Кровавая луна - Ю. Несбё

Катрину, стоящую на четвереньках на песке перед замком. Она подражала ржанию, в то время как Герт, сидевший у неё на спине, упирался пятками ей в бока. Она объяснила, всё ещё стоя на четвереньках, что Герт увидел фильм о рыцарях и настоял на том, чтобы приехать в замок верхом на лошади.

— Слюна, обнаруженная на Сюсанне, принадлежит Маркусу Рё, — сказал Харри.

— Откуда ты знаешь?

— Я заполучил ДНК Рё и отправил Александре.

— Чёрт побери.

— Мама...

— Да, мама будет следить за своим языком. Но если ДНК получена таким образом, то это вне правил, поэтому не может быть использована в суде.

— Это было сделано не в установленном полицией порядке, но именно об этом мы с тобой и говорили. Ничего не мешает тебе и твоим людям использовать информацию, полученную другими.

— Можешь…?

Она кивнула в сторону своего всадника. Харри снял Герта с «лошади», несмотря на его протесты, и Катрина поднялась на ноги.

— Жена Рё всё ещё обеспечивает ему алиби. Тем не менее этого может быть достаточно для его ареста, — сказала она, смахивая песок с колен брюк и наблюдая за Гертом, подбежавшим к спускающейся с одной из башен горке.

— Мм. Я думаю, что Хелена Рё может немного колебаться в этом вопросе.

— Да?

— Я общался с ней. Алиби — её разменная монета в предстоящем разводе.

Катрина нахмурилась и достала свой зазвонивший телефон. Посмотрела на экран.

— Братт.

«Её рабочий голос», — подумал Харри. И судя по изменению выражения её лица, мог догадаться об остальном.

— Я скоро буду, — сказала она и прервала связь. Взглянула на Харри.

— Тело найдено. Лиллёйпласен.

Харри на мгновение задумался. Разве это не было на окраине Снаройи, среди заболоченных земель?

— Хорошо, — сказал он. — Но зачем торопиться с привлечением тактических следователей? Разве тебе не следует сосредоточиться на аресте Рё?

— Это то же самое дело. Девушка. Обезглавлена.

— Дерьмо.

— Ты можешь пока поиграть с ним? — она кивнула в сторону Герта.

— Ты будешь занята до конца дня, — сказал Харри. — И весь вечер. Рё нужно…

— От ворот и от квартиры, — она вытащила из связки два ключа. — В холодильнике есть еда. И избавь меня от скептического взгляда, ты отец, в конце концов.

— Хм. По всей видимости, я отец, когда тебе это удобно.

— Ага. А ты сейчас говоришь в точности как одна из тех жён полицейских, которые вечно жалуются, — она протянула ему ключи. — Позже мы возьмёмся за Рё. Я буду держать тебя в курсе.

— Разумеется, — сказал Харри, стиснув зубы.

Он смотрел, как Катрина подошла к горке, сказала Герту несколько слов и обняла его, и провожал взглядом, пока она трусцой выбегала из парка с телефоном у уха. Он почувствовал, как его тянут за руку, и посмотрел на обращённое к нему лицо Герта.

— Восадка.

Харри улыбнулся и сделал вид, что не услышал.

— Восадка!

Улыбка Харри стала ещё шире, он посмотрел на брюки своего костюма и понял, что ему придётся сдаться.

 

ГЛАВА 31

Воскресенье

Крупные млекопитающие

 

Было одиннадцать часов утра. Солнце припекало, но как только оно спряталось за облако, Катрина поёжилась. Она стояла у рощицы и смотрела на пляж, покрытый высокой жёлтой травой, а дальше раскинулось сверкающее море, по которому взад и вперёд ходили парусные лодки. Она повернулась в другую сторону. Носилки с телом женщины несли к машине скорой, от которой к Катрине шёл Сон Мин.

— Ну как? — сказал он.

— Она лежала в высокой траве прямо на берегу. — Катрина тяжело вздохнула. — В очень плохом состоянии, худшем, чем у двух других девушек. Здесь гуляют в основном семьи с маленькими детьми, которые рано встают, конечно, кто-то из них должен был найти её.

— О боже, — покачал головой Сон Мин. — Есть идеи, кто это?

— Она была без одежды, её голова — отрублена. Сообщений о пропаже без вести не было. Пока не было. Но, предполагаю, она была молода и красива, так что…

Она не закончила фразу. Это ненадолго. Как показывал опыт, о пропаже молодых и красивых сообщали быстрее всего.

— Полагаю, следов нет.

— Нет, преступнику повезло, прошлой ночью шёл дождь.

Сон Мин вздрогнул от внезапного порыва холодного ветра.

— Я не думаю, что это удача, Братт.

— И я.

— Мы в силах что-нибудь сделать, чтобы тело быстрее опознали?

— Ага. Я думала позвонить Моне До в «ВГ». Предоставить ей эксклюзивную информацию об убийстве, а в ответ они усердно поработают над материалом и представят его так, как надо нам. Это не слишком много и не слишком мало. Тогда остальные журналисты смогут процитировать её статью и потом жаловаться, что у полиции есть любимчики в прессе.

— Неплохая идея. Мона До согласится на это хотя бы для того, чтобы заполучить то, чего нет у Воге.

— Читаешь мои мысли.

Они молча наблюдали за тем, как криминалисты продолжали фотографировать и тщательно прочёсывать оцепленную территорию в поисках улик.

Сон Мин покачивался на каблуках.

— Тебе на кажется, что её, как и Бертину, привезли сюда на машине?

Катрина кивнула.

— Сюда не ходят автобусы, а в фирмах такси, которые мы проверили, вчера вечером не было заказов в этот район, так что ты, по всей вероятности, прав.

— Ты не знаешь, есть ли рядом гравийные или грунтовые дороги?

Катрина внимательно посмотрела на него.

— Ты имеешь в виду следы от шин? Я видела здесь только асфальтированные дороги. Но все следы от шин, вероятно, уже смыло дождём.

— Конечно, я просто…

— Что «просто»..?

— Пустяки, — сказал Сон Мин.

— Тогда я позвоню в «ВГ», — сказала Катрина.

 

Было без четверти двенадцать. Прим медленно развернул лист пергаментной бумаги.

Его захлестнула новая волна гнева. Он ощущал подобные эмоции время от времени с тех пор, как он увидел их двоих вместе. Идущих, как двое влюблённых. Её, Женщину, которую он любил, и того парня. Когда мужчина и женщина вот так гуляют в парке, мало кто сомневается в происходящем. Ему была нужна она. А ещё полицейский! У Прима не было времени придумать план, как избавиться от этого неожиданного соперника, но скоро он это сделает.

Перед ним был развёрнут лист пергаментной бумаги, сверху которого лежал человеческий глаз.

Прим почувствовал, как пересохло во рту.

Но он должен.

Он взял глаз двумя пальцами, чувствуя, как нарастает тошнота. Его не может опять стошнить, иначе всё прошло бы впустую. Он снова перевёл взгляд на лист и