Из бутика с любовью - Ольга Хмельницкая

– Ну как там наш Сухарик сегодня? Ванильный? В хорошем настроении? Или изображает кирпич? – по утрам спрашивали друг у друга подчиненные.

Некоторые особенно талантливые умудрялись определять степень раздражительности Евгении Витальевны по стуку каблуков в коридоре. Тогда они либо улыбались, либо втягивали голову в плечи и имитировали бешеный трудовой порыв.

Евгения Витальевна выгрузила покупки, раскладывая все вновь приобретенные вещи в заранее определенные места, когда в дверь позвонили.

Это был сюрприз.

А сюрпризов Евгения Витальевна не любила, ни плохих, ни хороших. Она открыла дверь и обвела взглядом группу людей, стоящих на пороге. Майор, два лейтенанта, женщина, вместе с ней посетившая семинар по инвестированию, и невысокий мужчина, видимо, ее муж.

Мужчина ей понравился, наверное, потому, что чем-то неуловимо напоминал ей ее собственно лицо, особенно по утрам.

– Добрый вечер, – вежливо произнесла Евгения Витальевна, – чем обязана?

– Киру убили, – сказала Марина, – мы обнаружили ее тело на парковке. В тележке. И хотим спросить, где вы были в пятницу с восьми до десяти вечера.

На лице Евгении Витальевны не отразилось никаких эмоций. Она вспоминала.

«Очаровательный какой робот», – подумал майор, впервые в жизненной истории Евгении Витальевны увязав слова «робот» и «очаровательный».

– Заходите, – изрекла хозяйка квартиры, отступая назад. – Это надо обсудить.

В голове у Евгении Витальевны тут же появилась идея длинной многоходовки, напрямую связанной с личностью Петра Петровича Иванова.

Марина, Дима и Валерианов вступили в жилище, в котором царили идеальная чистота и спартанский порядок.

– Почему вы думаете, что семинар имеет к убийству какое-либо отношение? – спросила Евгения Витальевна.

– А как вы думаете? – ответила Марина. – Если мы нашли Киру в тележке возле нашей машины на парковке торгового центра. Вряд ли это случайность, а кроме как посредством семинара, мы более ничем не связаны.

– Смерть могла случиться где-то совсем в другом месте. Труп на тележке просто прикатили к вашей машине.

– Кассирша опознала Киру. Все произошло именно на территории торгового центра.

– Скажу вам честно, – произнесла Евгения Витальевна, – вы не выглядите как женщина с финансовыми проблемами. То есть вы были единственным человеком, который пришел на семинар просто развлекаться. Остальные явились в надежде решить свои финансовые проблемы и научиться противостоять импульсам, толкающим их на покупку. Но вам это на самом деле не особенно нужно. Поверьте мне, сотруднику налоговой инспекции, у меня глаз наметанный. То есть почему именно к вам прикатили труп на тележке, наверное, можно понять. Вам завидуют.

– Это не мотив, – сказал Дима. – Или вы хотите сказать, что Марине таким вот экзотическим образом дали понять, что ее присутствие на семинаре по инвестированию является блажью, не подкрепленной реальной нуждой?

– Возможно, да, острая зависть. Представьте себе, что кто-то узнал Марину, и... – Евгения Витальевна сделала неопределенный жест рукой.

Майору позвонили, он извинился и вышел в коридор.

– Была бы зависть, максимум колеса бы прокололи, – пожала плечами Марина. – К тому же это просто ерунда, посмотрите, сколько на парковке торгового центра дорогих машин. Что, к каждой труп на тележке подгонять?

– Но пока никакого другого отличия между вами, Марина, и остальными посетительницами семинара я не вижу – только реально разное финансовое положение.

– Рост, вес, беременность, цвет ногтей – можно найти миллион различий, – сказал Дима.

– Но как-то принято считать, что основным мотивом почти всегда является денежный вопрос.

– Не думаю, что в данном случае это так, – сказал Дима. – К тому же не Марина являлась жертвой, а Кира, воспитатель детского сада. А у нее была действительно сложная ситуация.

– Никакой связи между Мариной и Кирой нет, кроме как через семинар. Они видели друг друга один раз в жизни.

– Или мы связи не видим.

– Или кто-то за вами следит, – добавила Евгения Витальевна, взяла тряпочку и несколько раз провела по поверхности стола, который и так казался абсолютно чистым.

«Нервничает? – подумала Марина. – Интересно, почему?»

– Я понимаю, что так говорить нехорошо, – медленно произнесла Евгения Витальевна, – но надеюсь, что это разовое убийство.

– Одноразовое, – подсказал Дима.

Евгения Витальевна кивнула.

– Вдруг всех посетительниц семинара перебьют одну за другой? И вообще, – она встала и принялась ходить по кухне, ступая по чистейшему, без единой пылинки, полу, – я ничего не могу сказать по поводу смерти Киры. У меня слишком мало информации.

