Граф Суворов - Иван Шаман

с руководителем операции на земле, я тебе сообщу. Разрешаю раскрыться в случае крайней необходимости». — прокомментировал Роман, и отключился, оставив меня на едине с моими мыслями. Да, работа по внедрению агентов у них поставлена из рук вон плохо, а вот с мотивацией проблем нет. И в самом деле «делай что должен, и будь что будет».

— О чем думал? — спросил Леха, когда я поднялся на второй этаж, к учебной части. Гардеробная работала из рук вон плохо, но плащ все равно пришлось сдать, не ходить же по убранному красивому зданию в верхней мокрой одежде.

— Как у нас дела? — вместо ответа поинтересовался я.

— Сам послушай. — усмехнулся товарищ отойдя чуть в сторону. Я же шагнул к самому проходу и едва приоткрыл дверь как меня чуть не снесла выскочившая раскрасневшаяся девушка, с синими волосами. Кажется даже не крашенная.

— Я им покажу! Я им всем… — бормотала она, быстро удаляясь по коридору.

— Эк Мальвину разорвало. — прокомментировал Леха, и заметив мой удивленный взгляд поспешил объясниться: — Староста группы Ж, вроде как вторая женская, после ведьм. Не сирота, из мелких помещиков.

— Ясно. — кивнул я, хотя его слова ровным счетом ничего не объяснили, а вот разговоры в деканате наоборот, были хоть и эмоциональны, но крутились вокруг одного и того же.

— …мы не можем поставить эти зачеты, у нас другого преподавателя нет! — устало говорила уже знакомая нам секретарь-методист. — Как директор назначит заменяющего преподавателя, так сразу будут назначены даты пересдачи.

— У нас экзамены уже завтра, а последний зачет не проставлен. — чуть не рыча проговорил парень, которого я не раз видел в группе А. — В тринадцать часов у нас должна пройти последняя контрольная!

— Я ничего не могу поделать, заменяющих преподавателей просто нет. — устало-безразличным голосом проговорила секретарша. — Как только в администрации разберутся и назначат учителей на эти предметы…

— Прошу прощения. — проговорил я, протискиваясь меж плотного строя старост, занявших все свободное пространство в учительской. — Подвиньтесь…

— А ты что здесь забыл, отброс? — с ненавистью и презрением спросил какой-то парень, явно не в обычной форме, выдаваемо училищем. Вроде и цвет и копрой почти такие же, но ткань дороже даже по виду. Отвечать я ему не стал, просто как следует двинул под ребра проходя мимо, так что он захрипел и начал оседать на пол.

— Ну что еще? — обреченно спросила методист, увидев меня. — Что, у вашей группы тоже должен был сегодня состояться экзамен? Я ничего не могу…

— Все хорошо. Я как старший трех групп уверен — все будет нормально. Нам только нужно получить официальную бумагу с отсрочкой о сдаче экзаменов во время следующей сессии. И мы сможем закрыть эту. И оставим вас в покое. — проговорил я, глядя в глаза секретарше. Она несколько раз моргнула ресницами, не понимая, что происходит, а затем несмело улыбнулась.

— Я… я не могу принимать такого решения, но вы правы кадет, можно поступить и таким образом. — с явным облегчением ответила методист. — Мне нужно только получить разрешение от руководства.

С этими словами она достала из стола небольшой цилиндр и приложила его к уху. Под блузкой едва заметно загорелось голубоватое сияние от кристалла, цилиндр завибрировал и удлинился, изогнувшись так чтобы идти от уха ко рту. Судя по озадаченному лицу секретаря ей долго не отвечали.

— Добрый день… да я понимаю как это не вовремя, простите… да… мне очень нужно буквально минутка… да. Перенос сдачи экзаменов для первого курса. Да. Да, все тридцать групп у меня здесь, старосты возмущены, многие уже звонят родителям. — быстро и чуть сбивчиво начала говорить методист. — Остался только предмет Ульянова. На сегодня были назначены контрольные. А… ясно. Спасибо большое. Да я все поняла. Спасибо. Прошу прощения. Да…

Спустя еще несколько секунд секретарь отняла «трубку» от уха, и та мгновенно свернулась в изначальную цилиндрическую форму. Подняв руку, и попросив тишины она что-то набрала на печатной машинке-клавиатуре, висящий в воздухе экран пару раз мигнул. А затем прямо из шкафа рядом с методистом начали сыпаться листы.

— Тихо! Старосты групп, подходим по одному, берем ведомости, расписываемся и заполняем их САМОСТОЯТЕЛЬНО. В два тридцать все группы будут ждать в большом актовом зале. — громко проговорила секретарь, тряся распечатками. — При себе иметь пишущие принадлежности и чистые листы. Все понятно? За ведомости отвечаете вы!

— Мне три листа. — тут же сказал я, протянув руку. — Группы У, Т и Ф.

— Ага, держи, расписывайся в получении. — ответила секретарь, протягивая мне распечатки и таблицу с номерами групп. Я мигом подмахнул документ, и прижав к себе драгоценные бумажки двинулся к выходу. Надо сказать прижимал не зря. Пару раз их пытались вырвать у меня из рук, за что тут же получили пинков, но в такой толкучке их можно было вообще помять до неузнаваемости.

— Леха, на, раздать старостам и заполнить. Сбор в большом актовом зале через три часа. — сказал я, протянув бумаги заместителю. — За ведомости отвечаешь головой. Лично. Это наш пропуск на экзамены.

— Понял, сделаю. — козырнув ответил Шебутнов, и тут же спрятал драгоценные листочки в рюкзак. — При себе иметь листы и ручки? Все верно?

— Именно. — ответил я, удовлетворенно кивнув. — У меня еще будут дела, а вы к баракам и разбирайтесь.

— Что за дела? — спросил Хорь, когда остальные уже ушли.

— А тебе то что? — не выдержав огрызнулся я. — Девушку свою хочу навестить.

— Ах девушку. — понимающе пробормотал Валера, и улыбнувшись подмигнул. — Ну, удачи тебе. Бывай.

Выражение у него при этом было такое… в общем «морда кирпича просит» весьма подходило в данном случае. Однако он тоже удалился, а я, сверившись с расписанием, двинулся к кабинету, где проходили пары у первого В. При этом мне сильно не повезло — идти пришлось в другой корпус, а по дороге я напоролся на Герба. Но сегодня Недосуду было сильно не до меня, так что мы лишь встретились взглядами, и я прошел мимо. Но легче от этого не стало, особенно когда меня заметила одна из «ведьм» выглянувших в коридор.

— Эй, Ангелочек, тут твой хахаль пришел! — громко, на весь коридор и прилегающую территорию крикнула девушка, нагло ухмыляясь. — Из ТУФа.

— Завидуй молча, Ника. — пренебрежительно проговорила Ангелина, появившись в дверях спустя полминуты. Со стороны можно было подумать, что девушке такие замечания были безразличны, но