Мое мерзкое высочество (СИ) - Питкевич Александра "Samum"

— Наверное, после визита отца у меня просто стало слишком мало работы, а от этого в голову лезут разные мысли, — чуть улыбнулась девушка, и в этой улыбке было даже какое-то смущение.

У меня же от этих слов что-то дрогнуло внутри.

— Твой отец был здесь? Должен признать, что он весьма искусные политик. С таким стоит считаться.

— Он обещал больше не строить мне козни. Даже признал равной себе, — удобнее устраиваясь в седле, кивнула Олив. Только глубокая морщинка на лбу, что пролегла между бровей, выдавала ее настоящие мысли.

— Ты не веришь ему.

— Не в полной мере, — подтвердила принцесса. — Думаю, он все еще не отказался от своих планов. Может, просто слегка изменил подход. Так что я почти что чувствую, что нахожусь в зоне его интересов. Правда, такой грубой и прямой игры как раньше, от него больше ждать не стоит.

— И так как его основное влияние на тебя может быть оказано только через брак… Ты еще не передумала выходить за меня?

— Ол не позволит, — скривилась принцесса, легко понукая лошадь, одну из тех, что я брал для смены.

Оглядевшись кругом, убедившись, что девушка пришла так далеко на своих ногах, в очередной раз покачал головой.

— Об этом можешь не переживать. Он обещал дать разрешения, если я сумею тебя уговорить.

— Оу, — принцесса натянула поводья, обернувшись ко мне. Ее глаза блестели таким озорством, что я слегка поежился. Кажется, у кого-то довольно игривое настроение и коварные планы. Не так и просто мне будет добиться ее согласия, судя по всему. — Даже так?

— Конунг сказал, что не может справиться с тобой. Точнее, что ему просто некогда. И что ты обозвала его ослом. Разве так разговаривают с монархами? — моя попытка устыдить принцессу, конечно, была провальной с самого начала, но я хотя бы должен был попытаться. Чтобы потом было в чем отчитаться перед Олом.

— Пф, — кажется, устыдить Олив у меня не слишком получилось. Принцесса тряхнула головой, и черные локоны рассыпались по красной ткани плаща, — если он выдвигает подобные предложения, которых удостоилась я — то только так я и могла его назвать.

— А попытаться смолчать? Не боишься, что он запомнит и пожелает отомстить?

— Ол? Нет, — вот теперь в тон барышни вернулись те, привычнее мне, спокойные и властные нотки человека, который точно знает, что делает. — Во первых, он вполне неплохо соображает, для человека обличенного властью. И мы были одни, так что официально это никак нельзя назвать оскорблением. К тому же, он не станет отыгрываться на мне. Это низко. Ведь я просто неразумная женщина.

Не сдержавшись, я расхохотался в голос от тех интонаций, что промелькнули в голосе принцессы.

— И вовсе это не смешно, — получая, кажется, несказанное удовольствие от собственной игры, фыркнула Олив, продолжив. — Я тут стараюсь изо всех сил, а он мне мужей подсовывает. И каких? Ты вообще, видел этот список?

Ворота были распахнуты, а у арки стоял хмурый мужчина в возрасте, удерживая в высоко поднятой руке факел.

— Ваше высочество, — видно, будчи на особом положении, стражник ткнул пальцем в темное небо, — я в который раз прошу, я даже требую, снять запрет на выход из поместья, когда вас здесь нет.

— Да разве же я это вам запрещала? — невинно хлопнула глазами девушка, словно не понимала о чем речь. Но кажется, мужчина весьма неплохо знал, с кем имеет дело, так что только сильнее свел брови:

— Ваше высочество, вы ушли без лошади, к ночи будет снегопад. А если бы ваши следы замело? Как бы вы потом отыскали дорогу домой?

— Кури, перестань. Вот, смотри как все удачно сложилось: я нашла князя Сафье. А у него оказалась пара запасных лошадей, — было видно, что Олив не испытывает ни малейшего трепета перед возмущением своего старшего стражника.

— Олив, это и правда слишком. Запрещая страже покидать поместье, ты не даешь им выполнять свои прямые обязанности. Им в любом случае грозит смерть при таком раскладе, — заметил я, зная нетерпимость девушки к чужим страданиям. — За нарушение приказа королевской особы — повешенье. А если ты не вернешься с одной из своих прогулок их всех четвертуют.

