему это, наконец, удалось.

Что-то стояло за всем этим. Но Искра не понимала, что, а Маиран так и не рассказал. Оставалось только надеяться, что Дон смог догнать Лину.

* * *

Лина неслась куда-то, не разбирая дороги. Слёзы застилали глаза. Ноги ступали легко, не спотыкаясь, но она дважды налетела с разбегу на дерево. Когда это произошло