Пират - Джин Вулф

— Я не стану лгать никому из вас. — Капитан Берт снова улыбнулся. — Мы не вернемся в Порт-Рояль. Я намерен набрать людей из лесорубов Кампече и симаронов Гондураса.

Новия искоса взглянула на меня и, когда я промолчал, спросила:

— Они хорошие marineros, капитан?

— Они вообще не моряки, сеньора. Вам с Крисом придется обучить их. С этим делом вы справитесь, я знаю, причем блестяще.

— Они хорошие воины, — добавил Харкер.

Капитан Берт кивнул.

— Это снимает с повестки дня ваш третий пункт, сеньора. Что же касается второго пункта, мне посчастливилось заиметь капитана, который так хорошо говорит по-испански, что может сойти за испанца. — Он повернулся ко мне, и я мог поклясться, что в глазах у него заплясали озорные искорки. — Я намерен послать его вперед, чтобы он провел в Маракайбо рекогносцировку.

— Нет! Вы не можете! — Новия вскочила на ноги, опрокинув свой стул.

Я велел ей сесть и сказал:

— Он может. Разумеется, я согласен, капитан.

— Я знал, что ты согласишься, Крис. — Капитан Берт прочистил горло. — Несколько минут назад у нас шел разговор о доверии. Чтобы показать, как я доверяю вам обоим, я скажу вам еще одну вещь. Только об этом ни гугу. Помните испанский пинас? Который спугнул нас в Портобело?

Мы кивнули.

— Так вот, друзья мои, капитан этого пинаса в данную минуту сидит с вами за столом.

Не знаю, отвалилась ли челюсть у Новии, но у меня несомненно отвалилась.

Капитан Берт громко расхохотался.

— Хэл шел под испанским флагом на случай, если поблизости окажутся один-два галеона. Разумная мера предосторожности, так я называю это.

— Значит, вы знали, капитан?

— Поначалу — нет, сеньора. Меня осенило только после разговора с Хэлом. Подумайте сами: протекающие корабли, слегка потрепанные орудийным огнем из крепости. Часть из них — с заросшими днищами. Но мы вышли из залива, не заметив нигде даже топселей какого-нибудь галеона, — и почему пинас не последовал за нами? Обычно они поступают именно так, сеньора. Занимают такую позицию между вами и галеонами, чтобы с галеонов были видны их сигнальные флажки.

— Теперь, когда вы знаете это, не следует ли вам отправить корабли обратно в Портобело? — спросил я.

— Я отправлю, Крис, можешь не сомневаться. Но не сейчас. Сперва нужно привести корабли в порядок и дать людям время избавиться от хворей. Только ответь мне на один вопрос. Ты был с нами, и сеньора тоже — как по-твоему, Добкин вернется? Только честно.

— Возможно, — сказал я. — Не исключено.

Почему-то у меня возникло ощущение, будто я ответил «нет».

— Как ты оцениваешь шансы, Крис?

— Скажем, десять против одного.

Капитан Берт хмыкнул.

— Ты более оптимистичен, чем Брэм Берт, доложу я тебе. Ставлю десять дублонов против твоего одного — лады? Если мы в течение года не увидим Добкина или не услышим, что он выбрался из передряги живым, ты отдашь мне один дублон. В противном случае я отдам тебе свои десять. По рукам?

— По рукам, — сказал я. — Но у меня есть еще один вопрос — не имеющий отношения к Добкину. Могу я задать его?

— Валяй.

— Наверное, на самом деле вопрос следует адресовать капитану Харкеру. Да, скорее ему, чем вам. Где Лесаж?

Капитан Берт кивнул.

— Совершенно верно, это к Хэлу. Я знаю только то, что он сообщил мне. Хэл?

— Мы разговаривали с вами в заливе Лонг-Бей, — подала голос Новия. — Вы сказали, что вам надо дождаться Лесажа, а мы должны направиться к Жемчужным островам. Теперь вы присоединились к нам. Что случилось с Лесажем?

— Поломка руля, мадам. Ничего больше. Мы вышли из Лонг-Бей вместе. На второй день руль вышел из строя. Лесаж просигналил мне, чтобы я шел полным ходом, — мол, он последует за мной, когда устранит поломку. Я подчинился приказу, хотя сперва предложил помощь. Он поблагодарил меня, но сказал, что не нуждается в помощи. И я продолжил путь.

Новия повернулась ко мне:

— Мы много дней провели в лесу, Крисофоро.

— Ну да. — Я попытался вспомнить свои записи в судовом журнале и записи, которые делали Бутон и Буше. — С высадки на берег до отплытия прошло, по моим подсчетам, тридцать три дня. Вряд ли я сильно ошибаюсь.

— Я тоже так думаю, капитан Харкер. Скажем, месяц. У нас, женщин, есть причина отмечать месяцы. Вы долго ждали после нашего ухода?

— Я действовал согласно приказу, мадам, — кивнул Харкер. — Мне предписывалось дождаться вашего славного капитана и капитана Лесажа. Не одного из них, а обоих. Ну, я и ждал.

— Так Господь может дожидаться моей души. Очень и очень долго, надеюсь. Капитан Берт, вы человек умный. Где находится Лесаж, в прошлом бывший помощником Криса?

Капитан Берт развел руками.

— Мне известно не больше, чем вам, сеньора. В море может случиться тысяча разных непредвиденных событий.

— Возможно, сейчас он болтается на испанской веревке, — сказал я.

Надо признаться, эта мысль меня порадовала.

— Так точно, — вставил Харкер. — Или команда сместила его с должности голосованием и отправилась еще куда-нибудь — он слывет жестоким человеком.

— А возможно, он ходит кругами возле Портобело в поисках нас, Крис.

Маленькая мозолистая рука Новии скользнула в мою ладонь, когда она спросила:

— Вы пошлете обратно капитана Харкера проверить, там ли он, капитан Берт?

Капитан Берт слегка нахмурился и помотал головой.

— Крису интересно знать, где он. Теперь мне тоже интересно знать. Что-то они мне не нравятся, ваш капитан Лесаж и его корабль, пропавшие невесть куда.

— Вы подозреваете Лесажа в предательстве, сеньора. В чем именно оно заключалось, по-вашему?

Новия сжала мою руку:

— Я не знаю.

— Я тоже, сеньора. Что он мог сделать? Сообщить испанцам о наших планах, связанных с Портобело? К тому времени, когда он узнал о них, Портобело уже пал. Сообщить испанцам о наших планах, связанных с Маракайбо? Да, конечно, — и, похоже, кто-то действительно сообщил. Помните найденные Гослингом письма, а? Возможно, это работа Лесажа. Но это с таким же успехом мог сделать любой из двух дюжин других людей.

Новия промолчала.

— У нас состоялось собрание, сеньора. Военный совет. Вы на нем не присутствовали, Крис тоже — да и Лесаж, коли на то пошло. Все остальные были там. Хэл и я высказались за Маракайбо. Только мы двое. Но не Гослинг, не Кокс, не Добкин, не Огг, хотя на Огга я рассчитывал. Больше ни один человек. О чем это говорит вам?

— Я не знаю, капитан, — сказал я, — и Новия вряд ли знает.

Капитан Берт откинулся на спинку кресла и сложил ладони домиком. С полминуты все молчали. Потом Новия выпалила: