Сын земли чужой: Пленённый чужой страной, Большая игра - Джеймс Олдридж

— Опасный путь, — предостерег Формен. — Может выйти не по-вашему и больно по вас ударить.

— Каким образом? — живо обернулся к нему Верокио. — А если строить свою политику иначе, ничего не добьешься. Народ ненавидит нефтяные монополии, и это наш козырь. И к тому же, — продолжал Верокио, отмахнувшись от его опасений, — вы должны дать англичанам понять, что нефтяные запасы колониальных стран не будут принадлежать им вечно.

— Вы думаете, что это соображение может побудить правительство время от времени ввозить из России нефть? — недоверчиво спросил Формен. — Сомневаюсь, все не так просто…

— Отчего же?..

— По-моему, Верокио прав, — заявил Руперт, и хотя они потом еще минут десять спорили, основное было решено. Верокио нашел в Руперте лучшего союзника, чем в Формене, который не желал следовать примеру итальянцев и пускать в ход политику. Руперт же не прочь был воспользоваться средствами политической борьбы, вплоть до нажима на правительство через социалистов.

— Вот и прекрасно, — одобрил Верокио, допивая остывший чай, который он к тому же еще разбавлял молоком. И он вскочил, отложив разработку деталей „на потом“, как это обычно делают, когда достигают соглашения.

Я сочувствовал Джо, хотя ей трудно было простить бестактное обращение с Ниной. В какой-то мере, правда, ее извиняло недовольство собой.

— Я страшная стерва, — жалобно призналась она своей ближайшей подруге Мэриан Крейфорд. (Я тоже с ней подружился и почти все, что я здесь пишу, рассказала мне она.)

Мэриан только что вернулась с Мадагаскара, где три месяца изучала состояние социальной и лечебной гигиены по заданию Всемирной организации здравоохранения ООН. Джо прошла к ней через заднюю калитку и за чаем в ультрасовременной кухне покаялась, как она дурно обошлась с Ниной Водопьяновой, хотя пришла к своей подруге совсем не за этим.

— Мне ведь так немного надо. Только чтобы муж у меня был нормальный, — грустно сказала она. — А он меня просто бесит!

— Но Руперт самый нормальный человек на свете!

— Ничего подобного! Если бы он хоть иногда сказал, что у него на душе! Мне было бы легче. А то он вечно всем недоволен.

Мэриан добродушно заметила:

— В наши дни трудно быть довольным, Джо. Все не так просто.

Джо вышла из себя:

— Но почему он так усложняет свою жизнь? Он сам создает вокруг себя всякие сложности. А сейчас стало еще хуже, я просто за него боюсь. Некий Кантро написал о Руперте подлую книгу, и газеты вдруг принялись на него клеветать.

— Но почему?

— Я не знаю почему! — закричала Джо. Потом сказала уже тише: — Нет, знаю. Потому, что он так интересуется русскими. Если бы он бросил с ними возиться, с этими проклятыми русскими! Они вдруг заполонили всю нашу жизнь. Портят все, а мы могли бы жить и только радоваться!

Теперь уже беспокойство передалось и Мэриан, но она все еще сомневалась, так ли серьезно обстоит дело, как говорит Джо.

— Вы действительно думаете, что он попал под подозрение потому, что интересуется русскими?

— Конечно! А почему еще? Он говорит, что это — деловой интерес, но зачем ему вообще вдруг понадобилось иметь с ними дело?

— Не волнуйтесь, — посоветовала Мэриан. — Если за этим ничего нет, Руперт прекрасно сам во всем разберется.

— Ну, положим, с этой женщиной вряд ли так легко разобраться! — злобно выпалила Джо. — Да, я вспыльчивая, злая. Но он ведь на такой женился, пусть не жалуется. Ну да, она — совершенство, а я — нет. И не желаю им быть!

Мэриан принялась убирать со стола.

— Руперт — однолюб, Джо, — сказала она материнским тоном.

— Дело не в этом! Любовь — еще не все.

— В браке она все! (Мэриан никогда не была замужем.)

— Только замужняя женщина понимает, какая глупость эта любовь, — заявила ей Джо. — Посмотрите на Пегги Ройс. Она очень любит Фредди, но это не мешает ей спать с человеком, которого она презирает и который к тому же пытается надуть Фредди в делах! Теперь она тайком ходит к психиатру, чтобы он объяснил ей, почему она так поступает, а психиатр говорит, что причина в том, что она слишком любит своего мужа! Представляете? Он требует, чтобы она привела к нему Фредди и чтобы Фредди тоже подвергся психоанализу.