– Мы тоже, – призналась Марина. – Поэтому и собираем факты.

– Может, это совпадение, – предположила Евгения Витальевна, – Киру кто-то за что-то убил, потом затолкал в тележку торгового центра и выкатил на парковку. А тут ваша машина... случайно.

– Случайно, – повторил Дима. – Мы уже обсуждали это с Мариной, и не раз. Но я не верю в данном случае в случайность, простите за тавтологию.

– Согласна, это маловероятно, – призналась Евгения Витальевна. – А вы знаете, эта загадка представляется мне любопытной. Не часто представляется возможность подумать о чем-то столь драматичном.

– На всякий случай не открывайте никому дверь, – сказала Марина. – Вдруг это убийство не одноразовое.

– Особенно если увидите в глазок человека с тележкой из супермаркета, – подхватил Дима.

– Есть еще одна версия, – сказала Евгения Витальевна. – Возможно, это только ваша проблема. Кто-то из вас кому-то перешел дорогу. И вас таким образом предупреждают. Семинар ни при чем. Вернее, при чем, но это случайный выбор. Случайная женщина, знакомая вам. Это не труп – это черная метка.

Улыбка у нее была искренней, но очень камерной. Не приглашающей, а информирующей. Дима тоже улыбнулся. У него была точно такая же улыбка.

– А еще у меня есть к вам просьба, – сказала Евгения. – Она касается Петра Петровича Иванова.

Ира долго смотрела в глазок.

– Кто? – спросила она.

– Милиция.

В глазок ткнули удостоверением. Ира несмело открыла дверь, закрытую на цепочку. На лестничной площадке стояла женщина, рядом с ней мужчина, рядом с мужчиной – кто-то в милицейской форме. На заднем плане маячили две безмолвные фигуры в черном.

– А что случилось?

Ее лицо стало очень белым. Голубые глаза, опушенные рыжими ресницами, уставились на Марину, веснушки ярко выделились на побелевшей коже.

– А вы как думаете? – спросил ее майор Валерианов. – Что случилось?

– Александр... умер, – предположила Ира. – Утопился, наверное.

Она упала прямо у входной двери, не в силах удержаться на ногах.

– Александр еще какой-то, – сказала Марина, – у тебя же жених Федор, который в Арктике? Или одно другому не мешает? Ты говори, если что, мы люди взрослые, поймем.

– Одно другому мешает, еще как, – ответила Ира с пола. – Александр – это мой... мой... преследователь.

– Скажем так, настойчивый поклонник, если я правильно понимаю суть, – перефразировал Дима.

– Именно, – кивнула Ира, не делая попытки подняться. – Он умер?

– Если он мужчина, то – нет.

Девушка села.

– Кто-то убил Киру, девушку, которая была с нами на семинаре, – сказала Марина, – и мы хотим знать, кто это может быть.

– А ко мне вы почему пришли? – спросила Ира. – Я ее точно не убивала. Тот факт, что наши имена отличаются только на одну букву...

– Где вы были в пятницу с восьми до десяти вечера? – спросил майор.

– Я шла по улице, – сказала Ира, наконец-то встала и отряхнулась. – Я шла домой, а за мной, как обычно, шел Александр. И вот я обернулась, а его нет. То есть он шел, шел и пропал.

– Ему надоело, – сказал Дима. – Что угодно может надоесть. И безответные чувства – тоже.

– Или он почему-то перестал идти за вами, Ира, поехал и убил Киру. А потом положил ее труп в тележку и подогнал тележку к нашей машине.

Марина вдруг вспомнила, что кроме манекена Киры видела во сне еще пластмассовую куклу Ульяны, а манекен Иры лежал на полу и дрыгал целлулоидной конечностью.

– У меня такое впечатление, что вы в этом как-то замешаны, – предположила Марина. – Или Александр ваш. Кстати, он как пропал, больше не приходил?

– Нет.

– И не звонил?

– Он никогда не звонит. Он просто следит и преследует. Иногда пишет на асфальте признания. Вы не представляете, как он меня достал. Как мне хотелось, чтобы этот человек никогда больше не появлялся в моей жизни.

– Но когда вы решили, что он повесился, вы не обрадовались, – напомнил Дима.

– Тогда бы получилось, что я виновата, – объяснила Ира. – Понимаете? Я его убила бы.

– Он мог сойти с ума в итоге, – сказал Дима. – Он не виноват, что он в вас влюбился. Он очень уязвим, вы должны были его поддержать. К тому же, положа руку на сердце, не приложили ли вы руку к ситуации? Не флиртовали ли, не имея в виду продолжение? Не играли ли им? Не выдавали авансов, которые не смогли потом оправдать? Если так, то берегитесь – вас может ждать возмездие.