Дитя магии - Дарья Гущина

Я пошла на голос и скоро оказалась рядом с ним. Он стоял у странного квадратного сооружения, в котором явно кто-то лежал.

— Знаешь, как Древние хоронят своих?

— Нет, конечно, — пожала плечами я. — Откуда?

— Древние верят, что сутки после смерти в преставившемся еще живет душа, но она никогда не найдет себе покоя, если не успеет попрощаться с прахом прародителей и испросить у них разрешения занять в священной комнате свое место, — пояснил Вэл. — Потому они на сутки спускают тело в склеп, а затем поднимают на поверхность, сжигают, упаковывают в урну и опять опускают сюда, но уже навсегда.

— Бред какой-то, — проворчала я, не без любопытства осматривая странное сооружение.

А потом мне в голову пришла совершенно сумасшедшая идея.

— Вэл, а ты можешь сказать, сколько этот товарищ здесь уже лежит?

— Еще часика три, и его поднимут наверх, а что?

Поднатужившись, я отодвинула тяжелую крышку и сморщилась от ужасного запаха.

— Помоги, чего стоишь? — кривясь, пропыхтела я.

Вэл, приподняв бровь, как-то странно на меня посмотрел, но крышку сдвинуть помог. Я же ухватилась за покойника. Гроб был все-таки тесноват, и вытащить оттуда чьи-то ноги было делом довольно сложным. Наверно, у последователей в один и тот же гроб пихали всех, вне зависимости от роста и комплекции умершего.

— Давай теперь его отсюда вытащим!

По лицу моего спутника проскользнула легкая улыбка понимания.

— Лекс, да ты гений.

— Сама знаю, — невольно загордилась я.

— Смотрю на тебя и удивляюсь: в замке Звездочета ты, помнится, испуганно верещала и шарахалась от каждой тени или шороха, — ехидно заметил он, — а сейчас не пугаешься мертвецов?

— Это было давно и неправда, — пропыхтела я, подцепив-таки тело за ноги, немного подтащив к себе и ухватив его под коленки. — А мертвецов чего бояться? Они ведь уже неживые. А шорохи и тени, наоборот, могут быть более чем опасны. В зависимости от того, кто их издает или отбрасывает. Кстати, ты поможешь мне или нет?

Вэл передернул плечами, но помог. Так, общими усилиями, мы извлекли покойника из гроба и оттащили к стене.

— Все равно его видно, — расстроилась я, отходя в сторону. — Сверху сразу заметят.

Мой спутник чуть поразмыслил, а потом провел рукой по воздуху, и от его ладони в разные стороны пошли темные волны, а помещение стало казаться больше. Настолько больше, что темнота окружила стены, скрыв от любопытных глаз лежащее тело.

— Небольшая иллюзия, — снисходительно пояснил он, заметив мои выпученные глаза. — Зрительное увеличение пространства. Продержится недолго, но нам хватит.

И, подойдя к гробу, заглянул внутрь.

— Ну, кто будет сверху?

— Я, естественно, — проворчала я. — Теперь твоя очередь держать меня.

В гробу вдвоем было тесно, жарко, неуютно и к тому же так невыносимо воняло тлением, что мой организм чуть не выдал вполне естественную реакцию. К тому же еще и Вэл беспрерывно ерзал, ворочался и явно не знал, куда девать свои руки. А может, и знал, да опасался в таком случае нарваться на мои кинжалы, которые вместе с нарукавниками оказались почти у его горла.

— Лекс, проклятье, — ворчал он. — Убери от моего лица свои волосы! Мне щекотно!

— А ты убери руки оттуда, где они сейчас находятся, — возмущалась я.

— Но они же просто лежат и ничего не делают!

— Еще бы они что-то делали, — зловеще заметила я, — Прирежу и не поморщусь.

— Что, черт побери, с тобой произошло? — пробормотал Вэл. — Откуда в тебе столько кровожадности?

— Не твое дело! И вообще, лежи тихо, вдруг заявится кто? А о чем люди подумают, когда услышат, как покойник разговаривает сам с собой, да еще и разными голосами?!

— О том, что он сошел с ума, — предположил Вэл. — Или в тело кто вселился, и надо изгонять из него духов.

— Ладно бы, только это…

И тут, в самый неподходящий момент, рядом возник мой хранитель. От увиденного его глаза полезли на лоб:

— Что это вы тут делаете?!

— Лежим! — хором рявкнули мы.

— Это я вижу, — пробормотал джинн. — А зачем вы тут лежите?

— Не твоего ума дело, — отрезал Вэл, а я добавила:

— Исчезни отсюда, сделай одолжение?

— Ушел уже, — растерянно сказал ифрит. — Но тут мне…

— Брысь! — не выдержала я.

Хранитель послушно испарился. А буквально через минуту сверху раздался скрип отъезжающей панели. Началось… Я затаила дыхание, и даже Вэл вдруг начал дышать через раз.

— Странно, правда? — донесся до нас обрывок разговора. — Мэтр уверен, что дитя пророчества где-то рядом, а найти ее никто не может.

— Наверно, она скрываться научилась, — предположил второй. — Никому доподлинно не известно, какие способности в ней дремлют.

— Но меня не оставляет ощущение, что девчонка находится прямо у нас под ногами, — пожаловался первый.

Вэл сдавленно фыркнул, а я поспешно зажала ему рот ладонью:

— Спятил, что ли?! Молчи!

Сказать он мне ничего не успел: гроб пошатнулся и начал плавно подниматься. Странное ощущение. Ничего не видишь, почти ничего не слышишь и при этом вдобавок находишься в горизонтальном положении — и летишь. Сам по себе.

— Не повезло старине Оллу, — холодно сказал второй. — Так глупо попасться в зубы лазиру.

— Такой смерти никому не пожелаешь, — согласился первый.

— Лекс, — вдруг зашипел мне на ухо Вэл. — Обними меня за шею.

— Зачем это? — ощетинилась я.

— Делай, что тебе говорят! Или мне тебя в гробу бросить?..

Я поспешно сделала так, как он велел. Гроб резко опустили на пол, а воздух вокруг нас пошел привычными волнами. Мгновение — и мы уже стояли в сыром коридоре потайного хода, но по другую сторону каменной кладки и напротив двух растерявшихся от неожиданности последователей Древних. Вэл снова провел по воздуху рукой — и теперь наши противники застыли уже под воздействием колдовства. А мы без промедления сообща рванули к выходу.

Оказавшись у двери, я быстро нашарила похожий выступ, и мы, запыхавшись, дружно ввалились в библиотеку, поставив на место шкаф. Несколько мгновений я еще приходила в себя, восстанавливая дыхание, а потом поинтересовалась:

— А ты разве не мог вот так же переместить нас из склепа в коридор?

— Мог, конечно, — охотно согласился он. — Но идея полежать с тобой в гробу показалась более заманчивой.

— Что?! — вскипела я.

Вэл отступил, подняв руки:

— Ладно, не рычи. Я извиняюсь.

— Смотрю я на тебя и удивляюсь, — передразнила его я. — Когда это ты вдруг извиняться научился?!

— Давно, — встал в позу Вэл. — Я и перед отъездом из «Облачных гор» извинился! И вообще — давай пока отложим наши разборки. Нам дело делать надо. Есть какие-нибудь идеи?

— А я-то сразу при чем? — проворчала я.