Темные тропы и светлые дела - Денис Владимиров

не обрюхатил ли твою мамку кто-то из настоящих аристо? А-а? Впрочем, это неважно. Мне знать подобное точно ни к чему. Главное не сосуд, а содержимое. Я — Браг амин Таниан по прозвищу Мертвый Курильщик, предвестник Мары, верный почитатель Раонса Кровавого, первым познавшего силу крови. И он внял моим просьбам, и послал сегодня настоящее пиршество. Я почувствовал тебя, Алекс, за пол-лиги! Такая сила скрывается в твоей крови… Просто удивительно. Ублюдок, а она чище, чем у иного древнего аристо. Сегодня Раонос вел меня…

Приставка «амин», в голове наконец-то щелкнуло… Пришлось сразу же менять возможную тактику боя, точнее убийства. А оставлять нежелательного свидетеля я не стал бы ни при каких обстоятельствах. Дедушка сам выбрал свою судьбу, когда решил обозначить свое присутствие. Чувство собственного величия до добра порой не доводит, не должно было и сейчас. Мне же повезло нарваться на высшего вампира, каких преследовали в Империи. И они могли передвигаться в ее пределах только в специальных ошейниках, на визави такого не наблюдалось. Дикий.

И отчего-то такая злоба взяла. Падла дохлая. Нет бы своими делами заниматься… И погрузить его в сон не получится — «Объятия Ороса», насколько я понял, действовали только на живых, это же стопроцентная мертвечина. Так, ярость — плохо, это уже откат от постоянного напряжения сказывался.

— Ну, я тогда пойду? — вопросительно с чуть плаксивыми интонациями попросил.

— Нет, пока ты никуда не пойдешь. Мне интересно все. Первое, у Дангжана нет в бригаде щеглов, второе, почему ты не на своей территории?

— Он только сегодня со мной заключил соглашение, — нигде не соврал я, только не уточнил какое, им же можно считать убийство Крома, а старик кивнул, подтверждая и давая разрешение на продолжение исповеди, — Ин Наороста и нашего главного связывали давние дела. И несу вот этот мешок от дома жреца в нужное, тайное место. Мне Дангжан доверился, все рассказал, и про амулеты, и плащ, их у него в доме взял, а еще у меня есть зелье на силу и выносливость. Без магии вряд ли смог бы унести столько и так далеко.

Фразы строил так, чтобы в них звучала только правда.

— Да, «Плащ Тантала» и «Пелена Найта» дорогие вещи. Еще и мешочек не простой… А очки Видящих откуда и метательные ножи самой Мары? — задал тот неожиданный вопрос. Его взгляд нет-нет и шарил по фигуре. Другое дело, что родовых клинков он, похоже, не заметил. Странно или ожидаемо?

— Про «видящих» ничего не знаю, — доверительно сообщил я, шмыгнул носом и вытер рукавом мифические сопли, — Очки и ножи — достались в наследство.

— Странно… Очень странно. А что несешь?

— Не знаю. У нас соглашение с Дангжаном! Я поклялся перед лицом Кроноса!

— Кронос, Кронос… Мерзкое отродье Бездны! — неожиданно зло закончил вампир, — Хуже него только Оринус, который может поглощать наши знания и впитывать саму суть.

— Души? — спросил я.

— У вампиров нет души, мы выше этого. Но, мальчик, твой путь закончен. Ничего ты не принесешь Дангжану. Потому что тебя ждет только смерть, — интересный поворот. Обычно жертву не пугают, наоборот, стараются сделать все, чтобы до последнего момента она не подозревала ни о чем.

— Не знаю, что ты хочешь сделать, но не советую. Главный с тебя спросит! А затем и ночная гильдия порвет на куски. Дай пройти! И сам иди по своим делам, старик, — постарался, чтобы голос нет-нет и начинал дрожать.

— Ты боишься, мальчик, и правильно делаешь. Я буду пить тебя медленно, поглощая вместе с кровью и страхом саму душу. Ты мне дашь многое, очень… А страх он просто необходим… — вот для чего тот вел речи. Ясно.

— Это нарушение законов гильдии! Попирание слов самого Анара!

— Мне нет дела до низших существ. Твой Анар — перхоть мироздания. Напомню, я Курильщик, Мертвый Курильщик, тебе разве мамка не рассказывала про меня истории и кого все боятся в Демморунге в ночи, — а пафоса-то пафоса, — Ее еще в детстве должны были пугать мно…

Я чертыхнулся на месте, будто собираясь бежать. Успел заметить, как вновь в усмешке начали расплываться губы кровососа, так и не закончившего фразу. Разумная нежить не успела среагировать на появившегося за его спиной райса, сразу же наносящего удар ядовитым острейшим шипом на хвосте в затылок. И пробивая его, будто сделанным из картона. Вампир начал разворачиваться в сторону угрозы. Мне же хватило времени на предельно возможном ускорении, какое давали кинжалы, выхватить правой рукой ятаган и воткнуть его в сосредоточение тьмы в области солнечного сплетения, которое разглядел пока точили лясы.

Тут же сработал и левой, нанося удар в бок, пытаясь и вторым клинком, но с другого ракурса достать до нужного объекта внутри. Питомец же успел еще один раз врезать наконечником, но попал куда-то в шею, а затем ему пришлось принимать призрачное состояние, чтобы уйти от длинных когтей, выросших из пальцев вампира. Его рука превратилась в темную смазанную линию, настолько тот дернулся быстро и резко. Тотем успел полностью исчезнуть из реальности, когда пять отточенных лезвий разрезали пространство, где он находился. Я же успел вонзить левый кинжал снова в бок твари, а правый провернуть с силой.

Отскочил, выдергивая клинки, опасаясь ответного удара. Но высший с каким-то недоумением обвел окружающее пространство мутным взором, он даже не пытался наброситься меня или что-то еще сделать, лишь будто споря с самой Марой, запальчиво пробормотал, сбиваясь и шипя местами:

— Но меня невозможно убить простым оружием! Как? Как… За меня отомстят, обязательно отомстят. Мрок… Эйден… Ты не мал….шшшиии, — вот на этом «ши» закончилась долгая история кровососа.

Затем темное пламя вмиг охватило фигуру нежити, повеяло холодом, а еще через секунду на брусчатку стали падать вещи. Последним, отчего-то с металлическим звоном упал серый череп с длинными белоснежными клыками, покатился, демонстрируя довольно приличное отверстие в затылке. Нормально питомец сработал. Больше от тела старика не осталось и косточки.

Нормально.

Впрочем, порадовали даже не трофеи, которые я знал куда пристроить с пользой, а информация. Выяснил за время короткой беседы, что эти твари могли чувствовать аристо по крови издалека. Вот это тоже требовалось купировать.

Череп, и все остальную добычу, включая трубку, я, не разбирая покидал в один гобловский мешок. Вновь нагрузился, активировал амулеты и двинулся дальше, ни на секунду не теряя бдительности и продолжая прокручивать перед глазами беседу и короткую атаку.

Тотем и родовые клинки — вот два козыря. Их старый кровосос не почувствовал и не видел, об этом кричало его беспечное поведение. Вряд ли он мог