ОТВЕТЫ НЕПОСВЯЩЕННОМУ (I) - Зор Алеф

— Ощущение собственной значительности может быть формой гордыни, но ощущение своей реализованности в плодах своего труда уже имеет иной духовный смысл – это форма счастья. Эзотерическое знание говорит, что счастье есть не что иное как духовная реализованность каждого из девяти проявленных психических центров Человека. Это значит, что в глубине каждого из этих девяти центров осуществляется чрезвычайно тонкая и интенсивная вибрация. А состояние наивысшего вибрирования ума – это состояние экстаза…

— Ты говоришь об очень сложных вещах. А я пытаюсь приблизить наш разговор о счастье к пониманию среднего человека.

— Состояние экстаза всегда определялось духовной наукой как состояние слияния и сотворчества с Богом – состояние, которое предвидит возможность слышать Глас Божий и отвечать Господу. Чаще оно достигается либо в молитве, либо в творчестве. Повторяю, это состояние наивысшего вибрирования ума. И в этом смысле – чисто физически – здесь в наибольшей степени задействована шишковидная железа, которая действует как высокочастотный приемник, принимающий самые высокие частоты и вибрации. Чем тоньше вибрирует наш ум – тем ближе мы к ощущению счастья, тем более реализованным себя чувствует Человек.

Между понятиями реализованности и собственной значительности иногда можно провести параллель. Но обычно между ними лежит пропасть. Потому что под ощущением собственной значительности Человек часто таит многие комплексы, пороки, грехи, неудовлетворенность. Следовательно, он не может быть назван счастливым, хотя значительным – себя чувствует. Например, начальник, который владычествует над своими подчиненными. Или женщина, которая меняет своих любовников, как перчатки… Она делает это для того, чтобы почувствовать себя значительной, востребованной…

— Чтобы самоутвердиться…

— Именно – самоутвердиться. Но она не становится от этого счастливой. Или Человек, который зарабатывает огромные деньги и посвящает всю свою жизнь тому, чтобы их умножать, но – не потому, что они ему нужны. Для его физических потребностей, нет никакой разницы – имеет ли он миллион долларов, пять миллионов или миллиард. Он стремится заработать больше и больше, потому что в его представлении эти деньги придадут ему вес в обществе, и, соответственно, он будет чувствовать себя значительнее.

Здесь мы приходим к важному выводу: счастье есть нематериальное понятие. Счастье иноматериально; и в обладании предметами – достигнуто быть не может. Чтобы не быть голословным, приведу цитату из книги пророка Екклесиаста, глава 5, начиная с девятого стиха: «Кто любит серебро, тот не насытится серебром; и кто любит богатство, тому нет пользы от того. И это – суета! Умножается имущество, умножаются и потребляющие его; и какое благо для владеющего им, разве только смотреть своими глазами? Сладок сон трудящегося, мало ли, много ли съест; но пресыщение богатого не дает ему уснуть. Есть мучительный недуг, который видел я под солнцем: богатство, сберегаемое владетелем его во вред ему. И гибнет богатство это от несчастных случаев: родил он сына, и ничего нет в руках у него. Как вышел он нагим из утробы матери своей, таким и отходит, каким пришел, и ничего не возьмет от труда своего, что мог бы он понесть в руке своей. И это тяжкий недуг: каким пришел он, таким и отходит. Какая же польза ему, что он трудился на ветер? А он во все дни свои ел впотьмах, в большом раздражении, в огорчении и в досаде». И эти слова были написаны царем Соломоном, богатейшим Человеком своего времени, который сам признается в «Екклесиасте»: «И сделался я великим и богатым больше всех, бывших прежде меня в Иерусалиме».

— Это слова мудреца; но это сказал человек, пресыщенный богатством.

— Тебе неизвестно, пресытился Соломон или не пресытился… Соломон, который имел возможность испытать многие земные удовольствия и обратить свое богатство на благие дела, понял одно: «Оглянулся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их: и вот, все – суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем!». Речь идет о физических плодах. Но также Соломон понимает, что счастье для Человека заключается только в одном: в мудрости и в делании блага для ближнего. Мудрость, по его выражению, «делает человека лучше, и смягчается суровость лица его». А также: «Испытывал я сердцем своим, какое преимущество мудрого перед глупым, и понял я, что преимущество мудрости перед глупостию такое же, как и света перед тьмою».

