Слишком много кошмаров - Макс Фрай

– А в кисете, у меня в кармане Кель-круальшат сработает? – спохватился я. – Или надо, чтобы на открытом воздухе стоял?

– Я пробовал и так, и так, большой разницы не увидел. Главное, под землю его не закапывай и водой не заливай, тогда никого не дождешься. А в кармане – нормально. Если, конечно, тебя не очень шокируют домогательства...

– Что?!

– Просто учитывай, что любой спящий, привлечённый Кель-круальшатом, попытается до него добраться. Может выйти неловкая сцена. Мне-то даже нравилось, но не каждый к такому готов.

– Ладно, – решил я. – Как-нибудь переживу. Спасибо, что предупредил. Слушай, а я опять стану... эээ... не в меру задумчивым и внимательным? Как ты сам с этим борешься?

– Никак. И тебе не понадобится. От такой малости, да ещё и в упаковке лично я вообще ничего не чувствовал. Сновидцам всё равно, зато для бодрствующих количество, как я понимаю, имеет решающее значение.

– Уже легче. А как думаешь, долго ждать придётся?

– Вот это совершенно непредсказуемо. Может быть, буквально через несколько минут кто-нибудь заявится, а иногда приходится сутками ждать визита. Не знаю, от чего это зависит. Но точно не от погоды, не от размеров помещения и не от настроения экспериментатора. Так что жди спокойно и не дёргайся понапрасну.

– Совет в моём случае невыполнимый, – усмехнулся я. – Но всё равно спасибо.

И испепелил ящик с запасами волшебного порошка одним коротким эффектным жестом. Судя по тому, как Пелле Дайорла на меня смотрел, этому его в Ордене не научили. А Шурф в своё время, инструктируя меня, говорил: «Совсем простенький фокус, в Ордене Водяной Вороны любой послушник это умел».

Впрочем, какое мне дело.

– Слушай, – сказал я на прощание. – Не знаю, всё ли я правильно понимаю, но...

– Ты о чём? – нахмурился Пелле Дайорла.

– Мне показалось, ты не хочешь, чтобы тебя кто-то узнал. Даже от нас с Нумминорихом сперва спрятался, в смысле, стал невидимым, а уже потом начал разбираться, кто мы такие и зачем пришли.

– Правильно показалось, – сухо кивнул он. – И что с того? Любой человек может хотеть остаться неузнанным. В силу причин личного характера, которые уже полторы сотни лет никому неинтересны.

– Да не вопрос. Просто я подумал – вдруг тебе надоест сидеть взаперти. Захочется прогуляться. Сейчас у меня нет ни времени, ни сил, но через пару дней, надеюсь, всё уладится. И тогда я к твоим услугам. В смысле, могу попробовать научить тебя изменять внешность. Мне самому этот фокус сперва давался с большим трудом, но только потому, что для него требуются внимание и воображение, а у меня с ними довольно туго. Зато тебе их, похоже, не занимать. По моим прогнозам, слёту научишься. Короче. Если надумаешь, зови. Приду и покажу.

– Вот за это спасибо! – Пелле Дайорла расплылся в улыбке. – На Малдо в этом смысле надежды мало. Отмахивается: «Потом, потом, некогда сейчас!» Я подозреваю, что он сам пока ничего толком не умеет. Просто не успел научиться, другим занят был. А признаваться стыдно. Вот и тянет резину.

– Наверняка, – согласился я.

Помахал ему и вышел вон. В смысле, на Большой Королевский Мост, Тёмным путём. Не потому, что мне было нужно именно туда, а просто чтобы хоть куда-нибудь деться. И уже там, наедине с собой, подумать, что дальше.

Большой Королевский Мост просто первым пришёл мне в голову. Скорее всего, потому, что я там сегодня уже думал. И даже до чего-то путного додумался. Ну, или мне в тот момент показалось, что до путного, не важно. Какая разница, где стоять, курить, смотреть на отражения оранжевых фонарей в тёмной речной воде, спохватившись, спрашивать Нумминориха: «Как дела?» – и выслушивать его преувеличенно бодрый отчёт о пробежке по следу, который, зараза такая, оказался почти бесконечным. Но хоть не исчез пока, затоптанный сотнями прохожих, и на том спасибо. Всё-таки безлюдный Левый берег с его садами и виллами в этом смысле гораздо более благоприятное место для поисков, чем бурлящий жизнью Правый. Можно сказать, повезло.

Ужасно несправедливо, конечно, что все поиски легли на плечи Нумминориха. А я, весь такой из себя прекрасный и могущественный, помочь ему не могу. И припахать больше некого. Спящие не оставляют следов, по которым можно пустить Мастера Преследования. И вообще никаких, кроме запаха – своего, а теперь ещё и запаха порошка Кель-круальшат, который я уже успел люто возненавидеть. Если даже окажется, что спящим от него действительно никакого вреда, объявлю негодное зелье специальным зловещим волшебным средством для мотания нервов лично мне и буду требовать его полного и повсеместного запрета. Ничего не добьюсь, конечно, но, по крайней мере, всех рассмешу.

