Вторая жизнь сироты - Лисий Хвост

- Нет. Просто иначе она бы здесь не оказалась, -лёгкое пожатие плечами можно было понять как полную уверенность в своих словах, - забрала бы ученика и вновь исчезла.

- И всё же я рискну. Она мне всё расскажет, а потом пусть строит свои козни. Я вне пределов её досягаемости.

- Ваше право, Данзо-сан. Только не скажет она вам ничего.

- Полагаете, не поверит? Я могу быть очень убедительным, - усмехнулся Данзо.

- Не сомневаюсь, - чуть наклонила голову Хинако, которой очень не понравился брошенный на неё собеседником взгляд. Однако дело не в этом.

- И в чём же?

- В том, что это совершенно бессмысленно. Если вы блефуете и не тронете мальчика, то ей незачем с вами разговаривать. Если же нет, то тем более.

- Как это? - даже немного удивился такому выверту Данзо.

- Это будет означать, что свою камеру она покинет только мёртвой. Принципиально ничего не скажет.

- А ради его жизни и здоровья - почему не согласится?

- Не поверит, что оставите его в покое. Да и парень не простит и попытается отомстить, если оставить ему жизнь. А после такого только убивать.

- Ладно, - Данзо махнул рукой, признавая аргументы Хинако, - думаю, вы правы. Да и к тому же дело неприятное. Но, ками! Как же она меня раздражает.

- Это общая черта всех адептов гендзюцу, Данзо-сан.

- Вы хотели со мной поговорить. Я слушаю вас, - при виде измученного тела, что лежало в камере на полу без движения, Хирузен посчитал неуместным начинать разговор со слов "Добрый день".

- Да, - хокагэ заранее напряг слух, чтобы лучше слышать голос ослабевшей узницы, но скорее просто угадал ответ в невнятном хрипе.

- Тогда поскорее. У меня много дел, - Сарутоби поторопил собиравшую силы женщину.

- Йа-кхх-кх вша всмсть кх-кх.

- Прекрасно, - Хирузен почесал нос. - Анбу! Вытащите её, дайте воды и приведите в третью допросную. И поживее. Я буду ждать там.

Анбу не подвели и притащили Хокону всего через несколько минут. В прямом смысле слова притащили. На руках. Усадив её на низкий неустойчивый табурет, они приковали её правую руку к столу и ушли.

- Вам лучше? - поинтересовался Сарутоби, желавший наладить контакт с собеседницей.

- Гораздо. Благодарю, хокагэ-сама, -слабым, но уже достаточно разборчивым голосом ответила та.

- Прекрасно. Вижу, долгие разговоры вам не по силам, так что, может быть, перейдём сразу к делу?

Увидев согласный кивок, Сарутоби продолжил:

- Но перед тем, как я вас выслушаю, будьте любезны, утолите моё любопытство. Где вы были всё это время и почему исчезли?

- Я восстанавливалась, хокагэ-сама. После применения Рага суто реми а даини но каика.

- Не знаю такой техники, - в голосе Сарутоби послышался лёгкий интерес. - Что она делает? И вам ведь затруднительно активно использовать чакру?

- Вы можете называть вещи своими именами. Те события, - она устало подпёрла голову свободной рукой и помолчала, то ли переживая их заново, то ли подбирая слова, - превратили меня в инвалида. Моим друзьям повезло умереть.

- Это трагедия, но, к сожалению, такое иногда случается. Нужно жить дальше, - Сарутоби выразил толику сочувствия.

- Верно. Иногда высококлассные специалисты и впрямь подменяют собой штурмовиков. Порой даже гораздо дольше, чем должны. Но это всё дела давно минувших дней. Так или иначе, но пока первый хокагэ бился с Мадарой, мы удерживали лиса до прибытия Мито-сама и групп поддержки. Было очень тяжело. Несмотря на помощь множества других шиноби последняя атака девятихвостого проломила наши барьеры. Те, кто находились на переднем краю погибли сразу, едва ли успев что-то понять или почувствовать. Но мы с Таканэ были во второй линии, чуть подальше, но всё же слишком близко, чтобы успеть отступить.

- Но всё же вы как-то спаслись? Кто вам помог? - Сарутоби плохо знал эту историю, а потому слушал с любопытством.

- Нам никто не помог, - в усталом голосе угадывалась ирония, - мы просто не умерли сразу. А потом пришли в себя, зашевелились, и не находить нас дальше стало неудобно.

- Вы думаете, что...

- Кто теперь скажет точно? Я видела одну сторону истории, кто-то совсем другую, а рассказали всем третью. В общем, не считая чисто физических повреждений, мы с Таканэ заработали ещё и внутренние. У него случилось отравление чакрой лиса. Она повредила ему кейракукей, что закрыло ему путь к вершине ирьёдзюцу и отбросило едва ли не в самое начало пути. Я же просто получила обширные ожоги. Они были совсем неглубокие, поверхностные. Можно даже сказать, что меня просто обдало чакрой лиса. Но это хватило, чтобы повредить мои тэнкецу. И с тех пор любое дзюцу, направленное вовне, причиняло мне нестерпимую боль.

- Я слышал, вам предлагали исцеление, - заметил хокагэ не спуская глаз с Хоконы.

- Верно, - лишь намёк на кивок от вымотанной женщины, - Сенджу предлагали. Но мы не сошлись в цене.

- Не жалели, что отказались от полноценной жизни? - Сарутоби и впрямь было любопытно.

- Разве нельзя жить, не используя дзюцу? - ответом был встречный вопрос.

- Вы понимаете, о чём я, - с укором посмотрел на неёё Сарутоби. Тот же крестьянин не знает, чего лишён. Но вам-то это известно.

- Скучала ли я по прежней жизни? О да. Было ли мне горько от моих нереализованных амбиций? Каждый день. Жалела ли я о своём выборе? Ни на единый миг.

- Вы сомневались в том, что клан-основатель сдержит слово?

Хокона постаралась собраться. Хотя бы мысленно.

- Ну что вы. Разумеется, они бы полностью вылечили бы меня. Но помимо знаний им были нужны и мои умения. А я не была уверена, что смогла бы прижиться под их крылом. Боюсь, неволя быстро бы меня сгубила.

- И тогда вы выбрали медленное угасание.

- Ну что вы, - не согласилась Хокона, - я выбрала жизнь.

- Не объясните ли?

- Понимаете, всегда найдутся те, кто будет утверждать, что работать в детском доме, будучи практически инвалидом, после того как довелось принимать участие в исторических событиях и быть на вершине славы, это издёвка. Худшая судьба, которую только можно вообразить.

- Предполагаю, сейчас вы скажете что они будут неправы.

-