Без ума от графа - Кристина Брук

— Кроме того, у тебя есть алиби, — веско заметила Розамунда. — Как известно, по четвергам ты сидишь у викария. Когда Жаклин упомянула, что это произошло в четверг, я тут же вспомнила о викарии.

— И верно, алиби, — согласился он. — Но я не мог бы им воспользоваться. Из-за Жаклин, если бы подозрения пали на нее.

— Ты не просто чудовище, ты благородное чудовище, — улыбнулась Розамунда. — Как я счастлива, что ты вернулся.

— А я тем более. — Вдруг он стал серьезным. — Розамунда, сейчас не самое подходящее время, но я...

Она заморгала, прогоняя навернувшиеся слезы.

— Нет-нет, сейчас не надо об этом. Я понимаю, что ты хочешь сказать, Гриффин, но об этом как раз не надо говорить.

Отвернувшись, она заметила, что герцог Монфор наблюдает за ними. Улыбнувшись ему, она тряхнула головой: у них все прекрасно, что бы там ни говорили.

Поняв, что она хотела сказать, Монфор, улыбнувшись, поклонился в ответ, затем отвернулся и как ни в чем не бывало продолжил беседу с леди Арден.

— С кем это ты переглядываешься? — заинтересовался Гриффин.

— С его светлостью. Герцог не верит в любовь, или по крайней мере не верит, что браки надо устраивать по любви. Однако его протеже, как это ни странно, женятся именно по любви. — Розамунда вздохнула. — Интересно, способен ли герцог кого-нибудь полюбить?

— Он? — фыркнул Гриффин. — Да никогда в жизни.

Она лукаво поглядела на него.

— Да. А мне известен кое-кто, кого тоже считали совершенно неспособным на такое, и тем не менее...

— Когда ты на меня так смотришь, я готов забыть обо всем на свете. Даже о том, что мы на балу, в толпе танцующих.

Застонав, он схватил ее за руку и повлек за собой. Они вышли из дома в сад прямо под дождь. Ноги разъезжались на намокшей земле. Гриффин подхватил на руки не поспевавшую за ним Розамунду. В темноте возник темный силуэт летнего домика, того самого, где прошло их первое любовное свидание.

— Как быстро у нас все получилось, — прошептала Розамунда, соскальзывая с его рук на диван.

— Розамунда, я люблю тебя.

В его голосе звучала неподдельная теплота и искренность. Он обнял ее, прижал к себе и начал осыпать поцелуями.

— Нас могут увидеть, — испугалась она.

— В такой дождь никто даже носа из особняка не высунет.

Она отдалась ему, радостная, желанная, счастливая. Она дарила ему свою любовь, а он с не меньшей радостью принимал ее, щедро одаряя своей нежностью и пылкостью. Забыв обо всем, влюбленные слились, охваченные пламенем страсти.

Когда все было закончено, Розамунда замерла в блаженстве, глядя сквозь застекленную крышу на мерцавшие в ночном небе звезды.

— Постой, я чуть было не забыл, — прошептал Гриффин и, вынув что-то из кармана, протянул ей.

— Боже, мой медальон.

Она схватила вещицу, сгорая от желания узнать, открывал ли ее Гриффин. Если открывал, то видел свой портрет. В смущении она искоса посмотрела на него. Он понял ее без слов.

— Я не открывал его.

— Да-а, — полувопросительно отозвалась она.

Было приятно, что он из уважения к ней не стал открывать его, но тут ее уколол червячок ревности: неужели он так равнодушен к ней...

— Неужели тебе не хотелось увидеть, что там, внутри?

— Нет.

— Ни капельки?

Озорно улыбнувшись, он покачал головой.

— Ни капельки, так как знаю, что там.

— Откуда же ты узнал об этом? — кокетливо спросила она.

— Мне это подсказала твоя любовь. Ты любишь меня, и всегда любила, — целуя ее, ответил он.

— Точно так же, как и ты меня.

— И пусть так будет всегда.

Он рассмеялся и прижал ее к своей груди.

Эпилог

Для герцога Монфора стало традицией оканчивать свой ежегодный бал дружественно выпитым бокалом вина вместе с леди Арден в библиотеке.

Впрочем, дальше вина дело не заходило. Пока не заходило.

Герцогу просто нравилось завершать бал приятной во всех отношениях беседой. Подобные дружеские отношения — надо заметить, что герцог и леди Арден вот так встречались на протяжении пятнадцати лет, — нравились Монфору, и ему ничего не хотелось в них менять. Несмотря на кокетство, тонкие намеки и шутки и прочие разыгрывания герцог оставался непреклонным. Отношения между ними так и оставались дружескими, хотя леди Арден, откровенно говоря, волновала чувственность герцога.

Леди Арден была весьма привлекательна. Карие глаза, каштановые волосы, тонкий благородный нос, красиво очерченные скулы — да, безусловно, она была красивой женщиной, не говоря уже о роскошной фигуре.

Она бросила на герцога лукавый взгляд.

— До меня дошли слухи, что ваша маленькая роза с острыми шипами, леди Стейн, выходит замуж. Кажется, за дипломата.

—Да, — как ни в чем не бывало ответил Монфор, — я тоже слышал об этом.

— Говорят, что ее будущего мужа вскоре ждет новое назначение в Сибирь или еще куда-то? Представляю себе, как ей будет нелегко уезжать на край земли сразу после свадьбы.

Монфор улыбнулся.

— А я слышал, что они едут в Санкт-Петербург. — Монфор твердо знал, что новый муж леди Стейн едет именно в столицу Российского государства. — Впрочем, для леди Стейн Санкт-Петербург мало чем отличается от Сибири.

— Вполне возможно, — усмехнулась леди Арден. — Как бы то ни было, она окажется очень далеко и больше не будет досаждать своими выходками Розамунде. Надеюсь, светские развлечения в Санкт-Петербурге заставят ее забыть горечь отъезда. Может быть, ей там даже понравится. Не хотелось бы, чтобы она оказалась в тягостном для нее изгнании. А то, глядишь, еще вернется в Лондон.

— Мне всегда нравился склад ваших мыслей, — усмехнулся Монфор.

— В самом деле? — не без иронии воскликнула леди Арден. — В настоящее время мой ум изо всех сил ищет хорошую партию для леди Сесили.

— Не стоит так напрягаться. Она уже помолвлена.

— Но я вам уже говорила: мне не нравится этот брак.

— Он вам не нравится только потому, что вы не участвовали в его устройстве. Но я тоже не был его сторонником. Все решили родители Сесили. Они выбрали для нее этого герцога, а через месяц трагически погибли, их карета разбилась.

— Да, понимаю, — нахмурившись, отозвалась леди Арден. — А была ли заключена формальная помолвка или все осталось на уровне устной договоренности?

— А вот это, дорогая леди Арден, не ваша забота. — Монфор нахмурился. — Будьте довольны тем, что так ловко устроили брак между Мэддоксом и леди Жаклин. Как вам удалось добиться согласия Девера, просто уму непостижимо.

Леди Арден отмахнулась.

— Пустяки. Хотя у меня есть свои приемы.