— Ну что ж… — с сомнением произнесла Мэриан, не желая порицать своих коллег.

— Любовь тут совершенно ни при чем! — повторила Джо. — Я знаю, с Рупертом случится что-то ужасное, я это предчувствую, и виноват будет он сам, потому что он идиот и еще упрям, как осел! Но что можно сделать?

Когда Верокио объявил в Генуе о своей сделке с фирмой Ройсов, это вызвало настоящую сенсацию; Руперт предвидел это; по его словам, ничего другого он и не ожидал.

О заключении союза между двумя фирмами я прочел за завтраком. Заголовок на первой полосе „Таймс“ гласил: „Договор Ройсов и Верокио о закупке русском нефти. Европейские династии судостроителей пришли к соглашению в новой области“. „Таймс“ сообщала, что создается новая компания, которую от Ройсов будет возглавлять Руперт, и что с английской стороны он отвечает за проведение в жизнь соглашения. Газета напоминала, что фирма Верокио уже давно пытается осуществлять независимую политику в области нефти, а вот английские деловые круги впервые предпринимают такую попытку, поскольку ввоз русской нефти на Британские острова не имел еще прецедента и несомненно вызовет всякие толки и предложения. Не бросают ли тем самым эти два могущественных судостроительных концерна вызов Семи Сестрам, возглавляющим нефтяной мир. Такое предположение вполне обоснованно, если учесть, какими огромными ресурсами обладают Ройсы и Верокио, располагающие к тому же возможностью строить собственные нефтеналивные суда.

— Превосходно! — с восторгом воскликнул Фредди, когда мы пришли к нему в кабинет. И хотя он знал, что Руперт договаривался об этой публикации с Верокио и все время звонил по телефону в Геную и Милан, она его почему-то очень взволновала. — Пусть пресса кричит о соглашении сколько ей угодно, однако смотрите, чтобы все ограничивалось нефтью и договором с русскими. Не затрагивайте других сторон нашей деятельности или нашей политики.

В конференц-зале сидели человек пятнадцать репортеров, в основном» экономических обозревателей. Заведующий отделом прессы фирмы Ройсов Гордон носил очки с голубыми стеклами и старательно подражал Фредди. Он представил собравшимся Руперта, человека, которого все безусловно помнят по его подвигу во льдах, где он спас русского летчика. Руперт Ройс ответит на любые вопросы, относящиеся к сделке на нефть. Худой, породистый репортер в жилете из верблюжьей шерсти встал и спросил, какова истинная цель этой затеи — за такой сделкой явно что-то кроется.

— Почему вы так думаете? — ответил Руперт вопросом на вопрос. — Мы хотим продавать суда, а русские хотят продавать нефть. Обе стороны стремятся к взаимной выгоде. Единственная трудность состоит в том, что английское правительство, боясь нефтяных концернов, не дает разрешения на ввоз русской нефти, но мы пытаемся найти выход. Европейское нефтяное соглашение обязывает Великобританию разрешить итальянцам торговать у нас нефтью, а по договору между нами и Верокио эта нефть будет получена из России.

— Не желаете ли вы этим сказать, — спросил один из репортеров, шотландец, — что вы собираетесь одолеть и английское правительство, и нефтяные концерны?

— Мы хотим ввозить нефть, — ответил Руперт. — И открыть английскому автомобилисту новый источник бензина, а в обмен за это продавать наши суда новому потребителю — России. Скажите, что в этом дурного?

— Но ведь у нас в стране и без того ввозится нефти на тринадцать процентов больше, чем требуется, — возразила маленькая женщина. — Так, во всяком случае, утверждают нефтяные компании.

— Едва ли это так, если судить по цене, которую мы платим за бензин, — ответил Руперт, и я снова восхитился его самообладанием и умением использовать находящиеся в его распоряжении сведения. — Так или иначе, избытка бояться нечего. У нас безусловно есть рынок для русской нефти, и фирмы Ройсов и Верокио хотят его использовать.

Репортеры нетерпеливо зашелестели блокнотами, требуя подробностей, а когда Руперт отказался их дать, спросили Фредди, согласен ли он с тем, что сказал его кузен относительно нефтяных концернов.

— Ведь половина из вас, ребята, знает Сити как свои пять пальцев, будто для вас новость, как жестко ведут себя нефтяники с конкурентами и как они влиятельны в высших сферах! — И Фредди выразительно поднял брови.

Все засмеялись.

— А как обходитесь с конкурентами вы, Ройсы? — осведомился один из газетчиков. — Вам они больше нравятся, чем нефтяникам?