Может показаться, что вместо того, чтобы размышлять о деле, я обдумывал всякую чепуху. Так оно и есть. Но чепуха – это тоже важно. Она немного подняла мне настроение, успевшее за сегодняшний день стать настолько паршивым, что впору было объявлять его национальным бедствием. Ну или всего меня, целиком. И начинать придумывать план эвакуации населения на тот случай, если меня ещё чем-нибудь огорчат.

Огорчение, надо отдать ему должное, не заставило долго себя ждать.

«Макс, – внезапно произнёс голос Меламори у меня в голове. – По-моему, я наделала беды. Приходи, пожалуйста, прямо сейчас».

«Куда?»

«Домой. В Мохнатый дом. Я в той комнате, где у тебя гость спал».

«Ясно».

Вовремя же я научился Тёмным путём ходить. В прежние времена, пока от Большого Королевского Моста до Мохнатого дома добежал бы, трижды успел бы с катушек слететь, и никаких чужих страшных снов не надо. А тут сделал шаг, и сразу оказался в полутёмной гостевой спальне. Увидел сидящую на краю постели Меламори – живую, целую, по крайней мере, не в крови. Рядом, вроде, тоже никаких трупов. Уже легче.

– Все живы? – на всякий случай спросил я.

И, не дожидаясь ответа, сел рядом с ней. Всё-таки нервы у меня ни к чёрту, ноги как ватой набиты, в голове какая-то гнусная чёрная каша, вместо сердца – бездонный колодец, под завязку набитый колотым льдом. Как же легко меня до цугундера довести.

– Я не знаю, все живы или нет, – несчастным голосом сказала Меламори. – Он сперва заорал, как резаный, потом вскочил, потом упал, но, ещё не долетев до пола, исчез. Я тоже... была не совсем в порядке. Но видишь, взяла себя в руки и позвала тебя.

– Ладно, – кивнул я. – А теперь давай по порядку. Ты сама-то цела?

– Да что мне сделается, – буркнула она.

– Уже легче. Остальное переживём.

Меламори неуверенно улыбнулась.

– Поехали дальше. В этой комнате спал мой гость. Пьяный. Зато почётный. И в шляпе.

Улыбка сползла с лица Меламори. Она кивнула.

– Теперь его тут нет. – Я заметил, что загибаю пальцы, как школьник. – Это он заорал, вскочил, упал и исчез?

Меламори снова кивнула.

– Отлично. Осталось понять, почему он так странно себя повёл.

– Меня испугался, – почти неслышно сказала она.

– А чего тебя бояться? – спросил было я и тут же осёкся. Потому что до меня наконец начало доходить. – Ты что, в чудовище превратилась? И пришла нас всех напугать?

– Только тебя. И даже не то чтобы напугать. Просто сюрприз. И опять не удался!

– Ужасно обидно. Но за каким дремучим хреном ты вломилась в эту комнату? Я же в другой всегда сплю.

– Понимаешь, – вздохнула Меламори, – всё оказалось очень непросто...

– Это прямо история всей моей жизни в одной фразе! – усмехнулся я. –Ладно, погоди, попробую выяснить, что там с Малдо.

– Вот именно, – мрачно поддакнула она.

Но прежде, чем я успел подумать: «Ёлки, он же не просто убежал, а исчез!» – и схватиться за сердце, Малдо Йоз откликнулся на мой зов.

«Макс. Хорошо, что это ты. Кажется, меня надо спасать».

Ага. Значит, жив, хотя бы отчасти вменяем и никуда не делся из этого Мира. Уже хлеб.

«Надо – значит, спасу. Ты где?»

«Возле дворца. Своего, а не Королевского. Не понимаю, как тут оказался. Только что спал, а потом... Очень страшная штука случилась. Не хочу вспоминать. Потом расскажу».

«Ты случайно не на дорожке, ведущей к парадному входу?» – осенило меня.

«Да, там».

«Никуда не уходи. Я сейчас».

– Я сейчас, – повторил я вслух, теперь уже для Меламори. – Никуда не уходи. Приведу жертву твоего мистического очарования.

– Зачем? – почему-то переполошилась она.

– Потому что успокаивать вас вместе быстрее, чем по одному. И проще. Посмотрите друг на дружку и сами распрекрасно успокоитесь.

Я нарочно не стал прокладывать новый Тёмный путь из спальни ко Дворцу Ста Чудес. А, немного потоптавшись, разыскал старый –тот, которым ушёл отсюда пару часов назад. Просто чтобы проверить, достаточно ли близко от кровати он начинается. Оказалось – буквально в двух шагах. Что и требовалось доказать.

Считается, что ходить уже проложенным Тёмным путём – чужим, или своим, без разницы – гораздо легче, чем прокладывать его самому.Сил и внимания требуется гораздо меньше, и риска ошибиться практически никакого; самое трудное уже сделано, пространство подчинилось человеческой воле, согласилось отменить свои законы – на этом конкретном участке. Раз и навсегда.