Ураган страсти - Фиби Конн

Скользнув под одеяло, он некоторое время прислушивался к ее ровному дыханию и, убедившись, что она спит, устроился поудобнее. К его удивлению, мысль о том, чтобы просто провести ночь возле Габриель, доставляла ему удовольствие. Судя по тонкому аромату гардений, перед сном она приняла ванну, и хотя это могло быть истолковано как своего рода приглашение, он решил оставить его без внимания. Лицо Джейсона расплылось в улыбке, едва он представил, как задаст Бо хорошую трепку и позаботится о том, чтобы тот убрался из Орегона навсегда.

Уязвленная видимым безразличием мужа, Габриель решила, что ждала уже достаточно долго и пора, пожалуй, проучить невежу. Ее рука незаметно скользнула в его сторону, и наконец, вонзив свои ноготки ему в живот, она чувствительно царапнула его упругие мышцы. Джейсон испустил громкий крик, а Габриель тут же села на постели и смеялась до тех пор, пока по щекам у нее не потекли слезы. Она никак не ожидала, что ей удастся его напугать, и это ее чрезвычайно позабавило.

С трудом поверив в то, что его жена способна на столь возмутительные проделки, Джейсон тоже заливисто рассмеялся. Правда, чуть позже решил наказать ее с помощью ее же оружия и запустил свои пальцы между ее бедрами.

– Ты могла бы попробовать вот так, – поддразнил он ее. – Или так.

Ритмичные движения его рук манили ее несбыточными надеждами, и ей уже было не до смеха.

– Так-то оно лучше, моя кошечка. Тебе незачем пускать в ход свои коготки, когда дело касается меня, – прошептал он ей на ухо, осыпая нежными поцелуями ее шею.

Запустив пальцы в кудри любимого, Габриель впилась в его губы поцелуем. Ее язык одаривал его ласками со сдержанной, неторопливой страстностью, наслаждаясь его вкусом, словно букетом терпкого вина, пока он не почувствовал себя совершенно опьяненным. Ее желание было слишком неприкрытым, и Джейсон одним энергичным выпадом тотчас начал любовное сближение. Он по-прежнему не мог постичь до конца эту загадочную молодую женщину, но раз она его хотела, он не ответит ей отказом. Вот оно, счастье! Жар ее чувств передался ему вместе с трепетом возбуждения, охватившим ее стройное, гибкое тело. О да, он готов сделать все возможное, чтобы удержать Габриель рядом!

Следующее утро выдалось прохладным, и к тому времени, когда они покончили с утренними хозяйственными заботами, легкий туман пропитал влагой их одежду. Джейсон развел в камине огонь и как бы между прочим произнес:

– Я должен вернуть Клею его фургон.

– Разве с этим нельзя подождать? А что, если соберется дождь? – Подойдя к окну, Габриель с тревогой взглянула на темные облака.

– Именно поэтому я хочу побыстрее отправиться в путь. Я возьму с собой Дюка и вернусь еще до вечера.

Про себя Джейсон подумал, что этого времени ему как раз хватит, чтобы вернуть фургон и разузнать о местонахождении Бо Рамсея. Поскольку Бо упомянул в разговоре Сэма Уиллиса, он решил начать с него и с его ближайших друзей. Трапперы представляли собой довольно сплоченную группу, и Джейсон не сомневался, что без труда отыщет Бо. Застегнув зимнее пальто, он натянул перчатки и уже с порога поддразнил жену:

– Надеюсь, за те несколько часов, что ты проведешь тут одна, с тобой ничего не случится?

– Конечно, нет, – заверила его Габриель, однако внезапная перемена погоды ее насторожила. – Только возвращайся поскорее. Не хватало еще, чтобы ты подхватил воспаление легких.

Джейсон в ответ только усмехнулся и, наклонившись, поцеловал ее на прощание.

– За всю свою жизнь я еще ни разу не болел, а эта зима ничем не отличается от остальных.

Габриель долго махала ему вслед рукой, стоя у окна рядом с дверью. Небо между тем совсем потемнело, и она, вздрогнув, отошла к камину. Теперь ей было достаточно шали, чтобы почувствовать себя вполне комфортно.

Пора было заниматься делом, и Габриель решила почистить серебряные подсвечники. Вот серебро засияло теплым металлическим блеском, и Габриель, радостно поместив по свече в каждый из подсвечников, поставила их на каминную полку. С каждым днем дом их становился все уютнее, и Джейсону, судя по всему, это нравилось. Размечтавшись, Габриель даже не заметила, как пролетело время. Когда вернулся Джейсон, молодая женщина радостно бросилась к двери, но обворожительная улыбка тотчас исчезла с ее губ при виде его сурового лица. Он явно привез из Орегон-Сити дурные вести, и она боялась, что они могут касаться кого-нибудь из ее подруг.

– Что случилось? В чем дело? – спросила она поспешно. Джейсон снял шляпу и пальто, повесил их на крючок рядом с дверью и только после этого объяснил:

– Кайюс[4] напали на миссию Уитменов. Маркус и Наркисса убиты, а вместе с ними еще десять человек, большинство из которых – дети, посещавшие их школу.

– О Боже правый, нет! – Габриель обвила руками талию мужа, прильнув к нему так близко, что почувствовала ровное биение его сердца, хотя страшное значение его слов до сих пор не укладывалось у нее в сознании. – Они были такой чудесной парой и встретили нас с таким радушием! Что могло заставить индейцев посягнуть на их жизнь?

Джейсон обнял жену, поцеловав ее в мягкие блестящие волосы и крепко прижав к себе, после чего передал ей то, что ему удалось услышать в городе:

– Эпидемия кори унесла почти половину их племени. Те же, кто выжил, возложили всю вину на Маркуса, потому что он давал приют белым поселенцам, и, судя по всему, именно таким образом болезнь распространилась по всей округе.

Габриель отступила назад и, глядя на искаженное болью лицо мужа, спросила:

– Корь? Я не помню, чтобы кто-нибудь из нашего каравана слег с корью.

Джейсон печально вздохнул.

– Кайюс, как и все другие индейские племена, которым приходилось вступать в общение с белыми людьми, понесли от этого большой урон, поскольку их организм не способен сопротивляться заразным болезням. Сейчас уже нет смысла допытываться, кто тут на самом деле виноват. Индейцы пользуются правом свободной торговли везде, и один из них вполне мог подцепить болезнь в миссии Уитмена или в дюжине других мест. В своем горе кайюс даже забыли о том, что Маркус выхаживал их больных в течение одиннадцати лет, и обвинили его в том, что именно он занес болезнь в их племя. Он представлял собой удобную мишень для их мести, и они своего не упустили.

Габриель вздрогнула и закрыла глаза.

– Но они поступили так несправедливо, Джейсон, так ужасно несправедливо, убив Уитменов! Я уверена в том, что они относились к кайюс с той же добротой, которую они проявили в свое время и к нам. А то, что индейцы, кроме всего прочего, перебили и детей, так ужасно, что я просто не могу себе этого представить. Сколько всего детей было у Уитменов?