Логово деспота (СИ) - Собер Сэлли

— Так вот, он не бандит, ничего такого. Простой хитрожопый бизнесмен. Поэтому думаю, разок припугнуть с нас будет достаточно. — отвлекает меня от раздумий начальник охраны, и до меня не сразу доходит смысл его слов.

— Да, бери двух моих твердолобов, и катите к Дарэну. Без переломов. Просто припугните. — отвечаю, немного погодя. Грег лишь кивнул.

Внезапно вспоминаю про свою контуженную на голову пленницу, сидящую в сыром подвале, и поворачиваюсь к дому. Её же сегодня не кормили, загнётся, нужно исправить. Но только после того, как немного посплю. Второй день без сна, это не дело.

Как только оказываюсь в своей комнате, и голова немного касается подушки, сразу же проваливаюсь в чудесное царство морфия.

Просыпаюсь уже ближе к вечеру, и подхватив из кухни поднос, и набрав в него еды, спускаюсь в подвал.

Дверь со скрипом открывается, и я осторожно спускаюсь по ступенькам, дабы не разбить стакан с соком. Мария лежит на какой-то доске спиной ко мне, и совсем не шевелится. В голову закрадываются мысли, что она мертва, но они тут же рассеиваются, когда девушка отгоняет ладонью назойливую муху. Подхожу ближе, и кладу поднос рядом на пол.

— Знаешь, — поворачивается она, чем, немного меньше пугает. — я была не права. Моё поведение было чертовски неправильным! Так жаль… — будто бы наигранно произносит, и садиться, осторожно взяв меня за правую руку. — Иди сюда… — с силой тянет, и я буквально падаю на девушку, чудом успев выставить руки, чтобы не раздавить.

Цепляется в мои губы так яростно, что в штанах моментально каменеет. Очаровательный поцелуй длиться несколько минут, и я с наслаждением на него отвечаю. Мягкие губы девушки страстно сминают мои, и в этот момент я понимаю — сейчас наступил черёд подарка.

9. Неужели сбежала?

Мария.

После того, как дверь подвала закрылась за Дином я впала в настоящую истерику. Слёзы градом катились по щекам, и разбивались о сырой бетон. Я плакала. Первый раз за этот год, я плакала. Рыдала так, что дрожали стены. Мои всхлипы и душевные стоны разносились эхом по помещению, наполняя уши отголосками ужаса. То кричала от боли, то от неё же хохотала.

Это всё Ванесса! Да, я понимаю, девочка не виновата, ведь она сама попала в эту ситуацию. Только сейчас всё по-другому. Она влюбилась, а я обручена жить с огромными крысами. Я думала задним местом, когда полетела с ними. Да, я не перестаю считать её подругой, ведь плохого для меня малышка точно не желала. Но лучше бы я её никогда не встречала. Лучше сидела бы в Москве с десятилетней ипотекой, распивала дешёвое вино, и ела покупные кексы. Зато это была обыденность. Я знала, что будет дальше, знала что мне делать. Я была свободна, в конце концов.

Не знаю сколько я так просидела, но не меньше пяти часов точно. В глазах мутно, от застывших в них слёз, которые никак не хотели останавливаться. И только почувствовав отморожение своей красивой попы, я встала и огляделась. Вокруг валялся какой-то хлам. Поломанный стул, комок тряпок в крови или красной краске, проверять не стану. Разного вида обломки, непонятно от чего, и какая-то большая деревяшка. Решив подтянуть её, я взялась за край, и дёрнула, услышав характерный звон цепей.

Рассмотрев поближе удовлетворённо хмыкнула. Цепь прикованная к этой огроменной доске, которую даже не поднять, а к цепи наручники. И что самое важное, одной стороной, вторая как ни странно открыта. Только хотела изучить поближе, как дверь подвала хлопнула, и я молниеносно легла на доску, отворачиваясь спиной к выходу. Собиралась притвориться спящей, но у назойливой мухи, то и дело прыгающей по моему бедру были другие планы. Слышу как рядом что-то опускается на пол, и поворачиваюсь.

— Знаешь, — план приходит сам собой. — я была не права. Моё поведение было чертовски неправильным! Так жаль… — наигранно произношу, и сажусь, осторожно взяв парня за правую руку. — Иди сюда… — с силой тяну, и он буквально падает на меня, чудом успев выставить руки, чтобы не раздавить.

Накрываю его губы поцелуем, чтобы выбить почву из-под ног. Он напористо отвечает, что заставляет меня усомниться в своей задумке. Сжимаю его губы своими, одновременно медленно подтягивая ближе наручники. Вдруг влажный горячий язык касается моего в страстном танце, и вырывает удовлетворённый стон. Голова кружится, когда с ужасом начинаю понимать — мне это нравится. В конец отрезвляет меня лёгкий как пёрышко укус, оставленный на припухшей нижней губе.

