Магия обреченных - Варвара Клюева

– Мне придется сделать небольшое отступление, – начал он. – Как вы уже знаете, мое обучение протекало не совсем обычно. Лорд Умбер никогда не объяснял мне, как попадают в магическое пространство. Со временем я разобрался, но на первых порах приходилось изворачиваться по-всякому. Иногда это были очень лихие способы. Однажды я едва не потерял рассудок, а может, и жизнь, но об этом как-нибудь в другой раз… Самый надежный и безопасный путь обеспечивали айкасы лорда Умбера. Я боялся спросить у него разрешения и пользовался ими тайком, потому что сам старик к айкасам не притрагивается. И вот он поймал меня на горячем – вернулся в сознание, когда я с зажатым в ладони камушком – камушком из его связки – отправился скитаться по магическим просторам. Меня чуть удар не хватил по возвращении, но, к моему невероятному облегчению, лорд Умбер не рассердился. Сказал: «Да бери на здоровье, если хочется. Я когда-то тоже не мог надышаться на эти погремушки. Пока болтаешься по загончику, вреда от них не будет». Я, естественно, спросил, что это за загончик и какой вред приносят айкасы тем, кто из него выберется. Ответ привожу дословно:

«С ними не выберешься. Это ведь не только приманка для молодняка, но и глаки. А больший – вообще цепь для грасха. Ну и сахарная кость, ясное дело. А загончик, он загончик и есть. Не видал, что ли, никогда, как скотину пасут?»

Вот и все.

– М-да!.. – разочарованно протянул Джинакс. – Это твой старик в сознании так разговаривает?

– Ничего себе объясненьице! – подхватил Отрикс. – Очень внятненько.

– И мы ради такой чепухи тащились на эту проклятую гору? – возмутился Вайтум.

Но Малих явно не разделял недовольства товарищей.

– Это вовсе не чепуха! – горячо возразил он. – Разве вы не поняли?! Я был прав! Лорд Умбер знает о границах. Более того, он давно научился их обходить! Я не знаю, что такое глаки и грасхи, – может быть, магические имена, – но суть его речи совершенно ясна. Наши айкасы – это некие устройства, их подбрасывают нам те, кто установил границы. Эти камни каким-то образом помогают удерживать нас в запертом пространстве. Особенно самые большие из них – те, что Верховные лорды передают по наследству избранным ученикам, которые становятся их преемниками. Цепь – это понятно. Сахарная кость – награда для цепного пса, охраняющего огороженный участок. Значит, и тут я угадал! Верховные лорды служат нездешним магам, как служат сгорнам пастушьи псы. А лорд Умбер сбросил цепь, презрел косточку и убежал на свободу! Кассий, мы остаемся! Дай нам любую работу – хоть кашеварить, хоть котлы чистить, хоть камни ворочать, но позволь дождаться пробуждения своего лорда.

– Да я-то с радостью… – заговорил Кассий, но Вайтум его перебил.

– Малих, ты бы подумал хоть немного, прежде чем горячку пороть! Чего ради нам здесь оставаться? Чему лорд Умбер может нас научить? Я, например, не желаю свободы, если цена за нее – безумие. А отказ от айкасов – это вообще полный бред! Все, что мы знаем и умеем в магии, связано с айкасами. Без них мы – никто! Бездари. Стоит нам забросить свои камушки подальше, и Верховные лорды разделаются с нами во мгновение ока. Но даже если нам каким-то образом удастся избежать смерти, мы неминуемо проиграем. Никто из магов не пойдет за сумасшедшими, призывающими отказаться от айкасов. И тогда получится, что все твои, наши старания напрасны. Мы не объединим сгорнов и никогда не одолеем твоего таинственного врага.

Малих с Джинаксом быстро переглянулись.

– А может, его не надо одолевать, – осторожно, словно на лед ступил, высказался Джинакс. – Может, это вовсе не враг?

– Так-так! – здоровяк Вайтум подался вперед. – А вот с этого места поподробнее, пожалуйста. Мы с Отриксом что-то пропустили?

Малих с Джинаксом снова обменялись взглядом, а потом одновременно покосились на ученика лорда Умбера.

– Кажется, я здесь лишний, – усмехнулся Кассий. – Может быть, вы хотите предложить мне пойти прогуляться?

– Ну, до такой степени наглости мы еще не дошли, – заверил его Малих. – У нас с Джинаксом, и правда, есть секрет. Настолько серьезный, что мы до сих пор не решались поделиться им с товарищами. Да и сейчас не уверены, что это будет правильно. Нам нужно подумать. Может быть, съездить еще в одно место, кое-что прояснить. В любом случае…

Его прервало жужжание. Все маги, как по команде, взглянули на свои айкасы. Вызывали Джинакса. Пока он сидел, уставившись в пространство, остальные терпеливо ждали. Магическая связь не позволяет окружающим подслушать разговор стоящего рядом мага или подсмотреть, кто его вызвал. Она устанавливается независимо от того, сколько человек находятся рядом и чем они занимаются. Но поддерживать ее непросто, и чужая болтовня может помешать магическому общению. Кассий таких тонкостей не знал, поскольку ему никогда не приходилось разговаривать по магической связи в присутствии других, но по примеру остальных тоже помалкивал. Правда, в отличие от гостей, отвести взгляд от Джинакса не догадался. Поэтому он первым заметил неладное.

Новый владелец Красного айкаса на глазах съежился, побледнел и помертвел лицом. Потом вскочил, открыл рот в безмолвном крике, схватился за Камень, бессильно опустился обратно на скамью и оплыл по стеночке, словно из него вытащили хребет. К тому времени, как он закончил разговор, все четверо смотрели на него с ужасом.

Первым не выдержал Вайтум.

– Кто это был? Что стряслось?! Говори же, оакс тебя возьми!

Джинакс с усилием разлепил побелевшие губы.

– Это был Мирам. Лорд Трегор вызвал его по магической связи и спросил, как случилось, что Малих исчез из дворца. Мирам сказал, что не обязан перед ним отчитываться. И тогда этот мерзавец… лорд Трегор…

– Что он сделал с Мирамом?! – закричал Малих.

– Вскрыл защиту и проник в сознание.

– Что?! – От Вайтумова вопля стены башни содрогнулись. – Залез в мозги к магу?! Это… Это неслыханно! Сгорны его растерзают! Да я сам, собственными руками…

– Погоди, Вайтум, – перебил гиганта Малих. – Джинакс, что с Мирамом? Он не… Он здоров?

– Ты имеешь в виду, не спятил ли он? Кажется, нет. Во всяком случае, разговаривал, хоть и с трудом, но внятно. На головную боль жаловался, но на фоне того, что он запросто мог окочуриться или стать дурачком, головная боль – такой пустяк, о котором даже говорить не стоит.

– Тогда чего ради ты устроил это представление? Напугал нас до клацанья зубов? Лорд Трегор, конечно, отъявленный мерзавец, и, слово мага, этот фокус ему даром не пройдет, но если Мирам здоров…

– Я еще не все рассказал. После того как Мирам очухался, лорд Трегор снова вызвал его на магическую связь и приказал… – Джинакс осекся, и его взгляд, устремленный на Малиха, сделался чуть ли не умоляющим.