Кремль 2222. Юг - Дмитрий Силлов

— Борьба разумных энергий… С ума сойти, — прошептал Снайпер, падая на землю. — Чертово Поле, всю силушку выпило подчистую.

— Думаешь, оно? — спросил Данила, который тоже чувствовал себя очень неважно.

— Кто ж еще? — усмехнулся Снайпер. — Вампир проклятый. И приманка у него что надо.

— Это да, — протянул Данила, осознавая, что провалил дежурство и чуть не подставил товарищей. — И я на нее попался. Если б не ты…

— Ерунда, — отмахнулся Снайпер. — Ты ж такое впервые видишь.

— А ты? Уже видел раньше Поле Смерти вблизи? — удивился разведчик.

— Поле не видел, а смерть чувствую, — усмехнулся Снайпер. — Мы с ней давние игроки, все пытаемся друг друга переиграть.

— И как, всегда получается у тебя ее обставить? — улыбнулся Данила.

— Пока да, как видишь, — ответил Снайпер и, повернувшись к мутанту, осторожно потряс его за плечо. — Фыф, а Фыф, как ты там? Живой?

Слабое шевеление глазных отростков свидетельствовало о том, что мутант жив-здоров, только слегка не в себе. Данила с удивлением наблюдал, как с опоры ЛЭП вниз медленно сползла тоненькая молния, словно неимоверно шустрая змея, пробежала по верхушкам мокрых от росы травинок, до которых не добралось Поле, и с легким потрескиванием растеклась вокруг валяющегося на земле мутанта. Снайпер с Данилой даже отодвинулись подальше от странного явления природы, понимая, что вряд ли тот, кто их только что спас, станет пытаться причинить вред.

Фыфа слегка тряхнуло, после чего он вдруг резко сел и открыл единственный глаз… в глубине которого Данила успел рассмотреть росчерк крошечной молнии.

— Теперь порядок, — сообщил мутант, энергично тряхнув головой, отчего глазные отростки поочередно хлопнули его по щекам. — Я уж думал, что не удастся с эонами на контакт выйти.

— А это еще кто такие? — удивился Снайпер.

— Трудно объяснить, — неопределенно пошевелил пальцами Фыф. — Да вон они, на проводах. Понять их невозможно, но иногда с ними можно договориться.

— Так вот ты чего на руках-то у нас висел. Энергии много ушло? — спросил Данила.

— Чуть не сдох, — признался Фыф. — Сзади Поле высасывает, спереди эоны мнутся, то ли помочь, то ли ну его на фиг. Хорошо хоть под конец решились. Но, думаю, лишь потому, что им самим это Поле никуда не упёрлось.

— Совсем ты, Фыф, блатной стал, — вздохнул Снайпер. — Хватит уже у Данилы в мозгах копаться.

— Да я не у него, — рассеянно ответил мутант. — Порой и твои поверхностные мысли перехватывать удается, а там такое…

— Ладно, перехватчик, пошли уже, — буркнул Данила, которому стало немного совестно за то, что он орал на Фыфа, — кто ж знал, что тот занят переговорами на высшем уровне, причем в буквальном смысле этого слова, судя по высоте ЛЭП…

И они пошли — благо до башни пути было всего ничего — метров триста: разбитое шоссе перейти да через поросшие жженой травой развалины перелезть — не иначе по ним неоднократно и с удовольствием лазило блуждающее Поле Смерти, сегодня нарвавшееся на неожиданный отпор.

— Интересно, почему она такая… целая? — спросил Фыф, отважно перепрыгивая через обломок практически размолотой в щепы деревянной вывески, тем не менее сохранившей остатки надписи, поясняющей очевидное, — на деревяшках все еще можно было разобрать полустертое «…палки».

— Стальной каркас, особый цемент, стойкая краска и тройное кольцо ПВО, — пояснил Снайпер. — Белый маяк с мощной передающей станцией наверху для тех танкистов, кто отступал к складам, поливая собственной кровью каждый метр родной земли.

— Вечная память, — прошептал Фыф.

— Вечная память… — эхом отозвался Данила.

— Воистину вечная, — кивнул Снайпер. — Если вы будете помнить, то и те, кто будет после вас, не забудут.

Он наклонился и, очищая поверхность от черной пыли, провел ладонью по щиту, то ли выброшенному взрывом из ближайшей станции метро, то ли кем-то принесенному оттуда после взрыва и прислоненному к двум арматуринам, торчащим из земли. В щит была вмонтирована бронзовая звезда и ветка под ней. И всё. Просто звезда и просто ветка теперь уже неизвестного растения — весточка из далекого прошлого…

Они постояли молча с минуту, словно отдавая дань памяти тем, кто уже никогда не вернется с полей Последней Войны. Тем, кто не дошел до этого места два столетия назад…

— Пойдем, мужики, — сказал Снайпер. — Поле Смерти и эоны берегут это место лучше любого другого охранника. Теперь нам вряд ли кто помешает.

Но он ошибся.

— Смотрите, — воскликнул Фыф, указывая в сторону разрушенного шоссе, изломанная лента которого уходила за горизонт.

Там, в легком тумане из черной пыли, повисшей в воздухе, брела тоненькая фигурка, держась за бок и припадая на правую ногу.

— Не верю своим глазам, — пробормотал Данила. — Но ведь это…

— Именно, — сказал Снайпер. — И, похоже, ей нужна помощь.

Он закинул за спину свой снайперский комплекс и пошел навстречу приближающейся Насте. Данила замешкался немного, пытаясь куда-то определить свой «Корд», оказавшийся ни с того ни с сего жутко громоздким. А у Фыфа все еще немного подкашивались ноги, поэтому получилось так, что Снайпер оказался впереди всех.

Девушка-киборг, увидев знакомые лица, попыталась прибавить шагу, но споткнулась и упала на одно колено.

— Похоже, ей совсем худо, — пробормотал Снайпер. — Ума не приложу, как она оказалась здесь…

Данила отставал всего на три шага, когда Снайпер приблизился к Насте и попытался поднять ее.

— Что с тобой, девочка? — спросил он. — Куда тебя ранило?

По лицу девушки было видно, что она терпит нешуточную боль, хотя на камуфляже крови не наблюдалось. Действительно, что с ней? Вроде Поле Смерти ушло левее, и там же остались эоны, живущие на проводах ЛЭП…

Внезапно прекрасное лицо Насти, слегка искаженное болью, стало бесстрастным, будто маска музейного манекена. Словно в замедленном фильме увидел разведчик, как неторопливо поднимается правая рука киборга, как отгибается к наружи ее кисть, обнажая запястье… И как из этого запястья, разрывая кожу, вылетает длинный серый клинок…

— Сна-а-а-й-п-еер!!!

Крик Данилы разорвал воздух — и то ли благодаря ему, то ли еще по какой причине Снайпер успел немного сместиться в сторону, уходя от удара…

Но ему не хватило какой-то доли секунды, чтобы завершить движение. Заточенный под четырехгранный штык танталовый клинок ударил его в грудь.

В сердце…

Во всяком случае так показалось Даниле.

— Тварь! — вырвалось у него.

Девушка стояла над телом Снайпера. С клинка, торчащего из ее руки, стекла вниз тяжелая капля крови.