Берсерк - Ольга Григорьева

— Уведите его.

Двое дюжих воинов подняли беднягу и поволокли его прочь. Парень упирался, загребал ногами и что-то кричал, но его никто не слушал.

— Зачем тебе этот венд? — спросил я. Хакон никогда и ничего не делал просто так, и если он не убил пленника, значит, имел на то свои задумки.

Ярл покопался рукой в седых волосах и деланно пожал плечами:

— А не надоела ли тебе эта бессмысленная возня? Надоела? Разве битва может надоесть? Правда, я больше привык нападать, чем обороняться, но на то и война…

— Я ведь знаю, куда пошел Отто-кейсар, — хитро сощурился Хакон. — Его корабли стоят в Сле. Оттуда они двинутся на Йотланд, а там, в обход Вала, прямо в Данию…

— Умно. Кейсар знает, как и с кем воевать. К тому же он упрям. Рано или поздно он сведет счеты с Синезубым, — сказал я.

— Вот и я так думаю, — продолжал Хакон. — Синезубый проиграет, а каково будет нам? Зачем мне терять своих людей в бессмысленной битве? — Поглядывая на меня, Хакон зашагал по шатру. — Но как мне увести людей и не показаться предателем конунгу данов? Может, ты поможешь мне? Синезубый тебе верит. Ты приведешь к нему пленника и скажешь, будто он сознался под пыткой, что Отто-кейсар распустил войска. Мальчишка наверняка ухватится за возможность солгать врагу и с радостью подтвердит твои слова. Если Синезубый поверит, что войне конец, он отпустит нас и вознаградит тебя за помощь. Ты нагонишь меня в Лима-фьорде, а оттуда отправимся домой.

Ах, Хакон, Хакон! Сколько лет прошло с нашей пер-вой встречи, а он ничуть не изменился! Вот и нынче — не сам вез пленного, а посылал меня… А если пленник не пожелает подтверждать мою ложь? Чья голова поле-.тит с плеч? Уж верно, не Хакона! В этом случае ярл все свалит на меня: «Хаки Волк сказал, что битвам конец, и я направился к дому, — а потом горько вздохнет: — Кто бы знал, что сын Орма так доверчив? Поверил словам пленника, всех сбил с толку!»

Гнев Синезубого падет на меня и мой хирд, но для ярла это не важно. К тому же он еще не расквитался со мной за Рангфреда. Так что, как ни поверни, он не останется в накладе.

— Синезубый все равно узнает правду, — негромко сказал я. — И слава богам, коли так, — откликнулся ярл. — Я ему дурного-то не желаю.

— Сколько тебя знаю, всегда дивился твоей доброй душе, —съязвил я.

Хакон пропустил колкость мимо ушей:

— Так поедешь или нет?

— Поеду. Больше некому. Я уверен, что Синезубый проиграет битву, и не хочу понапрасну губить своих воинов.

— Только поспеши, — предупредил ярл. — Я уйду с твоей «Акулой» в Лима-фьорд, но долго ждать не стану.

«Хорошо, коли задержишься хоть на денек», — подумал я, но ничего не ответил.

А уже на другой день отправился к конунгу данов. Он встретил меня на пороге своего шатра как дорогого гостя…

Я соскочил с одолженного ярлом коня и бросил ногам конунга пленного венда.

— Кто это? — поинтересовался Синезубый.

— Мои люди взяли его возле лагеря Отто-кейсара.

Это было неправдой, и пленника поймали воины Хакона, но я решил даже не упоминать о ярле. Синезубый был слишком хорошо знаком с его хитрым и лживым нравом. —Это человек кейсара по имени Михаил. Я допросил его и услышал, что кейсар распустил свое войско. Думаю, это очень важная весть…

— Мои люди говорят другое.

— Не знаю, что говорят твои люди, но войска Отто нет возле Датского Вала!

Сзади угрюмо засопел Трор. Я взял с собой только его, остальные отправились на «Акуле» в Лима-фьорд. . Черный хорохорился, но плохо понимал, о чем идет речь, поэтому выглядел простаком. Синезубый покосился на него и заколебался. Такой парень, как Черный, просто не смог бы соврать конунгу! А что если Отто-кейсар и впрямь решил отступиться? Конечно, в этом случае следовало ждать его послов, но всякое бывает…

— Развяжите пленного, — велел датчанин. Воины подняли одуревшего от страха венда с земли и разрубили веревки на его руках. Карие глаза пленника забегали по чужим лицам.

— Скажи, где стоит войско Отто-кейсара? — спросил Синезубый.

Я замер. Сейчас этот дурень откроет рот и заявит:

«Слова этого человека — ложь. Он просто хочет получить деньги и смотаться подобру-поздорову, а мой император стоит в Сле и собирается ударить с тыла, прямо в твой жирный зад, проклятый дан!» Однако то ли парню не хватило смелости, то ли, наоборот, он сообразил, как выгодна будет для сородичей его ложь, и не колеблясь кивнул:

— Все ушли… Войска больше нет…

— Это правда?! Не лги — ведь я все знаю! — Синезубый занес меч.

Парень сжался и совсем неожиданно заверещал:

— Не надо! Я сказал правду!

Конунг резко опустил меч. Расплескивая по земле дымящуюся кровь, голова венда покатилась к моим ногам. Его глаза все еще моргали. Синезубый вытер клинок о полу короткого плаща и хлопнул меня по плечу.

— Куда ты так спешишь? Останься. Подождем послов кейсара…

— Не могу, — ответил я. — Меня ждут. — И спустя два дня уже был в Лима-фьорде, в своем хирде, на борту «Акулы». При мне были деньги и дары Синезубого. Конунг данов щедро заплатил за помощь в битве. Жаль, что пришлось лгать ему… Зато Хакон не обманул и его корабли покачивались борт о борт с моим драккаром. Причиной столь редкой честности стал встречный ветер. Я узнал это, едва оказался на «Акуле». Хакон не изменил своим привычкам и вовсе не собирался ждать моего возвращения. Ярл дожидался лишь попутного ветра.

Рассказывает Дара

Как и обещал Тюрк, вскоре Болеслав стал подниматься на ноги. Вернее на одну ногу, потому что вторую ему заменяла я. Опираясь на мое плечо, воин прыгал по лагерю и ругал грека. Тюрк давно обещал подыскать мастера, который сделал бы воеводе деревянную ногу, но как раз в это время пришли известия из Йотланда, и грек забыл об обещанном. Известия стоили того. Император Оттон разгромил войска Синезубого. Даны бежали на остров со странным названием Марсей[86], и теперь между конунгом и императором шли переговоры. Оттон настаивал на крещении Синезубого и всех его людей, а конунг данов тянул время и послал гонцов в Лима-фьорд за кораблями ярла Хакона. Поговаривали, будто Хакон-ярл собирался уйти в Норвегию, но из-за сильного встречного ветра не смог этого сделать.

— Ярл подчинится Синезубому, — потирая ладони, говорил грек. — Он пойдет на Марсей.

— А нам-то что? — не разделяла я его радости. — Нам-то туда путь закрыт! Вскоре вернется Олав и заберет меня обратно в Кольел…

От близости врагов и своей полной беспомощности я не могла спать. А что если вместе с ярлом на Марсей придет Хаки? Ох, оказаться бы мне там!