Лабиринты Гипербореи - Владимир Петров-Одинец

– Глянь. Обнаглели призраки, уже мордами под Руську косят.

Славка обернулся и возмутился – лицо одноклассницы присвоило какое-то местное привидение! Ещё и лыбится! Никак, женщина со змеёй? Точно, в этом же красном платье!

– Ну, зараза, получай!

Рассерженный мальчишка со всего маху хлестнул сумкой наглое привидение, надевшее красивое лицо Русаны. Призрак должен был заклубиться и рассеяться, но вместо этого взвизгнул и закричал:

– Быстров! С ума сошёл? Больно же!

Друзья опешили. Волхвы обернулись:

– Вы чего? Мир не берёт?

Тимур опомнился первым:

– Обалдеть! Ты настоящая? Тебя за нами прислали?

– Русана? – Быстров-младший с трудом соображал и не пытался скрывать это. – Ты? Такая, такая…

Девушка, которая сердилась на него, не имела ничего общего с одноклассницей. Кроме лица – оно, несомненно, принадлежало Русане Лихачёвой, и его очень украшала красная точка между бровей. Но перед мальчишкой стояла настоящая женщина. В цветастой одежде – как это у индусов? Сари? Да, именно так, в сари!

Складки шелковой ткани облегали бедро и подчеркивали тоненькую талию, а выше – они совершенно немыслимым по сложности, но изящным способом укладывались на левом плече, чтобы нырнуть в другие, встречные складки, и там затеряться. При этом округлости девичьей груди, неинтересные под майкой, сейчас выступали так, что глаз отвести невозможно.

Славка смотрел, смотрел и смотрел, помалу соображая, что произошло. Там, в России, стандартная одежда – все эти джинсы, маечки, кроссовки – они крали индивидуальность. Некоторые старшеклассники выпендривались рисунком на майке, красили волосы, наводили тату, но всё равно, даже с пирсингом – оставались одними из многих. А Русана выглядела единственной в своём роде.

Пока мысли суматошно носились в Славкиной голове, Тимур от избытка чувств даже обнял одноклассницу и закружился с ней:

– Я балдею, как здорово, что ты с нами! Круто выглядишь! Тебя кто послал, наши шнурки?

– Никто, – погрустнела Русана, – никто не посылал. Я сама не знаю, как сюда попала. К Гере в храм.

Славка сглотнул, наконец, слюну, и смог выдавить из себя:

– Прости, я тебя за привидение принял. Если бы я знал, что это ты, да разве…

Вмешался Борун:

– Ребятки, отойдите в сторону, мне с виманой кое-что сделать надо.

Он затворил дверь удивительного летательного аппарата, принялся творить над ним пассы, пришептывать неясные слова. Вимана приподнялась. Борун свёл ладони вместе, словно поднимая нечто, сильно и плавно толкнул это невидимое вверх. Сложенные вместе летающие шляпы или тарелки – Славка так и не решил, как называть такую форму – отправились в небеса. Задрав голову, ребята и волхвы провожали тёмный круг взглядом, пока тот не потерялся на бархатном фоне звёздной ночи.

– Она улетела? – Спросил Тимур.

– Поднялась вверх. Будет ждать меня здесь. Олен, я твой.

И вся орава шумно отправилась вниз по лестнице.

Глава 27

День рождения Элеи

Русане отвели комнату недалеко от мальчишек. Но спать все трое отправились далеко заполночь, когда успели наговориться. Утром Олен организовал поход в бани, и уже чистым гостям закатил пир. Славка нервничал с самого утра, как вернулся после купания в озере. Тимур не понимал причины психования друга, а Русане было не до этого – одноклассница так спешила побольше узнать, что донимала Геру градом вопросов. Волшебнице это надоело, она обратилась к Славке:

– Яр, Тим, покажите Русе окрестности. Священную дорогу, хотя бы…

Славка просиял, пообещал: – «Как же! В лучшем виде!» И тотчас потребовал у Олена, чтобы тот дал Русане то самое, быстрое понимание чужого языка. Одноклассница вякнула было, что не надо, она и так умная, но архиерей молча выделил искорку от пальца в лоб. А затем медовым голосом дал разрешение идти, куда детям вздумается.

Рема тут же добавила ложку дёгтя – отрядила Гектора в сопровождающие. Друзья спорить не стали. Славка надел парадный хитон, пурпурный плащ-хламис, зарядил служанок приготовить корзинку с вкусной и сладкой едой. Тимур обалдел, потребовал объяснений.

– На день рождения идём, – загадочно бросил друг, – там всё узнаешь.

Русана сменила сари – обмоталась в ослепительно синий шёлковый лоскут. На голову набросила неизменный полупрозрачный шарфик. В таком праздничном виде они отправились к озеру, сверху, где впадали два ручья. Конвоир удивился нарядам, потребовал сказать, куда и надолго ли собрались отлучиться друзья:

– Рема должна знать, где искать, если что.

– Гек, отвянь. Что нас искать, только крикни, и мы отзовёмся. И вообще, мы тебя отпускаем, – Тимур величаво сделал жест, как истинный сын бога, – можешь поваляться тут на солнышке, а за нами не ходить.

Славка охранника мучить не стал, честно сказал:

– По ручью поднимемся немного. Помнишь, вон там полянка есть, – и показал пальцем примерно на середину склона, – не дальше.

– Мы пока летели, я ничего не видела, – пожаловалась Русана, – глянуть бы с горы, где мы?

Славка стоял насмерть: «Полянка!», хотя Гектор открыто наезжал, показывал на просёлок, серпантином восходящий вдоль ручья:

– Чего лесом переться, если дорога рядом?

– Тебе надо, ты и иди, а мы сюда, – заявили друзья, углубляясь в чащу.

Мальчишки шли по шустрому полноводному ручейку, который образовывал заводи, водопадики, и весело журчал. На подходе к полянке заросли сгустились, приходилось часто отводить ветки в сторону. Гектор незаметно занял место перед Русаной и старательно ухаживал за ней. Тимур воспользовался ситуацией, пристал к другу:

– День рождения? Чей?

– А вот не знаешь! – Хвастливо вздёрнул нос Славка, но тотчас признался. – Русалка, Элея.

– Наяда? Ты с ней договорился? Ай да сын бога, ловок, нашёл к ней подход! И мне можно будет?

Это воскликнул Гектор, сильный и ловкий, но слегка туповатый. Так считал Тимур, поэтому сейчас удивился: – «Тупой-тупой, а ушами не хлопает, всё замечает и всё просекает. Ишь, как обрадовался!». Русана поверила Славке сразу и безоговорочно:

– Быстров, ты прелесть! Здорово, здорово, как здорово!

Славка кивнул Гектору: – «И тебе можно», улыбнулся Русане: – «Спасибо». Лёг животом на большой валун, собрал ладонь лодочкой, захлопал по воде. Тимур с Гектором стояли позади, ожидая результатов. Сверху, почти над головами, раздался смех и девичий голос:

– Яр, мы заждались! Поднимайтесь сюда, у нас весело!

Из-за дикой оливы им махали рукой. Друзья раздвинули кусты и попали на изумрудную полянку, которую рассекал ручей. Девушки в лёгких одеждах разных оттенков зелёного бегали по ней, играя в догоняшки. Тимур и Русана слегка оробели. Гектор заулыбался направо и налево, совершенно не теряясь и раздаривая комплименты.