Ты свободен, милый! - Джейн Фэллон

На следующий год Аманда возилась с новорожденным, а Луиза, наоборот, ждала пополнения в семье.

В общем, Софи снова пришлось приглашать всех к себе. Только вот терпения на все уже не хватало.

В прошлом году ни одна из сестер даже не притворилась, будто обстоятельства мешают ей пригласить родню к себе. Обе просто спросили, когда им приехать, и попросили отвести им комнаты с ванной – когда у тебя маленький ребенок, близость ванны особенно важна. Поскольку Аманда снова была беременна, она потребовала, чтобы их разместили на первом этаже. Как только гости приехали, они без конца требовали принести им то чаю, то бутербродов. Атмосфера накалялась. Скандал разгорелся из-за пульта от телевизора; Сюзанна заявила, что это было худшее Рождество в ее жизни. В общем, расклад следующий: пятеро взрослых и четверо детей, не считая хозяев – двух взрослых и двух детей, плюс еще два гостя в день Рождества. Ситуация осложнялась тем, что кормить всех надо было по-разному. Софи надо было помнить о том, что одна из сестер Мэтью строгая вегетарианка, двое гостей – просто вегетарианцы, у кого-то аллергия на молочные продукты, кто-то не переносит клейковины, один гость пьяница, а другой – алкоголик «в завязке». Всего пятнадцать человек.

О, и еще шестимесячный ребенок Аманды, так что получается шестнадцать. Но была надежда, что брак Луизы и Джейсона не протянет до Рождества, так что, может быть, в конце концов, их останется пятнадцать.

– Может быть, просто сказать им, что мы уезжаем? – предложил Мэтью пару дней назад. На него тоже давила неотвратимость праздника – обилие гостей, ссоры, скандалы, пьянка, слезы… – Хоть раз проведем Рождество, как сами хотим – переедем в отель, и пусть делают что хотят! Софи рассмеялась. Если бы они могли!

– Ты ведь знаешь, что мы не можем, – сказала она.

После ссоры Хелен и Мэтью избегали друг друга, не считая тех случаев, когда их пути пересекались на работе. На следующий день, во вторник, Мэтью отправился выпить у Аманды и Эдвина и принял участие в оживленном споре насчет запрета лисьей охоты (Мэтью и Софи за, Эдвин и Аманда против) и выходных с гольфом в Португалии (Эдвин за, Мэтью, Софи и Аманда против). Эдвин, как обычно, перепил и попытался затеять ссору с Амандой, которая собралась подарить трехлетней Джокасте сумку от Прада. Трехлетняя Индия ухитрилась изрисовать шариковой ручкой дорогущий пиджак Мэтью от Теда Бейкера, за что ее выгнали из комнаты, а малышка Молли вылила на белый диван стакан «Мерло». А Хелен сидела дома, уверенная, что Мэтью вот-вот позвонит в дверь – раскаявшийся, с цветами в руках. Разумеется, ее надежды не оправдались.

В среду Мэтью не было в офисе, он целый день провел в обществе одного важного клиента, телефон был выключен. Хелен, как обычно, вернулась домой с работы, проследила, как часовая стрелка переползла через цифру 7, а потом 8, смыла макияж, влезла в пижаму и проплакала, пока не уснула.

В четверг был день рождения Клодии. Хелен вначале подумывала, не послать ли Мэтью письмо по электронной почте – вдруг он все-таки придет к ней, как обычно? Но у него такая стервозная секретарша Дженни – ей всего двадцать шесть, и она имеет обыкновение просматривать всю почту шефа. Кроме того, Дженни отвечает на все его телефонные звонки. В общем, Хелен и Мэтью давным-давно договорились, что они звонят друг другу на работу только в самом крайнем случае. Она немного постояла у дверей зала совещаний, где, как она знала, у него будет еженедельное собрание по стратегии планирования, но вокруг было слишком много народу. Она увидела его, но сказать ничего не успела – только криво улыбнулась ему. В тот вечер она снова напрасно прождала его. Горели свечи, в ведерке охлаждалось вино. Он так и не пришел. Хелен решила, что он обиделся и просто хочет ее помучить.

В школьном спектакле Клодия играла волхва; на ней была борода и длинный балахон с сандалиями, открывавшими пальцы. Когда она подошла, чтобы вручить Деве Марии свой подарок – мирру, – то указала на колыбельку младенца пальцем и сказала очень громко:

– Фигня!

Пятница была последним рабочим днем перед двухнедельными рождественскими каникулами. Хелен убедила себя, что Мэтью уже насытился местью, и теперь в любой момент можно ожидать, что он найдет повод заглянуть к ней в кабинет, чтобы договориться о встрече. Она собиралась подарить ему кейс вчера вечером, но теперь он стоял, завернутый в серебряную бумагу и обвязанный лентами, под ее столом. Она понимала, что сильно рискует, вручая ему подарок прямо на работе, но у нее не было выбора.

На ежегодном рождественском ленче секретарей она немного выпила, и ей стало грустно. На одну короткую секунду она подумала, не закрутить ли ей роман с Джейми, единственным помощником-мужчиной в компании, но ему едва исполнилось двадцать семь, и он даже не был хорош собой. В общем, Хелен решила, что игра не стоит свеч. Она исподволь расспрашивала всех о Мэтью, стараясь по возможности не привлекать к себе внимания, но умудрилась только узнать, что он купил Софи серьги от Тиффани на Рождество и что один раз, уезжая в командировку, он попросил Дженни купить ему трусы (Кельвин Кляйн, черные, размер 37 XXL). Кроме того, ему частенько звонит Лора – приглашает вместе пообедать. Иногда он соглашается. Новости только усугубили уныние Хелен.

Часа в четыре она все-таки набрала номер его рабочего телефона, но наткнулась на автоответчик, который сообщил, что «Мэтью Шеллкросс уехал на рождественские каникулы и будет на работе 4 января». Она позвонила ему на мобильный, но услышала, что «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

В тот вечер Хелен отправилась в паб с Рейчел и Нилом. Она вынуждена была признать, что Нил на самом деле милый, с ним приятно общаться – и он явно без ума от Рейчел. Более того, когда Рейчел упоминала в разговоре названия ее любимых рок-групп или клубов, он не считал, что это повод для веселья, и не задавал издевательские вопросы типа: «Это что, новый бренд каши?» Когда Рейчел поведала, как когда-то давно танцевала брейк-данс в мини-юбке, он не сказал: «У меня была семья и ребенок, о которых я должен был заботиться, так что я пропустил все эти развлечения восьмидесятых». (Софи, между прочим, была второй женой Мэтью. Когда он с ней познакомился, у него уже был сын от первого брака с Ханной. Сейчас Лео уже тридцать девять – по возрасту, он годился в отцы своим сводным сестрам Сюзанне и Клодии. Впрочем, и сам Мэтью годится в отцы ей, Хелен. Думать о разнице в возрасте было неприятно; родной отец Хелен всего на пять лет старше Мэтью.)

Более того, Нил никуда не спешил – ведь у него не было жены. Весь вечер он находился в безраздельном владении Рейчел.