Словно никогда не думала об этом в столь печальном ключе, принцесса резко обернулась на меня, глядя широко распахнутыми глазами. Дождавшись, когда я кивну, Олив перевела взгляд на Кури, получив подтверждение и от него.

— Почему мне никто не сказал?

— Потому, что у нас это знают даже дети, — отозвался Кури, передав кому-то факел и придержав лошадь принцессы. Голос стражника стал спокойнее, но по лицу все еще бегали темные тени, словно он и подумать не мог, что Олив просто не знакома с этими законами. — Вы замерзли, ваше высочество. Идите греться. Полли уже натопила, а матушка Сю заварила чай.

Спешившись с помощью стража, принцесса шагнула под арку ворот. Пройдя нксколько шагов, Олив обернулась, с удивлением глянув на меня:

— Идешь?

— Ты должна пригласить, — с легкой улыбкой оглядывая старые ворота, от самого верхнего гвоздя до нижней планки испещренные едва заметными простому глазу знаками, произнес я. Много всего мне доводилось слышать об этом месте, но еще ни разу я не стоял так близко к этим черным стенам.

Сейчас казалось, если осыпать поместье тонким слоем порошка, проявляющего магию, оно засияет куда ярче, чем факел в руках стражника. Было бы весьма интересно узнать, кто именно занимался строительством этого здания.

— Входи, — то ли приказала, то ли попросила Олив, пожав узкими плечами.

По черному дереву прошла тонкая, едва уловимая рябь. Человеку, не знакомому с подобными фокусами ни за что бы не увидеть этого, но моего опыта хватало, чтобы быть уверенным — за этими стенами Олив в полной безопасности.

— Благодарю, — склонив голову, я шагнул на темные плиты двора, передав поводья кому-то из подбежавших слуг. Ворота медленно, почти беззвучно закрылись за моей спиной.

— Моя принцесса, — из темного угла внезапно появилась укутанная в саван, фигура старухи. Склонив голову в приветствии, это существо улыбнулось. — Мы подготовили для князя горячую ванну и свежую смену одежды. Прикажете стелить ему в ваших покоях?

— Нет.

— Да.

Оба ответа прозвучали одновременно, и Олив, немного растерянно оглянувшись на меня, вспыхнула так же ярко, как ее одеяние.

— Моя прекрасная фея, поверь, даже если не сегодня, я все равно там окажусь очень скоро. А судя по хитрым взглядам твоих слуг, это не будет для кого-то такой уж шокирующей новостью. У тебя очень живое на эмоции лицо. А у твоих слуг длинные языки.

Оглянувшись по сторонам, Олив покраснела еще больше, так как слуги и стража, отводя глаза, все же не могли сдержать улыбок. Только Кури ответил прямым взглядом, пожав плечом.

— Сперва ванная и ужин а там… там решим, — не признала своего поражения Олив, резко дернув полу плаща и направившись вверх по лестнице.

— Следуйте за мной, князь, — щурясь, проговорила старуха, от удовольствия прищелкивая языком.

Глава 50

Полтора года спустя.

Столичное поместье князя Сафье

— Ваше высочество, вы выйдете за меня замуж? — завтрак закончился тем же вопросом, что я слышала каждый день с тех пор, как Легат конунга завился в мое поместье без сопровождения в начале зимы полтора года назад.

— Нет, ваше сиятельство, — привычно отозвалась, пробуя новый сорт чая, собранный из степных трав.

Сальватор сощурил глаза, словно пытаясь меня прожечь взглядом, но я только невозмутимо улыбнулась. Нет, мой хороший. Мне очень понравилось быть свободной принцессой, когда оказалось, что давление марали не так уж велико. Тем более, если приказ о нашем браке уже готов и ждет только одного моего слова, неизменно находясь на рабочем столе конунга уже год.

— Это не разумно, Олив, — я вскинула бровь. Сегодня у кого-то было совсем иное настроение. Кажется, Сальватор решил еще раз прибегнуть к доводам разума.

Отставив чай, князь сплел пальцы перед собой, глядя на меня поверх этой конструкции.