Молниеносно защёлкиваю приспособление на руке парня, и воспользовавшись его замешательством выскакиваю прочь.

— Дрянь! — дёргает бессмысленно руку, кровожадно глядя на меня.

— Спасибо за ужин! — подмигиваю, и схватив с подноса булочку, убегаю, закрыв за собой щеколду подвала.

Так, дальше этого коридора план я не придумала, но и особого выбора у меня нет. Поднимаюсь в свою комнату, и забрав сумочку с документами и деньгами, спускаюсь обратно. Петти нахожу в кухне, за готовкой какого-то блюда. И кто будет есть ночью?

— Здравствуйте, мистер Морган приказал отвезти меня в город. — девушка вздрагивает, но повернувшись смотрит на меня хитрым прищуром.

— Я пойду уточню для начала. — выдыхает домработница, и я вся напрягаюсь.

— Конечно идите. — пожимаю плечами. — Только он сейчас злой, — осматриваюсь вокруг, будто бы переживая, что кто-нибудь услышит. Прикладываю ладонь вертикально у уголка губ, и шепчу. — у него член не встал. Когда нужно было. — немного улыбаюсь, но тут же подавляю в себе этот порыв.

— Хорошо, идёмте. — показывает на дверь, и я в мыслях пляшу победный танец.

Петти сажает меня в машину одного из архаровцев Дина, и мы благополучно отъезжаем. Всё даже легче, чем я думала. Бинго!

Вот я уже наблюдаю как кончаются деревья, и начинается город. Высотка за высоткой проплывают мимо, развивая мою радость до немыслимых широт.

Останавливаемся на светофоре, и у водителя тут же звонит телефон.

— Да, босс… — отвечает мужчина, и я внутри полностью напрягаюсь. — Да, у меня в маши… — не дослушав фразу я дёргаю ручку двери, и выскакиваю на улицу.

Несусь со всех ног, желая поскорее затеряться в толпе. Сзади слышу крики мужчины, но по всей видимости он далеко.

10. Игра началась.

Дин.

Вот же сучка. Мелкая гнусная дрянь, от поведения которой будоражусь до мозга костей. Воспалила моё горячее воображение, и сбежала. Но я запомню. Запомню этот страстный поцелуй, её стоны от которого я ловил, эти наручники, и подвал.

Левой рукой достаю из кармана телефон, и захожу в игру. Дам ей фору, пусть позабавиться. Всё ровно крошка ни как не сможет покинуть особняк, от чего её храбрость вызывает только смех. Спустя десять или пятнадцать минут, набираю Черепа, и он моментально появляется здесь.

— Вы постарели босс, девчонка обвела вокруг пальца! — со смехом отпирает наручники.

— Сейчас я её обведу… — говорю со злостью в голосе, поднимаясь по ступенькам.

— Грег её в город повёз… Она Петти наплела, что вы велели. — я изначально разозлился, но взвесив всё, понял, что с удовольствием продолжу эту игру.

Усевшись у себя в комнате, набираю номер Грега. Он тут же берёт.

— Сейчас нечего не говори. Послушай, девчонка в твоей машине попала туда обманом. Но возвращать её не нужно. Сейчас делай вид, что ты только ответил.

— Да, босс… — произносит он, немного времени спустя.

— Сейчас говори мне, что она с тобой, и пусть бежит. А ты сделай вид что погнался. — даю наставления.

— Да, у меня в машине… — говорит, затем слышу хлопок двери. — Стой! — понимаю что всё, удрала киска. — Босс, вы снова за свои игры? — иронично протягивает начальник охраны, видимо уже вернувшись в машину.

— Ну уж если дичь сама предлагает поохотиться, зачем отказываться? — усмехаюсь, представляя как расшатаю психику малышки.

Она сама вырыла себе яму. Подержал бы недельку в подвале, и всё. А теперь я снова в игре. И её предвкушение возбуждает до предела. Очень давно мы вчетвером: я, Алекс, Доминик и Кайл придумали квест. Выбираем девушку. Заставляем себя ненавидеть. Дожидаемся побега, и начинаем охоту. Есть десять этапов. На последнем из которых куклы влюбляются, сами умоляют о сексе, но оказываются на улице. Было интересно наблюдать за женскими эмоциями и чувствами. Казалось бы, как можно полюбить того, кто так с тобой поступал. Но… так или иначе они это делали, после чего вызывая к себе лишь омерзение и жалость.