Первозданный рай - Джоанна Линдсей

Из комнаты Флоренс доносился плач ребенка, и Джейрд направился туда, совершенно уверенный, что найдет там Коринну Открыв дверь, он обнаружил обеих женщин, безуспешно пытающихся успокоить Михаэля. Они были настолько поглощены ребенком, что даже не обернулись.

— Милые дамы, пора грузить вещи, — сказал он громко, — корабль отплывает через три часа.

— Не сейчас, Джейрд, — ответила Коринна, даже не посмотрев на него.

— Вы так опоздаете. Надо торопиться.

— Это неважно. Михаэль заболел;

— А ты знаешь, что следующий корабль в Америку будет только четырнадцатого числа?

— Это не имеет значения.

— Вы уже послали за доктором? — спросил Джейрд.

— Я как раз собиралась идти, — вмешалась Флоренс.

— Никуда вы не пойдете. Ваше место — рядом с больным сыном. Я пошлю Сун Хо, — ответил Джейрд, но Коринна его остановила.

— Джейрд, нам нужен доктор Брайсон. Он всегда лечил Михаэля. Попроси Сун Хо передать ему, что дело очень срочное.

— Где его найти?

— На Алакиа-стрит.

— Отлично. Сун Хо сейчас за ним поедет. Но тебя, Кори, я прошу спуститься вниз. По-моему, ты только мешаешь. Что ты раскудахталась над ребенком? Разве так его успокоишь?

— Нет, я останусь здесь.

— Идите, Кори, — попросила Флоренс, бросив на хозяйку многозначительный взгляд.

— Хорошо, я спущусь вниз. Но только до прихода врача.

Отправив Сун Хо на Алакиа-стрит, Коринна и Джейрд прошли в гостиную. Она села на краешек стула и вцепилась руками в колени. Ел всю трясло.

— По-моему, тебе не помешает выпить, — предложил Джейрд, с беспокойством глядя на жену. — Не надо так волноваться. Все обойдется.

Джейрд сделал два коктейля и протянул один жене.

— Это тебя взбодрит.

— Спасибо.

— Что случилось с Михаэлем?

— Мы не знаем. Внезапно поднялась температура, и он все время плачет.

— Но ведь температура могла подняться из-за какого-нибудь пустяка.

— Ты прав. Но причина может оказаться и довольно серьезной. Извини, Джейрд, но я очень волнуюсь.

— Я вижу.

Они замолчали. Джейрд видел, как страдает Коринна, и хотел только одного — защитить ее от всех бед и превратностей судьбы. Сверху доносился плач ребенка, и Коринна, вздрогнув, подняла глаза к потолку.

— Кори, тебе нет надобности уезжать ни сегодня, ни четырнадцатого, ни позже, — тихо произнес Джейрд, но она не ответила.

Казалось, душа ее была рядом с Михаэлем, Коринна никого не видела и не слышала, кроме него.

— Ты слышишь меня, Кори? — переспросил Джейрд.

— Ты что-то сказал?

— Да, я сказал, что ты можешь остаться здесь.

— С тобой?

— Да.

Коринна пристально посмотрела на мужа.

— Значит, ты предлагаешь мне остаться здесь и делить тебя с Нанеки и еще Бог знает с кем? Нет, спасибо.

— Делить меня? Но с тех пор, как я женился на тебе, у меня не было женщин.

— Прости, Джейрд, но у меня совсем иные сведения.

— Откуда это?

— Я сама видела. Разве не ты целовался с Нанеки? Разве она не твоя любовница?

Джейрд непонимающе смотрел на жену, а затем рассмеялся.

— Так вот в чем дело! Это просто недоразумение, Кори. Нанеки подошла ко мне сзади в темноте и обняла. Я решил, что это ты. И правда, я поцеловал ее один раз, но это была случайность, ошибка.

— Я тебе не верю, — ответила Коринна и снова посмотрела наверх.

Плач становился все громче. Она поднялась и направилась к лестнице, но Джейрд ее задержал.

— Тебе там нечего делать. Кори.

— Джейрд, пропусти меня. Я нужна Михаэлю.

— Не будь смешной. Флоренс прекрасно справится сама.

— Я должна быть рядом с ним.

— Но болезнь может оказаться заразной. Я вовсе не хочу, чтобы ты тоже заболела.

— Что мне за дело, чего ты хочешь или не хочешь!

Дай мне пройти.

— Коринна, прекрати! Сейчас малышу нужна только его мать и больше никто. Господи, да что с тобой происходит? Ты просто обезумела.

— Да, ты прав. Я обезумела, обезумела! Потому что Михаэль — мой сын! И он болен. Он — мой сын!

Ты понял?

От неожиданности Джейрд выпустил ее руку, и она бросилась вверх по лестнице.

Джейрд продолжал стоять неподвижно, а голос жены звенел у него в ушах: «Он — мой сын». Мой, а не наш. Это могло означать только одно: отцом ребенка был Дрейтон. Вот почему Коринна так долго скрывала от него правду! Если бы отцом был он, Джейрд, в этом не было бы никакого смысла.

Коринна упала в кресло и тяжело вздохнула. Она смертельно устала.

— Не огорчайтесь так, Кори! Я думаю, все к лучшему, — успокаивала ее Флоренс, доставая из шкафа бутылку и два бокала.

— Ты проводила доктора?

— Да.

— Фло, все получилось так глупо! Сама не понимаю, как я проговорилась! После всех наших с тобой предосторожностей, после всего этого вранья я вдруг прямо в лицо заявила ему, что Михаэль — мой сын. И ведь в этом не было никакой необходимости!

В самом деле, болезнь Михаэля не представляла никакой опасности. Вернее, он совсем не был болен, просто у малыша резались зубки, о чем доктор Брайсон и поспешил сообщить насмерть перепуганным , женщинам.

— Не думайте больше об этом. Кори. Джейрду давно было пора узнать о сьме.

— Ах, Фло, что ты говоришь! А вдруг он теперь не отпустит со мной Михаэля? Вдруг попробует отобрать?

— Вы богатая женщина. Кори, не забывайте об этом. Вы легко выиграете дело в суде. Но одного я никак понять не могу. Почему бы вам не уладить все миром? Из вас вышла бы отличная пара.

— Нет, Фло, слишком поздно. Я не могу жить с человеком, который меня не любит.

— Кто это вам сказал такую глупость? — возмутилась Флоренс.

— Я это знаю сама. — Коринна закрыла лицо руками. — Что же я наделала! Почему мы не уехали сегодня!

— Не уехали сегодня, уедем четырнадцатого, — спокойно ответила Флоренс, — если вы, конечно, не передумаете.

— А что я скажу Джейрду?

— Как что, правду! Это будет гораздо легче, чем постоянно лгать.

Но Джейрд не приехал ночевать. Не появился он и на следующий день. Напрасно Коринна со страхом и нетерпением ждала мужа. Он не желал слушать никаких объяснений. И Коринна снова потеряла надежду.

Глава 44

— Не самый удачный день мы выбрали для отъезда, — заметила Флоренс, проверяя, все ли вещи упакованы.

— Почему? По-моему, все идет отлично, — ответила Коринна, надевая шляпу. — Погода стоит прекрасная.

— Кори, милочка, видно, вы совсем перестали читать газеты!

— А зачем они мне? Хороших новостей не печатают, а огорчений мне и так хватает.

— Сейчас пишут только о революции, детка, — Флоренс укоризненно покачала головой. — Это очень опасно — революция. А вы даже ничего не слышали.