Нелинейная зависимость - Дмитрий Янковский

Андрей поперхнулся, закашлялся и отставил бутылку.

– Какая машина? – переспросил он.

– Информационная.

– И город ты считаешь машиной?

– Город такой же, только он лучше знает людей, поэтому сильнее влияет.

«Вот так.» – подумал Андрей. – «Значит что-то в моей дурноватой теории все-таки есть. Хотя насчет влияния, это пожалуй уж слишком.»

Вернулись Чоп с Бармалеем. Чоп нес черенок от лопаты, а Бармалей крутил в руках короткую дощечку от ящика. Он уселся на корточки и принялся ножом выдирать из нее гвозди.

– Это нужно для того, чтобы въехать в город? – Андрей пытался понять, что затеяли байкеры.

– Ага. – кивнул Бармалей. – Необходимая часть.

– А умыться мне не дадут?

– Нет. – хохотнул Чоп. – В этом самая фишка.

Спорить было бессмысленно.

– Еще пива хочешь? – спросила девушка.

– Я еще это не допил. – Андрей покачал коловой.

Освободив доску от гвоздей, Бармалей принялся из нее что-то выстругивать. В свете костра было видно, как на лбу выступили капельки пота.

– Жарко. Снял бы косуху. – посоветовал Чоп.

Бармалей отложил работу, и сбросил на сиденье мотоцикла тяжелую кожаную куртку. Андрей с удивлением увидел нарисованного на футболке золотого сфинкса, а под ним была надпись: «Египет» и адрес «www. travel. ru».

Через несколько минут Бармалей довольно осмотрел собственное творение, больше всего похожее на нож от косы, только вырезанный из дерева.

– Готово. – сказал он, и показал Немому. – Чоп, давай черенок.

Немой кивнул, и снова уставился в пламя костра.

Чоп прикрепил выструганную доску к черенку, используя оставшиеся гвозди и кусок веревки. То что получилось, от настоящей косы отличал только материал изготовления.

– Маскарад решили устроить? – усмехнулся Андрей.

– С тобой в главной роли. – кивнул Бармалей. – Бери, бери, не стесняйся.

Андрей взял косу вызвав дружный смех байкеров.

– Вылитая Старуха! – сказала девушка.

Андрей представил себя со стороны – в белой ночной рубашке, босиком, обсыпанный ровным слоем цементной пыли. Сам не удержался от смеха. Глядя на него улыбнулся даже унылый Немой.

– Чоп, заливай костер! – распорядился Бармалей. – Надо ехать. Андрей, поедешь с Немым, а я с Лыськой впереди.

– Я замыкающим? – довольно улыбнулся Чоп, как ни в чем не бывало, мочась на угли костра. – Фух! Следующий!

Он застегнул джинсы и пошел заводить мотоцикл. Бармалей и Немой окончательно загасили костер, словно выполняя религиозный обряд. Андрей постеснялся – девушка была слишком близко, и явно не собиралась отводить взгляд.

– Лопнешь после пива. – рассмеялся Бармалей, хлопнув его по плечу. – Или сиденье Немому запачкаешь. Лыся, а ну отвернись! Стесняется человек!

Девушка показала язык и отвернулась. Все равно Андрей чувствовал себя ужасно неловко, но организм настойчиво требовал – уже не оставалось сил противиться. Он с облегчением освободился от отработанной влаги.

Взревели двигатели всех трех мотоциклов, Андрей подобрал импровизированную косу, и взгромоздился на сиденье позади Немого.

– Держись, не падай! – подмигнул ему Бармалей, одевая куртку.

Застегивать ее он не стал, поэтому сфинкс все равно выглядывал из-за пазухи, загадочно улыбаясь. Выхлопной дым сизой пеленой заструился в траве.

– Бармалей! – перекрывая рокот моторов, крикнула девушка. – Дай мне пойти замыкающей! Ты же знаешь, я могу лучше Чопа.

– Иногда можешь. – покачал головой Бармалей. – Даже чаще всего. Но когда начинаются гонки, любой из нас показывает свой наихудший результат. А твой худший скромнее чем у него.

– Ну пожалуйста! У всех ведь когда-то бывает впервые!

– Ладно. – глянув на немого, принял решение Бармалей. – Чоп, уступи даме руль.

Поменялись местами и Лыся, рванув ручку газа, лихо поставила мотоцикл на заднее колесо. Немой фыркнул, не то с укором, не то одобрительно. Все три двигателя взревели на повышенных оборотах, а Бармалей заставил свой мотоцикл прореветь цифру «семь» Морзянкой.

Тронулись с места и сразу заняли порядок, предписанный Бармалеем – он сам вместе с Чопом во главе колонны, затем Немой с Андреем, а позади всех Лыся. Листья деревьев поблескивали в мечущихся лучах фар. Андрей держался за ручку сиденья одной рукой – другая сжимала импровизированную косу. Нависающие над тропой ветви все быстрее проносились возле лица. Запах высокооктанового бензина будоражил сознание предвкушением скорости.

Выехали на дорогу и пустили мотоциклы в разгон. Набегающий поток воздуха тут же зашумел в ушах, а из глаз выдуло непроизвольные слезы. Андрей пригнулся и отвернул лицо в сторону – так легче было смотреть. Он узнал Щелковское шоссе недалеко от поворота на поселок Восточный, а впереди, почти точно на западе, рукотворным кристаллом сияла Москва.

– Йох-у-у-у! – выкрикнул Чоп, раскинув руки, как крылья.

Сзади отозвался замысловатым ревом мотоцикл Лыськи.

У поворота на Восточный светофор зажегся зеленым, и три мотоцикла проскочили перекресток не сбавляя скорости.

– Хороший знак! – во весь голос прокричал Чоп, вытянув вверх большой палец.

Немой еще чуть прибавил скорость и все подравнялись по нему. Город надвигался, нависал, красные габаритные маячки небоскребов вычерчивали границу между ним и звездным небом, раскинувшимся над головой. Днем Москва не выглядит настолько внушительно.

Въехали на мост, пересекающий МКАД, и Немой потихоньку начал сбавлять скорость. Андрей знал, что впереди расположен стационарный пост дорожной милиции, сердце забилось чаще, а мысли заметались перебирая возможные варианты конфликта. В бесконфликтный вариант проезда не очень верилось. Дорога была пустынна, лишь однажды навстречу пронесся дорогой спортивный «Корвет».

Андрей заглянул за плечо Немого. Пост был уже виден – тяжелые турникеты, «ежи», сваренные из двутавровых стальных балок, и ограниченная бетонными плитами «тропа» в форме молнии, какую рисуют на высоковольтных столбах. Такой участок дороги не проскочишь насквозь, обязательно надо притормозить и объехать препятствие. Ночью основную часть дороги перегораживают турникетами, а редкий транспорт пропускают только через «тропу». Андрей занервничал еще сильнее.

От бетонной стены поста отделилась фигура в полной милицейской броне и с тяжелым ручным пулеметом Цыплакова калибра одиннадцать миллиметров. Взмах руки, и Бармалей начал сбавлять скорость, прижимаясь к краю дороги. Немой в точности повторил маневр, а Лыська обогнала его и остановилась левей Бармалея.

– Катаемся? – сухо раздалось из динамиков затемненного милицейского шлема.