Что ты ищешь? - Полина Дрожжинова

За все сорок семь лет жизни наместника, это был его самый ужасный рассвет. Не обращая внимание на то, что он обут в дурацкие домашние тапочки, мужчина быстро ходил туда — сюда по кабинету и грыз ногти, чего с ним не случалось с раннего детства. Бледный из‑за недосыпа секретарь, стоял, вытянувшись в струнку, с неизменной записной книжкой в руках.

Когда в дверь постучали, наместник застыл на месте и судорожно сглотнул. Про себя досчитал до пяти и разрешил:

— Входите.

В комнату вошёл щуплый низкий мужчина, похожий на белёсую тень — увидев такого в толпе не обратишь внимания, а черты лица, казались абсолютно незапоминающимися. Поклонившись, он начал рассказывать:

— Мы следили за ними до Рубиновой улицы, но потом потеряли. Долго искали. Начался пожар. Там при строительстве используют намного больше дерева, чем в других районах. Мы вызвали подмогу и когда пожар стих, обыскали все сгоревшие дома, проверили все трупы. Вот…

Он извлёк откуда‑то из складок плаща почерневшую металлическую фибулу и перстень.

— Его можно было опознать только по этому.

Секретарь выронил свою записную книжку. Она ударилась о пол с глухим стуком. Правителю Энтеи показалось, что это звук опускающегося на его голову могильного камня. Наместник медленно сел в кресло и, взяв перстень, вытер его о свой рукав. На поверхности массивного красного камня можно было разглядеть крошечное изображение — лев душит в пасти какую‑то крылатую змею, которую в старых сказках вроде бы называли драконом.

— Что вы намерены предпринять? — Хриплым голосом осведомился секретарь.

— А что можно предпринять в такой ситуации? Мы не уследили за единственным наследником престола… Ну можно разве что коллективно повесится… Тяжёлый нрав императора широко известен… А так может смерть не будет столь мучительной.

— Нельзя допустить распространения слухов. Ведь если труп опознан только по фамильным вещам…

— А толку… Он конечно странный, но не до такой степени, чтобы расшвыриваться такими реликвиями — даже отец бы его за это по головке не погладил. Нет, фамильный перстень Айсингйоро можно было снять только с трупа… К тому же его стража и другие оборотни через несколько часов обнаружат, что принц пропал и тогда будет только хуже. Они постараются донести эту весть как можно скорее до императора. А ведь ты знаешь, как расстояние и время искажают информацию — вполне возможно что через неделю окажется, что я лично упёк наследника в подвалы, где и запытал до смерти. Через две недели в Энтее обнаружится центр восстания людей, ратующий за освобождение Градмира из‑под власти оборотней, которые повесили кронпринца на главной площади — надо же с чего‑то начинать. — Теперь, когда то, чего он больше всего опасался, свершилось, наместник выглядел пугающе спокойным и отрешённым. — Что на счёт его телохранителя?

— Мы не смогли опознать его тело среди прочих.

— Надеюсь он не на пол пути к столице… Или наоборот — надеюсь на обратное — он не похож на того, кто станет врать или преувеличивать наше значение в этом деле.

Эля зябко поёжилась и открыла глаза. Она по — прежнему сидела в кресле, где и задремала этой ночью. Девушка была укрыта сдёрнутым с кровати одеялом. Оборотня у неё в ногах не было, хотя казалось, что колени до сих пор чувствуют тяжесть его головы. Сонно щурясь, учительница поплотнее закуталась в одеяло и огляделась по сторонам.

Принц сидел на столе, скрестив ноги, и уставившись в открытое окно. На нём была только рубашка — выпачканный кровью камзол валялся в углу. Парень казался сосредоточенным и собранным, хотя синяки под глазами говорили о том, что после вчерашнего он был не в лучшей форме.

"Он же не простудится? А может в окно решил выпрыгнуть? Хотя зачем? В прошлый раз ему ничего от этого не было."

Уловив движение, оборотень повернулся к Эле и кивнул.

— Проснулась. — То ли спросил, то ли констатировал он.

— Да, вот…

— Прости, если напугал вчера. — Эйнар закрыл окно и спрыгнул со стола. Он откинул назад волосы и устало потёр лоб. — Мне нужно умыться.

— Там внизу есть вода. Давайте я вам принесу. — Девушка быстро отложила одеяло.

Принц остановил её движением руки.

— Не надо, я справлюсь.

— Но миссис Бергер…

— Я слышал, как твоя домохозяйка ушла. Если вернётся, я успею спрятаться. И был бы очень признателен, если бы ты нашла что‑нибудь на замену этому. — Он неприязненно покосился на мятую рубашку, манжеты которой тоже были выпачканы бурым. Такие же мрачные пятна были и на коленях его светло — серых штанов.

Девушка поспешно вручила ему чистое полотенце. Когда за мужчиной закрылась дверь, она вспомнила, что ей самой неплохо было бы умыться и переодеться. Учительница извлекла платье на смену — такое же серое и простенькое как другое и быстро облачилась в него. Из кармана выпала брошка Вальдра. Перекладывать её с места на место уже стало привычным делом для Эли.

"И что мне делать с этим оборотнем? Нужно его во что‑то переодеть и отправить во дворец. Но его взгляд был точно таким же, как у Вальдра, когда он задумывает очередную странную вещь."

Вспомнив, что в большом чулане на первом этаже, где также хранились дрова, был сундук с вещами покойного мужа миссис Бергер, девушка встрепенулась.

"Она даже не заметит пропажи. Там такой слой пыли. А потом я тихонько верну."

Учительница вышла из мансарды и спустилась на первый этаж. В чулане было темно и пахло деревом. Сетуя, что забыла свечу, девушка почти на ощупь пробралась к сундуку и, скинув с него старое веретено, откинула крышку. Нашарив, что‑то, что определённо было рубашкой и штанами, Эля вышла в коридор вместе со своей добычей. Добыча была не ахти, но она решила, что парню сейчас не до капризов по поводу одежды. С такими мыслями учительница вернулась к себе в комнату. Эйнар, видимо, ещё мылся, но зато там появился новый гость.

"Нет, ну это уже просто смешно! Моя комната превращается в ночлежку для блудных оборотней! Кто ему разрешил заявляться сюда, когда вздумается?! Хотя… с другой стороны… запретить ему может только самоубийца."

Пытаясь превратить кислое выражение лица в дружелюбное, Эля натянуто улыбнулась.

— Доброе утро.

Не вставая с кресла, Вальдр лениво махнул рукой, что, видимо, должно было означать приветствие.

— Что за тряпьё? Моль ограбила? — Осведомился он, кивнув на одежду в руках у девушки.

Учительница промычала что‑то нечленораздельное.

— Но почему вы здесь?

— Дома не та атмосфера… — Туманно сообщил парень.

"Опять с кем‑то поругался."