— Ты хочешь навести меня на мысль, что существует объективность представления о счастье… Большинство же людей пользуются субъективными представлениями.

— Сколько бы ни существовало субъективных, индивидуальных представлений, – все лучшие люди, которые остались в истории как Великие Сыны Человеческие и в полной мере воплотили в себе слово «Человек» (с большой буквы), имели единое мнение о счастье.

— Ты постоянно проводишь идею, что подлинное счастье – в стремлении к мудрости. Но давай разберемся, сколько мудрецов на белом свете? Та же масса народа, которая нас окружает, которая живет простой естественной жизнью, и для которых счастье – это именно состояние души, – никогда к мудрости не придет. Понимаешь, никогда! И это правильно, что они не будут мудрецами… Таких мудрецов, как царь Соломон, и должны быть единицы. Существует, видимо, счастье мудреца, человека продвинутого, духовного, – и счастье общей массы людей.

— Ты очень путаешься в мыслях. И потом, я не понимаю, какой ответ тебе нужен: тот, который ты хочешь слышать, или такой, который я могу дать.

— Я хочу отделить людей продвинутых – от общей массы, для которой несвойственно то стремление, о котором ты говоришь.

— Понятие счастья расчленить невозможно. Если уж ты заговорил о том, что подлинных мудрецов очень мало, напомню, что мудрец никогда не называет себя мудрецом, – это во-первых; во-вторых, независимо от уровня мудрости Человека, каждый волен любить мудрость и в этом обретать счастье. Счастье сродни любви, оно подразумевает истинность переживаемого состояния. Все же остальное – его заменители.

Есть и такие формулы – «я счастлив тогда, когда поем, посплю и схожу в туалет». Очень хорошо, Человек считает, что он счастлив. Но, может быть, мы зададим себе и такой вопрос: почему этот Человек кричит, почему он постоянно ругается, почему он высказывает недовольство жизнью, почему у него так много претензий к окружающим людям, начиная со своей жены и заканчивая начальником? Почему он постоянно жалуется, что у него нет этого, этого и этого: лучшей машины, квартиры, бoльших денег? Ведь он даже не чувствует себя значительным, что уж говорить о реализованности… Так счастлив он или нет?

— Теперь представь, что тот же человек добился всех благ, на которые указывает Карнеги. Все есть – и чувство безопасности, и здоровье, и деньги? И детей обеспечил, и значительным себя ощущает… Вероятно, он счастлив.

— Нет, и тогда – он не будет счастлив. Даже если этот Человек будет много есть, много спать и бесконечно много ходить в туалет, даже если ему будет казаться, что он значительная личность, – реализации и счастья не будет. Потому что счастье, повторяю, есть состояние наивысшего вибрирования ума. Совесть будет постоянно упрекать его в том, что он не сделал в жизни чего-то очень важного. Этот Человек, добившись всех материальных благ, будет жить с ощущением неисполненного долга, ненайденной цели. Он не захочет признаваться себе в этом и не будет понимать, откуда берутся его негативные эмоции. О таких людях сказал Александр Блок:

«Ты будешь доволен собой и женой,

своей конституцией куцей…»

Даже довольный собой, женой и конституцией обыватель, убеждая себя в том, что он счастлив, все равно не имеет ни мира, ни покоя в душе, ни цели, ни смысла существования.

— Стихи Александра Блока продолжаются так:

«А вот у поэта – всемирный запой,

и мало ему конституций!»…

У творческого человека, стремящегося к усовершенствованию и украшению этого мира, тоже нет покоя в душе; его мучит чувство творческой неудовлетворенности, у него свои комплексы. А ведь можно сказать, что он по-своему стремится к мудрости и в творчестве достигает экстаза – того состояния высшего вибрирования ума, о котором ты говоришь. Но выходит, что и он не знает счастья.

— Нет отдельно счастья творческого Человека и не творческого Человека. Но по Божественному Замыслу у творческого Человека состояние счастья должно быть глубже и осмысленней, потому что Богом на творца возложена великая миссия: нести в мир гармонию, делать мир лучше. Если он не справляется с этой задачей, если вместо гармонии он несет в мир свои собственные амбиции и комплексы, – это не есть творчество. Значит, нет и счастья.