Повелитель блох - Ирина Комарова

_ Девчонки. Только об одном и думают.

— Точно, — со вздохом подтвердил магистр, опускаясь на коленной прижимая пухлую ладонь к испещренному черными точками лбу Ганца. — Закрой глаза. Сейчас полегче станет.

— А… это ты… ну, извини, я просто подумала…

— Извиняю, — великодушно сказал Ганц, не открывая глаз. — Кстати, Джузеппе, спасибо тебе, конечно, что пытался меня защитить, я имею в виду эти красненькие штучки, которыми ты швырялся из кустов, но разве мы не договорились, что ты будешь сидеть тихо?

— Это все мелочи, — скривился тот. — Особенно по сравнению с тем, что начала вытворять наша нервная дамочка. — Он не слишком ласково посмотрел на девушку. — Я, конечно, понимаю, ты испугалась за Ганца, потеряла над собой контроль…

— Я не нервная и вовсе не дамочка! — возмутилась она. — И ничего я за этого убийцу не испугалась!

— Как это не испугалась? — открыл глаза Ганц и даже попытался вывернуться из-под руки Джузеппе, за что получил короткий, но сильный шлепок:

— Лежать! А чего же ты тогда отряд бесов в полном составе в полет отправила?

— Так они же первые… надо же было что-то делать! Я тебя не понимаю!

— Видишь ли, птичка, — Ганц одарил Арру сочувственной улыбкой, — наш магистр не совсем четко формулирует свои претензии. Его мало волнуют бесы как таковые, отрядом или по отдельности. На самом деле он интересуется, почему улетел командир. Ему, видишь ли, теперь допрашивать некого.

Шнырок лежал на краю дороги, боясь не то что пошевелиться, даже вздохнуть. Направленное заклинание, брошенное этой жуткой девицей, прошло совсем рядом, сминая и скатывая бесов в большой мохнатый шар. Да что бесы, сам Большой Болт ничего не смог сделать, его тоже закатало! А потом она закинула их… Шнырок даже пожалел на секунду, что у него так не вовремя закружилась голова. Летел бы он сейчас пусть неизвестно куда, зато со всеми, не отрываясь от коллектива. А теперь? Что теперь прикажете делать? Туземцы его вроде бы не заметили, можно попробовать смыться. Сползти осторожно с края дороги в пыльную траву, откатиться за кустики, а там и до спасительной полыни недалеко. Рвануть через нее, родимую, по проверенному маршруту, в лагерь, к Пенделлю. И доложить, что отряд, которому он, Шнырок, был назначен в проводники, улетел в неизвестном направлении вместе с бронежилетами, клюшками для гольфа и командиром! Сегодня утром, когда он вернулся на базу без Шкелета, Дымка и трейлера, полного магических амулетов, ему удалось выкрутиться. Но если он в течение одних суток добавит к этому списку потерь два десятка бесов и самого Большого Болта, тут никакой Пенделль не поможет! Хотя на самом деле он же здесь абсолютно ни при чем. Поручили ему вывести отряд на место нападения, он и вывел. И про коварство туземцев он тоже предупреждал. Не виноват он ни в чем, и точка! Вот только кого она волнует, его невиновность? Раз все остальные исчезли, значит, отвечать ему.

Конечно, если бы Шнырок сумел сам справиться с задачей, захватить и привести этих троих, ему бы все простили… Увы! Даже для шутки не годится — не смешно. Попробовать сдаться? Да-а, а кто знает, что они с пленными делают? По крайне мере ни Шкелета, ни Дымка не видно, даже связанных. А что, если их… нет, об этом лучше даже не думать! А ведь еще и Ржавчик пропал. Нет, сдаваться нельзя, ни в коем случае!

Но и здесь оставаться нельзя. Пока его еще не заметили, но надолго ли такое счастье? Шнырок осторожно приоткрыл один глаз, покосился в сторону туземцев. Их было уже не двое, а трое — откуда-то взялся еще и толстый дядька с растрепанной жидкой бороденкой. Сейчас он вместе с девицей склонился над тем долговязым, которого так здорово вырубил Большой Болт. Пожалуй, если удирать, то самое время. Бес уперся в землю локтями, копытами, почти не меняя положения тела, ужом вывернулся из яркого бронежилета и скользнул в сторону. Кажется, получается! Еще одно легкое движение, вот кусты совсем рядом, вот он уже ползет между, ветвями. Осталось только нырнуть в полынные заросли… ага, опять получилось!

Шнырок рискнул встать на четвереньки. Неужели так повезет и ему снова удастся смыться? Главное сейчас — не торопиться, не привлечь к себе внимания необдуманным движением. Потихонечку, потихонечку, расстояние до дороги все увеличивается… Один из аборигенов что-то громко сказал, и все трое завертели головами. Бес припал к земле, затаив дыхание. Неужели заметили? Бородатый неопределенно махнул рукой, двинулся с места, но не в его сторону, просто сделал несколько шагов по дороге. Наклонился, поднял что-то с земли, показал оставшимся двоим. Так это же клюшка для гольфа! Один из бесов потерял свое оружие. Или бросил? Ох и достанется этому бедолаге, если он когда-нибудь сумеет вернуться на базу…

Тут до Шнырка дошло, что его личной клюшки, маленькой такой, с металлической набойкой на головке, тоже нет! Той самой, за которую он собственноручно расписался! Вот теперь он влип по-настоящему! Потому что отвечать, когда с него спросят выданное нештатное вооружение, ему совершенно нечего. Есть, правда, одно утешение, совсем крохотное — лист с росписями бесов за полученные клюшки Большой Болт, аккуратно сложив, сунул в свой планшет. И в данный момент сей чреватый неприятностями документ должен был находиться там же. Следовательно, летел вместе с хозяином планшета в неизвестном направлении. Нет, это, пожалуй, не столько утешало, сколько дарило надежду, что есть шанс выкрутиться.

Шнырок снова осторожно двинулся с места. Пока эти трое на дороге разглядывали свой трофей, он даже мог, пожалуй, немного приподняться и перебежать, пригибаясь, конечно, небольшой открытый участок, за которым начинались такие славные, такие густые заросли. Бесшумной серой ракетой бес вломился в куст, который мог надежно скрыть его. Главной своей цели — спрятаться — он достиг, хотя и был неприятно удивлен побочным эффектом. К сожалению, Шнырок никогда не увлекался ботаникой и абсолютно не интересовался флорой осваиваемых миров, поэтому не подозревал, что прятаться в кустах шиповника — это занятие на любителя. Точнее, на большого любителя.

— Интересная штучка. — Джузеппе вертел в руках клюшку Для гольфа. — Для простой дубинки слишком тонкая, и загогулина эта на конце… непонятно. Может быть, так надо. — Он попробовал замахнуться, держа ее сначала одной рукой, потом двумя. Решительно сделал вывод: — Неудобно.

— А она не стреляет? — томно спросил Ганц. Он уже нашел в себе силы сесть, но подниматься на ноги не спешил.

— Вряд ли. По крайней мере я не вижу, куда бы здесь стрелу можно было пристроить. И тетивы нет.

— Дай посмотреть, — протянула руку Арра.